Рыцарские ордена в бою - Сергей Жарков

^{Салад с подвижным назатыльником. Милан, 1470–1480 годы.}

^{Кабассет и бевор, первый — работы Ганса Фетерляйна, второй — Конрада Трейтца-старшего, оба из Инсбрука, около 1460 года. Кабассет (шлем с полями) был весьма популярен. Существовало много вариантов, но основной формой оставалась железная широкополая шляпа.}

Еще одной спорной территорией, ставшей причиной очередного конфликта Тевтонского ордена с соседями, стала Самогития (Жмудь, или Жемайтия). Рыцари-монахи рассматривали эту территорию частично как мост в Ливонию, который позволял круглый год поддерживать связь с северными владениями ордена, частично как средоточие языческого сопротивления обращению в христианство. Литовские великие князья, чью власть сами самогиты признавали лишь изредка, изо всех сил старались удержать эту провинцию в составе литовского национального государства.

^{Полный доспех Фридриха де Зигрейхена (1425–1476), пфальцграфа и курфюрста княжества Пфальц на Рейне. Работа Томазо да Миссалья. Милан, 1460 год. Итальянские мастера были настолько искусны, что могли изготавливать доспехи в стиле тех стран, куда они экспортировались, и даже немцы, имея в XV веке, свои собственные крупные центры производства лат, импортировали доспехи в немецком стиле из Милана. Большая часть этих доспехов, за исключением шлемов, повторяет итальянские доспехи по форме, но имеет отдельные неитальянские детали конструкции и украшения. Данные доспехи представляют собой отличный образец итальянских экспортных лат (в данном случае для Германии). Гладкие пластины контрастируют с рублеными очертаниями немецких «готических» доспехов. Глухое забрало шлема сделано по заказу, на территории Италии шлемы с забралом популярностью не пользовались.}

Несмотря на разногласия и вооруженные конфликты, Тевтонский орден периодически заключал мирные договоры со своими воинственными соседями. Так, в 1343 году рыцари-монахи заключили мир с Польшей (Калишский договор), а в 1398 году с Литвой (Салинский договор). В свое время Ягайло Польский и Витовт (Витаутас) Литовский в обмен на поддержку рыцарей-монахов в походах против Москвы и Орды оказали военную помощь Тевтонскому ордену в подавлении сопротивления самогитов. Но в 1409 году конфликты между Тевтонским орденом и соседями возобновились с новой силой. Дело в том, что в это время в Самогитии началось восстание, в содействии и подстрекательстве которого рыцари-монахи обвинили Ягайло и Витовта (те действительно тайно помогали самогитам, всячески убеждая их держаться своей веры, и обещали скоро освободить из-под власти рыцарей-монахов).

^{Барбют. Милан (мастерская Миссалья), около 1470 года. У барбюта отверстие для лица Т-образной формы. Такая форма в точности воспроизводит классический греческий «коринфский» шлем. Было высказано предположение, что это точная копия скульптурного изображения коринфского шлема или какого-то сохранившегося его образца.}

^{Мечи западноевропейских рыцарей гостей-крестоносцев. Европа, XIV век.}

Обычно Тевтонский орден придерживался осторожной и выжидательной политики и чаще пускал в ход опытных дипломатов, но начиная с 1408 года действия рыцарей-монахов стали резче и агрессивнее. Они все чаще, диктуя свои условия, напоминали соседям о своем военном превосходстве. Такой политикой орден был обязан своему новому великому магистру Ульриху фон Юнгингену (был магистром с 1408 по 1410 год).

