Призраки мрачного Петербурга - Юлия Андреева

Слухи о появлении в «Англетере» призрака с веревкой на шее начались буквально на следующий день после смерти Сергея Есенина^[158], когда следствие еще только началось. Тем не менее новость раздувать не стали, социалистическое общество – прежде всего атеистическое общество, а значит, любые разговоры о гостях с того света автоматически приравнивались к мракобесию и антисоветской пропаганде.

Впрочем, сыщики выросли в царской России, с детства слушали сказки, посещали церковь и не могли не понимать: призрак, да еще и с веревкой на шее, появился не случайно, и, скорее всего, он ищет своих погубителей или хочет дать показания следствию.

Но призрак Сергея Есенина никто не собирался вызывать на допрос, да и, по всей видимости, он не сильно набивался на контакт с теми, кто с самого начала явился не восстанавливать картину происшествия, а констатировать факт самоубийства.

В январе 1926 года вдова Сергея Александровича Софья Толстая^[159] попросила фотографа Преснякова сделать фото гостиничного номера, где было найдено тело ее супруга. Это фото дошло до наших дней. На шторе окна отчетливо прорисовывается белый силуэт человеческой фигуры, по которому, непонятно с какой целью, от руки грубо пририсованы отсутствующие на снимке края штор.

Странное дело: если это был обычный брак пленки, отчего нет другого снимка, ведь фотографы обычно делают по нескольку кадров? А если были и другие изображения, без силуэта, отчего Толстая сохранила именно этот снимок?

В восьмидесятые годы XX века здание «Англетера» было снесено и отстроено заново по старым чертежам, тем не менее призрак повешенного не оставил этого места. Собственно, явление вполне обычное для призраков, многие из них продолжают посещать место, где стоял дорогой им дом, церковь, да и на место убийства преступников тянет далеко не ностальгия, а те, кто желал бы быть отомщенным после смерти.