История Франции. С древнейших времен до Версальского договора - Уильям Стирнс Дэвис

Совершенно ясно, что в таких обстоятельствах победа протестантов была в лучшем случае под сомнением. После 1560 г. новая религия привлекла мало новых последователей. Речь шла уже о том, смогут ли протестанты добиться разумной терпимости от католического большинства. Неясно, смог бы протестантизм завоевать себе законное место в обществе, если бы остался чисто религиозным движением, но в действительности дворяне-гугеноты скоро начали добавлять к своему религиозному пылу явную враждебность к королевской власти. Сочувствие религиозному движению протестантов или восхищение душевным благородством некоторых гугенотских вождей не должны мешать современному человеку осознавать, что гугеноты нередко становились сторонниками политического раскола Франции, и поэтому их движение было угрозой для силы и благополучия страны. Слишком часто их борьба была новым эпизодом долгой дуэли между центральной властью и уходящим в прошлое феодализмом. Если бы гугеноты смогли привлечь на свою сторону короля и низшие слои населения, это было бы хорошо, но, если нет, они, несомненно, раскололи бы страну не только по религиозному признаку, но и политически.

С 1559 по 1589 год королями Франции были по очереди три сына Генриха II. Все они умерли, не произведя на свет сыновей. Все трое были эгоистичными любителями роскоши и разврата, неспособными не только мудро править государством, но даже просто быть умными в политике.

Чаще, чем они, дела Франции решала их мать, настоящая правительница страны, Екатерина Медичи, по происхождению итальянская принцесса, безнравственная, но очень хитрая и ловкая женщина. Она то лгала, то шла на уступки, была то милосердной, то жестокой и коварной, и все это для того, чтобы сохранить в целости власть королей, когда этой власти угрожала огромная опасность^[74]. Франциск II правил всего лишь с 1559 по 1560 г., его брат Карл IX был королем с 1560 по 1574 г., Генрих III, третий и, вероятно, худший из троих, был на престоле с 1574 по 1589 г. За это время произошло не меньше восьми войн, которые фактически были гражданскими, хотя назывались войнами между королем и протестантами. И часто боевые действия шли так, что королевская семья была недовольна своей победой почти так же, как поражением.

Людовик XI

Екатерина Медичи

Генрих IV

Максимильен, герцог Сюлли

Дело было в том, что из-за слабости королей знатнейшие княжеские семейства стали протягивать руки к короне. Со стороны протестантов это делал могущественный род, состоявший из семей Бурбонов и Конде. Антуан де Бурбон был женат на Жанне, королеве маленького государства Наварра, и поэтому был выше по положению, чем обычные «принцы крови» – родственники королевской семьи. Но самым важным было то, что его сын, Генрих Наваррский, мог по праву наследования взойти на французский трон, если бы правящая династия Валуа угасла, что было весьма вероятно. Молодой Генрих рос в протестантской вере, что, разумется, вызывало ужас и тревогу у многих набожных католиков. С другой стороны королевской семье угрожали могущественные герцоги де Гиз. Они не имели прямых прав на корону, но были честолюбивы и время от времени очень ясно давали понять, что рассчитывают получить высший сан в стране. Гизы были ультракатоликами. Слабые короли из семьи Валуа (которые часто, в сущности, хотели помешать развязыванию разорительных гражданских войн, а не подавить ересь) редко казались им достаточно ортодоксальными. Гизы встали во главе партии крайних сторонников церкви. Эту партию, конечно, поддержали неутомимые иезуиты, католическое движение стало расти, и вскоре его стал поддерживать деньгами и своим влиянием король Испании. В сущности, Гизы сознательно торговали своей ортодоксальностью. С королями, якобы их «повелителями», на чьей стороне они сражались и выиграли много сражений, эти герцоги часто были в самых худших отношениях. Гизы поставили себе цель полностью подчинить себе королей, и даже у слабых Валуа хватало ума на то, чтобы понять их намерения. Кончилось тем, что в последний период Религиозных войн Гизы объединили ультракатоликов в Священную лигу, покровителем которой стал король Испании Филипп II. Было объявлено, что цель Лиги – уничтожение протестантов, но ее настоящей, плохо скрываемой целью было посадить одного из Гизов на трон Гуго Капета.

Подробности этих войн совершенно неинтересны. Боевые действия велись беспорядочно – то в одном месте, то в другом, почти во всех частях Франции, где гугенотам удалось создать себе хотя бы несколько опорных пунктов. Канцлер Л’Опиталь, один из немногих настоящих государственных деятелей своего времени, в 1560 г. на заседании Генеральных штатов в Блуа произнес благородный призыв к терпимости: «Будем сражаться с ересью оружием милосердия, молитвы, убеждения и подходящими к этому случаю словами Бога. Доброта совершит больше, чем суровость… Забудем имена [наших] злобных партий и будем довольствоваться именем «христиане».