Непокоренный. От чудом уцелевшего в Освенциме до легенды Уолл-стрит: выдающаяся история Зигберта Вильцига - Джошуа Грин

Финансовый репортер Newark News писал: «Динамичный житель Клифтона снова являет собой чистый пример того, что может произойти только в Америке; у него большие планы по расширению 75-летнего банка из Джерси-Сити».

В 1920-х годах TCNJ был вторым банком штата; в 1967 году он переместился на двадцать первое место.

Контраст между Зигги и Отто Вайнертом был разительным. Президент TCNJ Отто Вайнерт-младший был ветераном банковского дела, банкиром старой школы, удовлетворенным текущим положением дел. Зигги использовал свое растущее влияние, чтобы в обход Вайнерта убедить совет директоров начать модернизацию и решительную перестройку всех тринадцати филиалов компании.

«Мы увидели компанию прекрасно организованную, но не вполне идущую в ногу со временем, – тактично поведал Зигги репортерам, – и решили полностью реализовать ее потенциал, связанный с близостью к Нью-Йорку и Уолл-стрит». Зигги тщательно избегал открыто критиковать пассивный подход Вайнерта к бизнесу. В статье, размещенной в Newark News, говорилось, что «изначально некоторые директора были против его прихода к власти в банке». Статья, однако, умалчивала о том, что эти «некоторые директора» нашептывали друг другу те же оскорбления, которым Зигги подвергался во время прихода в Wilshire Oil Company of Texas. «За моей спиной, – признался он одному журналисту, – половина совета директоров банка именовала меня “маленьким еврейским выродком”».

Тем не менее совет директоров TCNJ пришел в итоге к тому же выводу, что и совет Wilshire: у этого странного Зигги есть природные способности к ведению дел, несмотря на отсутствие должного образования и даже еврейство. Совет осознал, что если поставить его во главе компании, то можно будет со спокойной совестью выйти на пенсию и наслаждаться невиданными дивидендами. Этот человек действительно хотел развивать и расширять банк и понимал, что обязанность бизнеса – увеличивать доходность для акционеров. 1 января 1971 года директора избрали его председателем совета, а в мае того же года Зигги стал и исполнительным директором.

«Несмотря на все антисемитские оскорбления, – рассказывал Зигги репортеру, – после прихода к власти я никого за них не уволил».

В возрасте сорока четырех лет Зигги стал самым молодым из всех председателей правления и исполнительных директоров крупных банков штата.

Зигги понимал, что буквально штурмом взял, казалось бы, надежно защищенную со всех сторон от евреев отрасль экономики, но размахивать красными флагами было бы уже слишком: узнав, что банком теперь управляет он, вкладчики-юдофобы могли бы перевести свой капитал в другой банк. Нужно было защитить состояние банка, и он назначил его президентом Тома Линча. Линч был ирландцем и католиком, ему доводилось работать юридическим советником уже покойного в то время губернатора Нью-Джерси Гарри Мура. Линч также был вице-президентом Торговой палаты Джерси-Сити, где и располагался банк. Поставив у руля такого заслуженного католика, Зигги смог не только успокоить клиентов банка, с подозрением относившихся к евреям, но и выиграть время для того, чтобы познакомиться с сотрудниками, завоевать их доверие и научиться управлять банком.

Целью Зигги и компании Wilshire, как и прежде, было полное овладение TCNJ, и в декабре 1971 года он попросил своих юридических советников из фирмы Sullivan and Cromwell подготовить бумаги для запроса у Федеральной резервной системы разрешения приобрести недостающие акции банка.

Однако время было выбрано для этого на редкость неудачное.

C 1950 по 1969 год, когда Германия и Япония оправились от последствий Второй мировой войны, доля Америки в мировой экономике значительно сократилась, а внутренняя экономическая картина уже была не самой радужной из-за войны во Вьетнаме. Рос государственный долг, все больше становилось безработных, а цена золота в 1969 году упала вдвое по сравнению с ценами 1960 года. Снизилась покупательная способность доллара, резко выросли цены на еду, и общественное мнение требовало от президента Никсона вмешаться в экономику, прежде чем наступит хроническая инфляция.

Днем 13 августа 1971 года, в пятницу, Ричард Никсон тайно встретился с высокопоставленными чиновниками из Белого дома и казначейства, в том числе с главой ФРС Артуром Бернсом, будущим секретарем казначейства Джоном Конналли и тогдашним заместителем секретаря по международной финансовой политике Полом Волкером. Они обсуждали, что делать в сложившейся ситуации. К концу дня президент принял решение.

«Час настал, – объявил Никсон американскому народу по телевидению во время прямой трансляции из Белого дома. – Пришло время решительных действий, пора остановить порочный круг растущих цен и расходов». Он объявил о решении приостановить конвертируемость доллара в золото, заморозить все цены и зарплаты в Соединенных Штатах на три ближайшие месяца и ввести пошлину 10 % на все импортные товары.

«Я рассчитываю на добровольное сотрудничество всех американцев, – сказал он, – каждый из вас – работники, работодатели, клиенты – должен приложить все усилия, чтобы эта заморозка прошла успешно. Вместе мы переломим хребет инфляции».

В числе принимаемых срочных мер Федеральная резервная система объявила и о следующей: любая небанковская компания (включая Wilshire), владеющая или управляющая банком, должна зарегистрироваться в Федеральной резервной системе до 31 декабря 1971 года. Целью заявлялся запрет рискованных инвестиций, «несовместимых с интересами благоразумных банков».

Регуляторы начали массовую переоценку банковской отрасли Америки. Любая небанковская компания, уличенная в управлении хотя бы одним банком, должна была от него избавиться или платить ежедневные штрафы, пока не подчинится. Если же и это не убеждало компании продать свои банки, американское правительство грозилось закрыть их силой. Намерения ФРС были объявлены и напечатаны в газетах.