Сидней Рейли. Подлинная история «короля шпионов» - Эндрю Кук

Рейли использовал свой исключительный организационный талант в полную силу и завел знакомства со многими деловыми людьми Нью-Йорка. Эти зачастую не слишком близкие связи позже послужили основанием обвинить Рейли в том, к чему он не имел никакого отношения, например, в соперничестве с американским финансовым магнатом, англофилом Дж. Пьерпонтом Морганом.

Морган, чье имя сегодня знают преимущественно в связи с компанией «Уайт стар» (он был ее владельцем) и печально известным «Титаником», был одним из главных игроков на рынке оружия в США. Его стремление монополизировать торговлю оружием и выступать единственным поставщиком Антанты оттолкнуло от него немногочисленных дельцов, подобных Рейли, которые интуитивно понимали, что будут вытеснены с рынка вооружений в случае успеха Моргана.

К моменту приезда Рейли в Нью-Йорк Морган подписал соглашение с Британским коммерческим агентством, по которому он становился монополистом в области продажи оружия на всей территории США. Амбиции Моргана зашли настолько далеко, что он даже предложил России кредит в размере 12 миллионов долларов при условии, что российское правительство признает его компанию единственным монопольным и полномочным агентом по продаже вооружений России.

3 февраля 1915 года на пороховом заводе «Дюпон» под Такомой, штат Вашингтон, раздался взрыв чудовищной силы. Местная газета «Такома дейли ньюс» так описала это происшествие:

«Страшный грохот, раздавшийся сегодня в 9.30 утра на пороховом заводе компании «Дюпон» в местечке Дюпон под Такомой, был слышен за много миль от этого места. Взрыв, полностью разрушивший заводское здание, унес жизнь тридцатипятилетнего Генри Уилсона и нанес тяжелые увечья Гарри Уэсту. Поскольку Уилсон и Уэст были единственными работниками, находившимися на территории завода в момент происшествия, руководство компании затрудняется назвать причину взрыва, снесшего крышу здания и разнесшего его стены на мелкие куски, разбросав их в радиусе 200 футов. В здании находился цех по прессованию пороха в брикеты. Тело Уилсона было найдено в пятидесяти футах от здания, а Уэста взрывная волна отбросила на целых 150 футов».

Ричард Спенс выдвинул теорию, согласно которой к этому взрыву был причастен Рейли, поскольку компания «Дюпон» согласилась вести дела с Морганом, а не с Рейли. По версии Спенса, взрыв был произведен по инструкциям Рейли германским диверсантом Куртом Янке. Основанием для подобного предположения якобы послужило признание Янке своему руководству в том, что он был главным исполнителем этого взрыва. Наиболее вероятным нам кажется то, что это был просто несчастный случай, а Янке пытался приписать себе то, к чему не имел никакого отношения. На сегодняшний день официальную версию, утверждающую, что взрыв произошел в результате несчастного случая, так никто и не опровергнул. По воспоминаниям бывших работников компании «Дюпон», взрывы на заводе не были чем-то из ряда вон выходящим. Они случались нечасто, однако если и происходили, то в большинстве своем были результатом несчастного случая.

Более того, к тому времени, когда произошел взрыв, Рейли находился в Америке менее трех недель. Представляется невероятным, чтобы за столь короткий промежуток времени он успел провести переговоры с компанией «Дюпон», получить отказ, а затем организовать и осуществить взрыв — и все это за какие-то девятнадцать дней. Другими словами, сегодня не существует веских доказательств того, что Рейли был как-то связан с Янке или причастен к этому трагическому инциденту.

С момента своего отъезда из Сан-Рафаэля в июле 1914 года Рейли и Надежда часто переписывались друг с другом. Развод Надин был уже практически делом решенным, что означало, что они могут заключить брак. При том, что Надежда была влюблена в Рейли, а он Отвечал ей взаимностью, жениться на ней он, похоже, не собирался. Хотя в своих письмах к Надежде Рейли постоянно обещал организовать ее приезд в Америку, как только он прибудет в Нью-Йорк, у нее были основания сомневаться в его искренности. На протяжении трех лет их отношений Надежда оставалась замужем, ожидая развода. Когда же Надежда в 1914 году наконец получила развод, Рейли не спешил делать ей предложение, предпочитая держать ее при себе в качестве любовницы. Если бы это было не так и у Рейли были действительно серьезные намерения относительно Надин, то она вряд ли задумала бы и осуществила свой поистине макиавеллиевский план.

