Прибалтийский плацдарм (1939-1940 гг.). Возвращение Советского Союза на берега Балтийского моря - Михаил Мельтюхов

Одновременно были подписаны советско-германские соглашения об урегулировании взаимных имущественных претензий относительно Прибалтики и о переселении германских граждан и лиц немецкой национальности из Эстонской, Латвийской и Литовской ССР, а литовских граждан и лиц литовской, русской и белорусской национальности в Литовскую ССР^[1979]. Всего со 2 февраля по 23 марта 1941 г. из Литовской ССР переселилось 50 129 человек, а в Литовскую ССР прибыло 20 695 человек (6 167 из Мемельской области, а 14 528 из Сувалкского округа)^[1980]. Кроме того, с 11 февраля по 7 апреля 1941 г. в Германию из Эстонской ССР выехало 7 101 человек, а из Латвийской ССР – 10 954 человека^[1981]. Что касается вопроса о выплате паушальной суммы для урегулирования взаимных имущественных претензий по Прибалтике, то предполагались поквартальные транши по 18 750 тыс. марок. Однако продолжавшееся затягивание Германией решения вопроса о возвращении прибалтийских судов вызвало ответное затягивание перечисления средств советской стороной. 18 января Москва сообщила Берлину о готовности вступить в переговоры по вопросу о «прибалтийских судах, задержанных в германских портах и в портах, находящихся под контролем Германии»^[1982]. 17 февраля Германия заявила СССР о готовности вернуть 8 из 14 задержанных эстонских и латвийских пароходов без какой-либо гарантии относительно возможности их дальнейшей эксплуатации. 28 февраля на новый запрос советской стороны о прибалтийских пароходах был получен ответ, что «пока ничего по этому поводу нет»^[1983]. Затем 22 апреля германская сторона дезавуировала свое заявление о готовности передать СССР 8 пароходов. В этой ситуации СССР только 15 мая перечислил первый квартальный взнос^[1984].

Кроме того, при подписании советско-германского торгового договора 10 января 1941 г. был подписан специальный протокол, регулировавший торговлю между Германией и республиками Прибалтики. Стороны условились, что до 11 февраля она будет вестись по соглашению между НКВТ СССР и экономическим отделом германского посольства. Сделки, по которым не будет достигнута договоренность, стороны будут считать утратившими силу. До 2 марта германская сторона обязалась вернуть все выданные правительствами стран Прибалтики авансы, аккредитивы, задатки, гарантийные и тому подобные суммы. К тому же сроку было решено сверить остатки германских счетов в банках прибалтийских республик, а счета последних в германских банках по состоянию на 11 февраля 1941 г. с целью ликвидировать дисбаланс в суммах счетов^[1985].

Тем временем еще 18 января 1941 г. советская сторона напомнила Берлину о необходимости определить сроки проведения демаркации и редемаркации пограничной линии на бывшей германо-литовской границе^[1986]. 10 февраля Шуленбург сообщил Молотову, что «герм[анское] пра[вительство] намерено ратифицировать договор о советско-германской границе от реки Игорка до Балтийского моря в середине февраля и готово точно условиться о дне ратификации с нами. Германская делегация в смешанной советско-германской комиссии по демаркации и редемаркации советско-германской границы выезжает из Берлина и прибудет в Москву 12 или 13 февраля»^[1987]. 28 февраля заместитель наркома иностранных дел А.Я. Вышинский в беседе с Шуленбургом «заявил, что германское правительство обещало ратифицировать Договор о советско-германской границе от реки Игорка до Балтийского моря в середине февраля, но это еще не сделано, хотя Пограничная Комиссия уже находится в Москве и работает». Германский посол выразил удивление и обещал вновь запросить Берлин^[1988]. 6 марта было издано постановление СНК СССР № 458-191с о составе советской делегации в Смешанной советско-германской комиссии по демаркации границы в Прибалтике^[1989].

6 марта Шуленбург заявил Молотову, что в ходе работы смешанной советско-германской комиссии по демаркации и редемаркации границы от реки Игорка до Балтийского моря выяснилось, что фактическое прохождение бывшей польско-литовской границы отличается от ее описания в решении конференции послов от 15 марта 1923 г. «Советская делегация в центральной пограничной комиссии настаивает на проведении линии границы на этом участке в соответствии с решением конференции послов. В этом случае Германия будет вынуждена уступить СССР в трех местах – всего около 45 кв. километров занимаемой ею теперь территории. Германское правительство просит поэтому демаркировать участок бывшей польско-литовской границы по линии границы, фактически существующей в настоящее время». В ответ Молотов заявил, что «поляки в свое время незаконно оттеснили литовцев, и поэтому, чтобы не задевать законное национальное чувство литовцев, можно решить этот вопрос в пользу Германии компромиссом, а именно – путем передачи Советскому Союзу кусочка германской территории в выступающем слишком углу между реками Игорка и Марыха». Германский посол обещал передать это предложение в Берлин^[1990]. 10 марта в ходе новой встречи Молотова с Шуленбургом выяснилось, что ответа из Берлина на советское предложение еще нет. В ответ на указание Молотова, что договор о советско-германской границы от реки Игорка до Балтийского моря все еще не ратифицирован Германией, Шуленбург вновь обещал запросить Берлин^[1991].