Великая тайна денег. Подлинная история финансового рабства - Игорь Прокопенко

Владельцу бизнеса гораздо выгоднее вложить средства в устаревший ассортимент массового спроса, потому что так деньги быстрее «отобьются». А инвестиции в инновационную разработку, в какой-то новый препарат – это годы ожиданий, к тому же, возможно, неоправданных.

К счастью, науку в России раньше финансировали без оглядки на немедленную прибыль, поэтому у нас фаговой терапии повезло больше. Изучать чудо-бактерии начали на базе грузинского научно-исследовательского института микробиологии еще в начале 1930-х годов. А уже в 1940-х, во время Великой Отечественной войны, мази с бактериофагами широко применялись для лечения раненых. С тех пор использование лечебных бактериофагов в России никогда полностью не прекращалось.

Ими можно пользоваться именно в тех случаях, когда антибиотики не помогают. Или наоборот, их можно использовать прежде антибиотиков и посмотреть: если человек излечивается, то тогда и антибиотики не нужны.

Это только один пример того, что лекарствами можно лечить, а не калечить. Сегодня уже ни для кого не секрет, что такое страшное заболевание, как рак, в 80 % тоже излечимо. Однако здесь требуются серьезные деньги для проведения диагностики и разработки новых препаратов. Гораздо проще и быстрее заработать на противогриппозных сыворотках и таблетках. А для этого достаточно объявить очередную пандемию.

Василий Конузин, руководитель аналитического управления инвестиционно-финансовой корпорации, уточняет: «Ожидаемая прибыль от продажи вакцины составляет примерно 1 миллиард долларов. Правда, это показатель неограниченного времени. Это просто потенциальный доход, который может быть растянут не на один год».

И это только с одной вакцины. А во всем мире их разработаны и приготовлены к употреблению десятки. Правда, были в игре под названием «свиной грипп» и свои проигравшие. Сразу же после объявления пандемии гриппа финансовые аналитики отметили серьезное падение акций нефтяных компаний. Пятнадцать крупных авиаперевозчиков объявили о своем банкротстве в считаные дни. На тот момент даже существовали опасения, что «свиной грипп» может подорвать восстановительные процессы на фондовых рынках, которые, казалось бы, только начали проявляться.

Огромные убытки понесли туристические фирмы, производители сельхозпродуктов и владельцы предприятий общественного питания. В одной только мексиканской столице, закрытой на карантин, в одночасье разорились владельцы тридцати пяти тысяч кафе и ресторанов. Убыток оценивался в 50 миллионов долларов ежедневно. Учитывая то, что весь карантин продолжался около двух недель, нетрудно посчитать, сколько потеряла экономика Мексики.

Пройдет какое-то время, и специалисты предоставят точные данные о последствиях «свиного гриппа». Но уже сейчас можно сказать, что новая пандемия – это очередной маркетинговый ход, тщательно продуманный и хорошо просчитанный. Кому-то он стоил жизни, кому-то помог разбогатеть, а кому-то, возможно, будет верным помощником в предстоящей борьбе за власть.

В октябре 2009 года очередная новость о вспышке «свиного гриппа» пришла из Киева. Украинские СМИ сообщили о сорока восьми смертельных случаях, власти заговорили об эпидемии. В девяти областях был объявлен карантин, приостановлен призыв в армию и введен запрет на проведение массовых мероприятий. Ходили слухи об ограниченном запасе противовирусных лекарственных препаратов. В стране началась паника. Правда, вскоре выяснилось, что люди умерли от обычного сезонного гриппа, и тревога оказалась ложной. Просто в стране предстояли очередные президентские выборы, а в борьбе за власть, как известно, все средства хороши. Даже такие грязные и циничные.

Часть третья
Наша история

7. Золотые телята

Нынешние олигархи еще протирали штаны на комсомольских собраниях, когда его пригласили участвовать в программе «Взгляд», где он во всеуслышание заявил: «Я – миллионер!» Такое громкое заявление повергло в шок всю страну.

Это потом Артем Тарасов стал основателем всероссийской лотереи «Русское лото», соучредителем первой российской биржи «Алиса», первым и единственным кандидатом в депутаты Госдумы, который баллотировался прямо из Лондона… А начинал он с кооператива «Прогресс», который на деле был обычным брачным агентством. Схема его работы была до смешного проста. Напечатали объявление в «Московской правде», не ожидая, что на следующее утро весь парк перед мастерской будет забит желающими познакомиться. Конвейером пропустили четыре тысячи человек, заработали сто тысяч рублей. Это были огромные деньги, потому что «Мерседес» тогда стоил десять тысяч, а самый дорогой дом на Рублевке – две-три тысячи. А тут сто тысяч!

Артем Тарасов, советский и российский предприниматель

Много ли пар удалось довести кооператору Артему Тарасову до загса, неизвестно. Известно одно: первый коммерческий опыт будущего миллионера оказался неудачным. Кооператив, просуществовав всего пару недель, был закрыт по неожиданной причине.

Вспоминает Артем Тарасов: «Нас обвинили в сводничестве, в том, что мы занялись нелегальной деятельностью, противоречащей московским правилам, потому что брачные конторы были только при загсах. Чтобы не попасть в тюрьму, мы тупо сидели и отсылали по обратным адресам четыре тысячи писем с вложенными 25-рублевками».

Переживания по поводу неудачного коммерческого проекта длились недолго, потому что в 90-е годы способов почти честного отъема денег у населения было хоть отбавляй. Уже через месяц Тарасов зарегистрировал новый кооператив под названием «Техника».

Запчастей не было вообще, поэтому они в маленький радиоприемник вставляли наши транзисторы, каким-то образом впаивали, закрывали крышку, придавливая, но приемник работал. Все это продолжалось до тех пор, пока кто-то не открыл крышку и не увидел, что там стоит что-то жуткое, с наворотами всяких проводов, и кооператоров обвинили в воровстве западных деталей. Им опять грозила тюрьма.

Но и на этот раз предприимчивому Тарасову удалось избежать расправы. Мало того, ремонт бытовой техники принес ему первые миллионы. И он, как честный гражданин страны Советов и член коммунистической партии, заплатил все налоги и партийный членский взнос, который обошелся ему – только представьте себе – в 90 тысяч советских рублей!

Зарплату выписали один раз за январь 1989 года, когда на счету было порядка семидесяти миллионов. Кооператорам нужно было легально получить наличные деньги, чтобы весь год работать на них. Потому Тарасов выписал своим заместителям по миллиону рублей, семьсот пятьдесят тысяч рублей выписали бухгалтеру. Она чуть с ума не сошла от таких денег.

Потом были компьютеры и оргтехника. Их Тарасов привозил «из-за бугра». Но там на рубли ничего нельзя было купить, а в СССР операции с валютой тогда были запрещены. Поэтому приходилось крутиться.