За свой счет она купила билет в Гавре на имя Надин Залесской на пароход до Нью-Йорка. Когда лайнер уже приближался к берегам Нью-Йорка, она дала Рейли телеграмму, уведомлявшую его о своем приезде с тем, чтобы он смог встретить ее в порту. Одновременно она дала телеграмму в нью-йоркскую полицию, в которой говорилось, что Рейли пытается ввезти в США женщину с неблаговидными целями, что считалось уголовным преступлением по «акту Манна».

Когда 15 февраля лайнер бросил якорь у берегов Нью-Йорка, Надежду встречали Рейли и… нью-йоркская полиция! Полицейские арестовали Рейли, несмотря на его утверждения, что Надежда является его невестой. Они заявили ему, что единственным выходом для него избежать ареста и суда будет немедленно жениться на ней. Поскольку он уже ранее обещал на ней жениться, а она настаивала на том, что именно с этой целью и приехала в Америку, Рейли было некуда деваться.

По православному календарю это были дни Великого поста, и по церковным обычаям обряд венчания не совершается. Поэтому Рейли пришлось обратиться с прошением к главе русской православной церкви в Америке митрополиту Платону с тем, чтобы тот в виде исключения разрешил венчание. К счастью для Надин, Платон дал такое разрешение, и венчание состоялось на следующей день в соборе Св. Николая в Манхэттене. Надин сделала запись в регистрационной книге, что ей двадцать семь лет, ее родителями являются «Пьер и Барбара Массино», проживающие в отеле «Ритц Карлтон» на 63-й Ист-стрит, 313. На самом деле ей было двадцать девять лет. Рейли же сделал запись, что ему сорок один год, что он холост, а его родителями являются Джордж и Полина Рейли из ирландского города Клонмеля. В графе «место проживания» он указал несуществующий адрес — Риверсайд-драйв, 260. На венчании в качестве свидетеля присутствовал представитель русского консульства Петр Руцкий.

По версии Дж. Л. Оуэна, чета Рейли выехала из Нью-Йорка сразу же после свадебной церемонии и направилась в Петроград. Дата возвращения в Петроград, возможно, может показаться случайной. Однако для нас она имеет большое значение, поскольку Оуэн утверждает, что, возвращаясь обратно в Нью-Йорк, супруги Рейли плыли на одном пароходе вместе с известным немецким шпионом.

Женитьба Рейли на Надин 16 февраля 1915 года была едва ли не единственной возможностью избежать ареста нью-йоркской полицией

Франц фон Ринтелен был послан германской разведкой в Америку для организации серии диверсий и террористических актов, имевших целью перекрыть каналы поставки вооружений Антанте. Фон Ринтелен прибыл в Нью-Йорк 3 апреля на борту парохода «Кристианиафьорд», путешествуя по швейцарскому паспорту на имя Эмиля В. Гаше. В списке пассажиров корабля мы не обнаруживаем ни Сиднея и Надин Рейли, никакого-либо мужчину, внешностью походившего на Рейли (рост 5 футов 10 дюймов, карие глаза, брюнет сорока лет). Другого и быть не могло: все это время Рейли с женой находились в Нью-Йорке. Они покинули его только 27 апреля, сев на пароход «Курск», следовавший в Архангельск. Прибыв в Архангельск 11 мая, Рейли немедленно выехали в Петроград. Надин поехала навестить родителей, а Рейли приступил к переговорам с русским Красным Крестом, предложив им стать агентом по приобретению карет «Скорой помощи» и автомобилей у компаний «Ньюмен Эрб» и «Гаскелл энд Баркер кар». Там же у него состоялась встреча с великим князем Александром Михайловичем, который во время войны был начальником Главного управления портов и торгового мореплавания и оказывал содействие Гинсбургу в деле поставок угля во Владивосток. На Александра Михайловича, энтузиаста-фотографа, несомненно, большое впечатление произвела американская автоматическая камера, которую Рейли привез с собой в Россию. По утверждению Дж. Л.Оуэна, супруги Рейли находились в Петрограде в июне-июле и сентябре 1915 года, этой же точки зрения придерживается и Ричард Спенс. Несмотря на то что чета намеревалась выехать из Архангельска 13 июня, им пришлось отложить свой отъезд до 26 июня, когда они поднялись на борт парохода «Царь».