Нацистская пропаганда против СССР. Материалы и комментарии. 1939-1945 - Дмитрий Хмельницкий

Подразделение ОТ^[38]Россия – Юг.

Май/июнь 1942

28 мая 1942 г. – отъезд из Берлина...

Я путешествую в одной машине вместе с заместителем руководителя центрального бюро ОТ доктором Фрэнком. Мы едем через Бреслау, Кракау, через Бескиды на Крыницу, дальше через Ярославль и Перемышль – по транзитной дороге IV (ДГ IV)^[39] которая на первых участках находится в хорошем состоянии. Города и деревни здесь полны евреев, которые легко узнаваемы благодаря желтым лоскутам, нашитым на спину и грудь. Их фигуры производят исключительно безотрадное впечатление.

31 мая 1942 г.

В 10 утра отъезд из Лемберга. Через Тарнополь по транзитной дороге IV мимо Волочека на русской границе. Пейзаж здесь поразительно красивый, слегка холмистый, земля исключительно плодородная. ДГ IV, которая сейчас идет до Днепропетровска, будет продлена через Сталино до Таганрога. Хотя на дороге много повреждений из-за сильных морозов прошлой зимы, но по ней можно ехать. Трасса старая, обрамлена большими деревьями с обеих сторон: громадные вязы, иногда дубы с низко опущенными, очень высокими и густыми кронами. Как все русские магистрали, она сделана шириной 50 метров, обозначенной поначалу деревьями, а потом только телеграфными столбами. Часто все полотно дороги достигает 100 – 150 метров ширины, но только середина укреплена для проезда автомобилей. По обеим сторонам тянутся летние дороги, иногда по многу рядов, из-за того что старые становятся непроезжими. Большая ширина дороги препятствует занесению снегом: снегозаградительный кустарник должен находиться далеко от проезжей части, чтобы быть эффективным.

Почва такой плодородности, о какой в остальной Европе и не слышали. Чернозем лежит толщиной до двух метров на лессовом слое. Лесс (ледниковые отложения) имеет толщину от 20 до 30 метров. Под ним на Украине повсюду лежит красноватый гранит. Здесь, как нам сказали, крестьянину годами не нужно удобрять землю. Пашни и поля на большую часть обработаны. Хлеба стоят хорошо, кое-где поля под паром. Не хватает тракторов, силосов, хозяйственных построек; здесь можно хозяйствовать только с машинами.

На нашей дороге, ДГ IV, повсюду с большим напряжением идет работа. Под командой немецких сотрудников Организации Тодта находятся ненемецкие бригады. На первом месте по качеству стоят команды евреев. Как нам докладывали, они работают, частью добровольно, по две смены подряд. Они знают, о чем идет речь... Среди русских военнопленных можно увидеть самые различные группы: хорошо выглядящие мужчины украинского или русского происхождения, но гораздо больше (и намного) – перемешанные варианты всех азиатских рас, такие, какими их можно увидеть в еженедельной хронике. Эти команды охраняются украинской милицией или литовской и латвийской полицией. Но основной контингент рабочих представлен украинскими женщинами и девушками. Руководители работ характеризуют их как очень исполнительных, прилежных и привычных к работе. По рабочим качествам они стоят выше мужчин. Женские команды даже внешне производят очень отрадное впечатление: чистые цветные платки и платья, часто снежно белые головные платки! Почти все женщины босые, и удивительно, с какой энергией они вдавливают голыми ногами лопаты в плотную землю. Проезжающие немецкие колонны повсюду радостно приветствуются. И народ, предлагающий по сторонам дороги яйца, цветы и редиску, кажется настроенным очень дружелюбно.

Деревья есть только в деревнях; местность лишена даже небольших участков леса. Если на горизонте выныривает рваный силуэт зелени, значит, впереди деревня или село. Деревни и города расположены свободно и широко, пронизаны зеленью и цветами.

Дома из глины, очень маленькие, с высокими тростниковыми крышами. Они повсюду свежеокрашены белой известью. Эти поселения очень сильно отличаются по характеру от немецких деревень, которые построены гораздо более компактно. И повсюду не хватает хорошо знакомых нам по родине доминант церковных башен. Небольшие деревянные церкви со своими куполами-луковицами едва возвышаются над окружающей их зеленью.

В 20.30 в Виннице, у линейного руководителя ДГ IV

С утра едем на находящийся вблизи строительный объект «Айхенхайн» (предназначен для штаб-квартиры фюрера!), который расположен изолированно, в прямоугольном участке леса. Здесь работают команды русских военнопленных. Нам удается посмотреть только часть стройки, поскольку вермахт ее уже занял. Пейзажи здесь еще просторнее. Много пасущихся коров. Удивительно много лошадей с жеребятами.

Из Винницы дальше через Умань и Новоархангельск на Новоукраинку, где мы ночуем. Маленькое местечко. В строительном управлении участка получаем примитивный номер с тремя кроватями. Мешки с соломой, однако, свежие и чистые, тогда как мы, наоборот, после езды в открытой машине совершенно грязные, лица и волосы полностью черные. Примитивные возможности для умывания допускают только очень поверхностное наведение чистоты.

2 июня 1942 г.

В семь утра отъезд из Новоукраинки. Нам предстоит длинный путь на Днепропетровск. Через Кировоград на Кривой Рог. Опять хорошая летняя погода. Я еду с руководителем группы профессором Бругманом, городским советником по строительству из Нюрнберга, который подробно рассказывает мне о своих задачах и своей работе.

В конце прошлого года фюрер возложил на «строительный штаб» Шпеера введение в строй железной дороги в регионе Украины. Шпеер назначил Бругмана руководителем подразделения на месте, в то время как д-ру Фрэнку были поручены организация снабжения и координационная работа в Берлине.

В январе Бругман прибыл в Днепропетровск, где оборудовал штаб-квартиру в своем вагоне. Сразу после начала работ господин Шпеер лично прибыл в Днепропетровск, чтобы привести все в движение.

Положение на железной дороге было тогда просто катастрофическим. На главных участках двигались тогда иногда только четыре поезда в сутки, что представляло собой все возрастающую угрозу для армии. Пути на вокзалах время от времени покрывались льдом и выходили из строя. Снабжение водой на перегонах не было ни в коем случае достаточным для немецких локомотивов. Прием воды на один локомотив на немногих имевшихся пунктах длился иногда до одного часа. Немецкие локомотивы оказались в русском климате чересчур сложными и капризными. Оборудования для загрузки угля и выгрузки шлака было недостаточно. Поворотных кругов и ангаров для локомотивов не было, либо они были разрушены. Точно так же были разрушены все служебное оборудование и мастерские.

Немедленно были начаты необходимые работы, установлены разборные ангары для локомотивов, водонапорные башни и колонки, конструкции которых в основных деталях Шпеер разработал сам. К счастью, был обнаружен подземный склад больших емкостей для бензина, которые можно было использовать как водонапорные башни. Все время возникали большие и малые трудности. Особой проблемой оказалось смягчение воды для локомотивов...