^{Надгробие рыцаря конца XIV века. Многие гости-крестоносцы, которые присоединились к Тевтонскому ордену при защите Пруссии против польско-литовского вторжения, носили точно такое же защитное снаряжение. Благодаря рыцарским надгробиям мы имеем возможность изучать и датировать рыцарское вооружение эпохи Средневековья. На надгробиях рыцари изображались в полном вооружении. Все детали доспехов и оружия выполнены с фотографической точностью, так как их делали с реальных образцов. Также надгробие должно было нести имя покойного и дату смерти, но, что особенно интересно, и то, как именно умер рыцарь, показывали специальные геральдические фигуры. Так, например, если павший в сражении или в бою рыцарь был на стороне победителей, то в ногах изображали живого льва (как на данном надгробии). Убитый в сражении на стороне побежденных изображался с ногами, упертыми в спину поваленного и бездыханного льва. Если рыцарь попирал ногами собаку, значит, он почил в мире. Рыцарь, умиравший в плену до выкупа, изображался без шпор, шлема, меча, но с ножнами на боку. Часто рыцарь, проведший жизнь в военных подвигах и презиравший смерть в битвах, вместо того чтобы пользоваться заслуженными почестями, на старости лет удалялся в монастырь, чтобы кончить жизнь в покаянии. После смерти его изображали полностью вооруженным, с мечом при бедре, но под монашеской рясой того ордена, к которому он принадлежал, а в ногах рисовали щит в виде доски. Когда рыцарь, одержав на судебном поединке победу, умирал от раны, то его представляли в тех доспехах, в которых он бился, и держащим в скрещенных руках топор и меч. Кто был убит в поединке за оскорбление чести, того представляли на могильном памятнике полностью вооруженным, со скрещенными руками, а топор, меч и другое наступательное оружие изображали подле. Если рыцарь изображен со скрещенными ногами, это значит, что он был участником крестового похода.}

В самой Самогитии волнения начались еще в 1401 году. Тогда их открыто поддерживал Витовт. Но в 1402 году политическая неопределенность (в то время друг братьев Ягайло, Свидригайло, перешел на сторону Тевтонского ордена и многое рассказал рыцарям-монахам о планах и делах литовских князей) побудила Ягайло и Витовта временно приостановить свою военную политику относительно Самогитии. В соответствии с мирным договором с Тевтонским орденом, заключенным в 1404 году в Росязе, Польша выкупила Добжин за большую сумму. Но проблема самогитов и их территорий оставалась нерешенной. В то же самое время рыцари-монахи предпринимают ряд жестких карательных операций, цель которых — подавить сопротивление недовольных. В 1407 году самогиты обратились с просьбой о помощи к правителям западных стран. В посланиях, распространявшихся среди дворов, говорилось, что рыцари-монахи всячески притесняют самогитов, принявших христианство. Так, ничего не добившись, самогиты в 1409 году вновь поднимают восстание против ордена (этому немало способствовали Ягайло и Витовт). Требования великого магистра Ульриха фон Юнгингена о прекращении помощи мятежным самогитам со стороны Литвы и Польши спровоцировали призывы к войне в обеих странах. А непосредственным толчком к началу военных действий послужил захват рыцарями-монахами речных барж Ягайло около Рагнита. Баржи везли продовольствие самогитам, которые страдали из-за голода. Но рыцари-монахи утверждали, что под припасами было укрыто оружие и защитное снаряжение, предназначенное для восставших самогитов. Помимо этого ордену стало известно о том, что Витовт убеждал самогитов «захватить Кенигсберг и топить рыцарей», он также говорил: «Недалек тот час, когда я буду поить своих коней в Рейне!» Для урегулирования конфликта Тевтонский орден направил своих представителей к польскому королю (в то время Витовт находился в формальном подчинении у Ягайло). После чего польские послы были направлены в Мариенбург (Мальборг). Там в резиденции Тевтонского ордена польские послы в ответ на угрозу магистра, что он наберет войско и нападет на великое княжество Литовское, ответили: «Перестань, магистр, страшить нас, что пойдешь войной на Литву, так как если ты решишь это сделать, то не сомневайся, что как только ты нападешь на Литву, наш король немедленно вторгнется в прусские земли». В ответ на это заявление 6 августа 1409 года орден объявляет Польше войну. Так началась «Великая война», которая длилась до 1411 года.