Арабы. История. XVI–XXI вв. - Юджин Роган

После пяти полных впечатлений лет, проведенных в Париже, в 1831 году он вернулся в Египет. И поскольку ат-Тахтави свободно владел французским, ему было поручено создать в Каире бюро переводов, в первую очередь, чтобы переводить на арабский язык специализированную литературу, необходимую для проводимых Мухаммадом Али реформ. Занимаясь переводческой деятельностью, ат-Тахтави нашел время просмотреть свои парижские заметки и подготовить их к публикации. Вероятно, чтобы избежать кары за опасные политические идеи, содержавшиеся в книге, в предисловии он отдавал щедрую дань заслугам Мухаммада Али. Опубликованная на арабском языке в 1834 году и впоследствии переведенная на османский, книга стала настоящим бестселлером. Предлагая объективное описание европейского прогресса в области науки и техники и глубокий анализ политической философии эпохи Просвещения, она ознаменовала собой начало эпохи реформ в османских и арабских землях.

В XIX веке, с расширением контактов с европейскими странами, турки и арабы были вынуждены признать, что Европа значительно превзошла их в военной и экономической мощи. Хотя большинство подданных Османской империи по-прежнему были убеждены в культурном превосходстве своего мира, реформаторы утверждали, что необходимо позаимствовать у европейцев полезные идеи и достижения, если османы не хотят оказаться под пятой у Европы.

Порта и вассальные правители в Египте и Тунисе начали с военной реформы. Вскоре стало очевидно, что содержание современной армии требует расширения доходной базы государства. Чтобы повысить благосостояние народа и увеличить потоки налоговых поступлений, начали внедряться новые административные и экономические практики, опирающиеся на европейский опыт. Расширялся импорт европейских технологий, чему немало способствовали и сами европейские капиталисты, искавшие новые зарубежные рынки сбыта для своих промышленных товаров и оборудования. Султан и его наместники в Тунисе и Каире охотно пользовались плодами европейского технического прогресса, такими как телеграф, железная дорога и пароходы. Разумеется, эти технологии были дорогим удовольствием, и образованные элиты в Стамбуле, Каире и Тунисе, все более обеспокоенные расточительностью своих правителей, заговорили о конституциях и парламентах как важном недостающем элементе реформ.

Каждый этап реформирования должен был укрепить институты Османской империи и ее арабских вассальных государств и защитить их от европейского вмешательства. Однако тут реформаторы серьезно просчитались, поскольку эпоха реформ открыла османский мир для европейцев. Неформальные рычаги влияния через консульства, торговлю и вложения капитала сменились почти официальным европейским контролем, когда сначала Тунис, затем османское правительство и, наконец, Египет не сумели выполнить своих финансовых обязательств перед иностранными кредиторами.

Эпоха османских реформ началась в самый разгар Второго египетского кризиса в 1839 году. Смерть султана Махмуда II и восхождение на трон его 16-летнего сына Абдул-Меджида I вряд ли были благоприятным моментом для начала серьезных перемен. Однако с могущественной армией Мухаммада Али, стоявшей на подступах к Стамбулу, Османская империя нуждалась в европейской поддержке как никогда прежде. Чтобы заручиться европейскими гарантиями своей территориальной целостности и суверенитета, правительство Османской империи считало необходимым продемонстрировать европейским державам свою способность придерживаться европейских норм государственного управления как ответственный член сообщества современных государств. Но Стамбул и сам осознавал назревшую необходимость реформ, поэтому реформаторы постарались закрепить успехи, достигнутые при покойном султане Махмуде II, и продолжить процесс преобразований при его преемнике.

Эта двойная мотивация — стремление с помощью демонстративных усилий завоевать симпатии европейцев и искреннее желание благодаря изменениям обеспечить выживание империи перед лицом внутренних и внешних угроз — характеризовала всю эпоху османских реформ. 3 ноября 1839 года в Стамбуле министр иностранных дел Османской империи Мустафа Решид-паша от имени Абдул-Меджида I огласил перед собранием высокопоставленных османских сановников и представителей иностранных государств знаменитый султанский указ о реформах. С этого указа начался период административных реформ, которые с 1839 по 1876 год должны были трансформировать государство в конституционную монархию с выборным парламентом. Этот период и сами модернизационные реформы стали известны как танзимат — буквально «упорядочение».

Три основных его этапа определялись тремя документами: Указом о реформах 1839 года (Гюльханейский хатт-и-шериф), Указом о реформах 1856 года, подтверждавшим и расширявшим положения предыдущего эдикта, и Конституцией 1876 года. Указы 1839 и 1856 годов несли на себе явный отпечаток западной политической мысли. В первом документе излагалась программа реформ. Она состояла из трех пунктов: «обеспечение подданным нашим полной безопасности относительно их жизни, чести и имущества», создание «регулярной системы исчисления налогов» и изменение условий военной службы путем введения призыва и установления фиксированных сроков ее несения^{6}.

Указ 1856 года подтверждал основные положения указа 1839 года. В свете охраны гражданских прав он предусматривал дальнейшую реорганизацию судебной и пенитенциарной систем. Телесные наказания были ограничены, а пытки запрещены. В указе были предприняты попытки упорядочить имперские финансы путем принятия ежегодных бюджетов, открытых для общественного контроля. Также предусматривались модернизация финансовой системы и формирование современной банковской системы «для создания фондов, предназначаемых к развитию источников материального богатства Империи», в частности благодаря строительству дорог и каналов. «Для достижения сей цели, — говорилось в указе, — изыщутся меры к воспользованию науками, искусствами и капиталами Европы и применению их к делу»^{7}.

Однако полный объем реформ танзимат, проведенных между 1839 и 1876 годами, выходил далеко за рамки этих трех основополагающих документов. В середине XIX века основные институты османского государства и общества претерпели серьезную трансформацию. Для реформирования налоговой базы и обеспечения ее развития государство начало проводить регулярную перепись населения и ввело новые земельные отношения, заменив прежнюю систему аренды и откупа индивидуальным правом собственности на землю, которое больше соответствовало западным представлениям о частной собственности. Система административного управления провинциями была полностью преобразована, чтобы обеспечить прямые каналы управления из имперской столицы через столицы провинций, такие как Дамаск и Багдад, вплоть до уровня деревень.

Эти изменения требовали десятков тысяч образованных государственных служащих новой формации. Поэтому была создана новая система светских начальных, средних и высших школ, где обучение велось по программам европейского образца. Еще одним важнейшим достижением была кодификация османского права в рамках амбициозной задачи согласовать исламское право с западными законодательствами, чтобы сделать османскую правовую систему более совместимой с европейскими правовыми нормами.