Англосаксы. Покорители кельтской Британии - Дэвид М. Вильсон

распласталось надвое древко,

ясень копейный,

вспять прянул,

и тут же неукротимый

пустил ответное,

горло гордому

врагу пронзило,

смелым бойцом

умело нацеленное

жало прошило

шею ратнику, —

жизни решил он

несокрушимого,

и сразу грозный

срезал второго,

грудь пронзил,

просквозил доспехи,

от плеча разошлась кольчуга,

торчал из сердца

дрот отравленный…

(Бюрхтнот снова ранен.)

…меченосец новый

к знатному приближался,

коваными кольцами

искал поживиться,

чистой кольчугой,

мечом очеканенным;

Бюрхтнот не мешкая —

меч из ножен,

сверкнул широколезвым,

по железу ударил;

но поздно: на помощь недругу

подоспел корабельщик,

отсек предплечье,

изувечил раной, —

в землю вонзился

золотом украшенный

клинок его,

и не смог бы воитель

взяться – отказали руки…

(Бюрхтнот произнес торжественную речь, после чего был убит вместе с двумя своими воинами; кое-кто из англов бежал с поля боя, но другие смело кидаются в битву, состязаясь при этом в героических речах.)

За них же прилежно

и заложник ратовал,

из нортумбрийцев

знатного рода,

этот Эскферт,

Эглафа отпрыск,

прочь не пустился,

из потехи бранной,

но мечет, не мешкая,

меткое жало,

то по щиту,

а то и в тело,

раз по разу

дразнит, ранит,

колет, доколе

рукой владеет.

Там же еще остался

статный Эадвеард…

рушил щит-ограду,

ратовал с недругом,

воздал морским бродягам

за вождя кольцеподателя,

местью за смерть,

и с мертвыми лег он;

так же Этерик:

этот знатный,

ратник рьяный,

брат Сибюрхта,

не на жизнь сражался;

и дружинники многие

копья в щиты вгоняли,

оборонились храбро;

сшибались щитов ободья,

битва страшную пела

песнь доспехов…

щиты грохотали,

одолевали морескитальцы…

Бюрхтвольд молвил,

щит подымая,

тряс он, яростный,

дротом ясеневым,

ратник старый

учил соратников:

«Духом владейте,

доблестью укрепитесь,

сила иссякла —

сердцем мужайтесь;

вот он, вождь наш,

повергнут наземь,

во прахе лежит добрейший;

да будет проклят навечно,

кто из бранной потехи

утечь задумал;

я стар, но из стычки

не стану бегать,

лучше, думаю, лягу,

на ложе смерти

рядом с господином,

с вождем любимым[35].

Эта поэма, написанная вскоре после сражения, когда память о героических деяниях была еще свежа, позволяет воссоздать военную тактику, применявшуюся в англосаксонскую эпоху.

Англосаксы сражались в пешем строю. Битва была тяжким делом: как только противники сходились, сражение превращалась в рукопашный бой на ограниченном пространстве, длившийся до тех пор, пока одно из сражающихся войск не было полностью уничтожено или не обращалось в бегство. Из поэмы видно, что, несмотря развитые политические институты, характерные для Англии этого периода, в армии были живы героические традиции языческого времени, и их основой были взаимные обязательства воина и его повелителя. Когда вождь побеждал, его воины делили с ним богатства и славу, когда же удача ему изменяла, они делили его судьбу и, подобно Бюрхтвольду и Этерику, погибали рядом с ним на поле боя. Бежать с поля битвы после смерти повелителя значило покрыть себя позором. Почти все сражения того времени длились очень долго и были кровопролитными.

Из текста поэмы «Битва при Мэлдоне» следует, что предводитель англосаксов строил своих воинов в боевой порядок, создавая стену из щитов. Высказывались предположения, что стена из щитов строилась по принципу римского testudo – боевого порядка, при котором воины держат щиты над своими головами. По мнению профессора Гордона, «стена из щитов была своего рода оборонительным укреплением, созданным из рядов воинов, стоящих близко к друг другу и державших свои щиты так, чтобы получалась сплошная стена. Передний ряд выставлял щиты вперед, а задние ряды держали их над головами, чтобы защитить стоящих впереди и себя». Эта интерпретация в общем верна, но мне кажется, в ней присутствуют некоторые идеи, чуждые англосаксонским представлениям о битве. Прежде всего, я считаю, что мы должны отбросить идею о перекрывании щитов, поскольку в таком случае любой маневр становился невозможным. Даже в отлаженном римском testudo щиты держали так, что они не перекрывали друг друга. Также сомнительно, что воины во втором ряду, если вообще была вторая шеренга, держали свои щиты, прикрывая свои головы и головы первой шеренги. Сражение в те времена начиналось тем, что воины с обеих сторон пускали в противника стрелы и метали копья, а при таком построении невозможно ни натянуть лук, ни бросить копье. Можно предполагать, что войско строилось более или менее в линию и достаточно тесно, каждый воин держал щит перед собой. Противникам при этом казалось, что они видят стену из щитов. Воины второй шеренги делали то же самое. Когда кто-то «разбивал стену из щитов», он, по всей видимости, прокладывал себе путь через ряды стоящих воинов.

Щиты действительно играли важную роль в сражении: иногда в них попадало столько стрел и копий, что воины, не в силах их удержать, просто бросали их на землю. Ими пользовались в качестве защиты в рукопашной схватке и, как указано в поэме, отражали удары копья. В литературе того времени довольно часто описывается, как щит был расколот. В руке у воина в таком случае не оставалось ничего, кроме умбона, который он мог применять как оружие нападения. После сражения нетрудно было заменить разбитый щит.

Меч использовали как рубящее оружие, а копье – как колющее. Важность этих оружий следует из приведенного отрывка: на его примере отчетливо видно, что именно они решали исход сражения.