Советский тяжелый танк КВ-1. Первые танки Победы - Максим Коломиец

По состоянию на 15 февраля 1942 года в составе войск Ленинградского фронта (8, 23, 42, 54, 55-я армии, Приморская и Невская опергруппы) имелось 284 танка всех типов, из них 107 КВ, что составляло примерно 38 % всех боевых машин. Для сравнения — Т-34 имелось всего 14 штук. Такого соотношения КВ к остальным танкам не было ни на одном фронте. Правда, из 107 КВ лишь 61 был боеспособен, а остальные находились в ремонте.

В феврале 1942 года танковые части Ленинградского фронта в основном вели бои местного значения. Лишь 122-я танковая бригада 54-й армии участвовала в Любанской операции, задачей которой было снятие блокады с Ленинграда. С 11 по 25 февраля бригада вела тяжелые бои в районе Погостье, потеряв 14 машин сгоревшими (в основном Т-26) и 7 (из них 2 КВ-1) подбитыми.

В феврале 1942 года командованием Ленинградского фронта была проведена уникальная в своем роде операция по переправе танков КВ-1 по льду Ладожского озера. Дело в том, что части 54-й армии, находившиеся на другой стороне Ладожского озера, и не имевшие сухопутной связи с остальными частями Ленинградского фронта, еще с начала января вела наступательные действия в районе Погостье. Армия должна была соединиться с действующими южнее частями Волховского фронта, но темпы продвижения были весьма небольшими, а потери, в том числе и в танках, значительными. Поэтому командование Ленинградского фронта приняло решение усилить броневой кулак 54-й армии, имевшей 16 и 122-ю танковые бригады и 107-й танковый батальон, еще одной частью. Тут же встал вопрос — а как переправить через Ладогу боевые машины? Озеро замерзло, и единственным вариантом было перебросить технику по льду.

В конце января было принято решение о переброске в 54-й армию 124-й танковой бригады полковника А. Г. Родина, которая на тот момент находилась в резерве. 30 января 1942 года бригада, имея в своем составе 32 танка КВ-1, получила приказ на выдвижение из Рыбацкого в район Коккорево, где она должна была готовиться к переправе через Ладогу. Марш протяженностью 72 км проходил поэшелонно с 30 января по 4 февраля, при этом 3 КВ-1 вышли из строя по техническим причинам. Один из них пришлось отправить на рембазу № 21 в Ленинград, а два восстановили силами экипажей.

Экипаж экранированного танка КВ-1 уточняет боевую задачу. Ленинградский фронт, сентябрь 1942 года (АСКМ).

При подготовке к переправе по льду Ладожского озера с танков снимались башня, боеукладки, боеприпасы и листы брони над моторно-трансмиссионным отделением. После того, как отворачивались крепежные болты, КВ своим ходом подводился под установленный блок, при помощи которого башня тросами поднималась вверх. После этого машина выходила из-под башни, одновременно подводя под него сани для ее укладки. Деревянные сани для перевозки башен изготавливались саперной ротой бригады. На них плавно укладывали висящую на блоке башню, при этом требовалось внимательно следить за тем, чтобы она встала ровно, а маховик подъемного механизма не попал на балки саней, так как в противном случае он мог быть поврежден под тяжестью башни.

Башня крепилась к саням, а они в свою очередь привязывались к танку. Для этого использовалось два троса длиной до 50 м и диаметром 30–40 мм. Основное внимание уделялось тому, чтобы тросы имели одинаковую длину — в противном случае при движении сани могло заносить в ту или другую сторону.

Вынутые боеукадки, боеприпасы и снятая верхняя броня КВ-1 перевозились грузовиками бригады. В среднем, при хорошей организации работы экипажу требовалось для демонтажа танка и погрузке агрегатов на сани и машину 5–6 часов:

выгрузка боекомплекта — 30–40 минут;

откручивание болтов крепления погонов башни — 2–2,5 часа;

откручивание болтов крепления верхнего бронелиста — 30–40 минут;

подводка саней — 30–35 минут;

демонтаж башни и ее укладка на сани — 35–40 минут;

снятие брони и ее погрузка на машину — 45–55 минут;

крепление саней к танку при помощи тросов — 30–40 минут;

погрузка боекомплекта и снятых деталей на машину — 25–35 минут.

Для перехода через Ладожское озеро расстояния в 32 км было проложено три трассы, каждая из которых имела ширину 10 метров. До 11 километра трассы были расчищены от снега тракторами, что значительно облегчало движение танков. По всему маршруту разместили пять контрольных постов, оснащенных телефонами. Диспетчеры с этих постов должны были сообщать о прохождении танков в пункт отправления машин в Коккорево.

Танки КВ-1 меняют позицию. Ленинградский фронт, май 1942 года (АСКМ).

На каждый переправляемый КВ-1 выделялся проводник, хорошо знающий направление трассы. Движением машины руководил командир танка, который давал указания механику-водителю. Также один человек находился на санях с башней для контроля за их движением. В ходе переправы танкам разрешалось обгонять машины, которые остановились на маршруте по той или иной причине, но обгон должен был осуществляться на дистанции не ближе 300–400 метров. Перед выходом на трассу проверялось техническое состояние каждой машины, особое внимание уделялось наличию горючего, креплению стартеров, состоянию аккумуляторов и воздушных баллонов для запуска двигателя. Механикам-водителям при движении по льду необходимо было выполнять следующие требования:

«Движение должно происходить без всяких рывков, планомерно, так как невыполнение этого отдельными экипажами приводило к обрыву тросов, сваливания башен и поломке саней.

Движение должно быть без остановок, ибо последние отрицательно отражаются на состоянии льда, что может привести к катастрофе».

Первый танк начал переправу 31 января 1942 года в 16.00. Д.И. Осадчий, командир одного из КВ 124-й танковой бригады, в своих воспоминаниях писал:

«В 16 часов танк под командованием лейтенанта Семенова, ведомый старшиной Ларичевым, прошел исходный пункт. Все следили за его спуском на лед затаив дыхание. Каждого глубоко волновал один вопрос: выдержит или не выдержит лед? Выдержал! Машина медленно, но уверенно пошла вперед. Никто не спускал с нее глаз, пока она не скрылась в густой морозной дымке.

Спуск на лед второго танка намечался после того, как придет сообщение, что первый достиг противоположного берега. Но миновал час, другой, а экипаж лейтенанта Семенова молчал. На восточный берег Ладоги он не вышел. Связь с ним прекратилась. Большая тревога охватила нас за судьбу боевых товарищей. Прошел еще час — известий никаких. На поиски исчезнувшей машины комбриг послал разведчиков».

По документам бригады, танк лейтенанта Сергеева остановился на маршруте из-за отсутствия воздуха в баллонах для запуска двигателя. После доставки новых баллонов, танк прибыл в Кобону в 14.00 1 февраля.