Великие романы великих людей - Борис Бурда

Идея дать империи законного наследника поначалу воодушевила царственных супругов значительно больше, чем следовало бы в их возрасте: ведь Роман III возложил на себя корону, входя в седьмой десяток своих лет, а Зоя – в шестой. И в наше время, когда продолжительность жизни возросла, ребенок у родителей такого возраста считается большой диковиной, а тогда это вообще проходило по разряду чудес. Правда, в те времена люди больше нынешних верили в чудеса, и Зоя проявила в этом вопросе просто поразительный энтузиазм. Понимая, что при таких картах на руках вмешательство чуда будет не лишним, она сразу прибегла к услугам всех доступных ей коллег нынешних народных целителей, экстрасенсов, снимателей порчи, корректоров кармы, астрологов и тому подобной шушвали. Те снабжали ее кучей амулетов, колдовских артефактов, чудотворных мощей и тому подобных магических предметов, которые она аккуратно употребляла по назначению. Назначение это состояло, разумеется, в повышении благосостояния изготовителей амулетов, поскольку ни на что иное они абсолютно не годились. Впрочем, всякие травки для усиления того, что у мужчин с годами ослабевает, народная медицина знала даже и тогда, так что Роман III мог время от времени пытаться решить главную проблему империи самым естественным путем. Если это и не приводило к желанной цели, то как-то улучшало отношение Зои к окружающему миру и такой его существенной части, как законный супруг и повелитель. Однако даже самые проверенные средства давали результат все реже, а потом, судя по всему, перестали совсем, потому что придворные хронисты единогласно отметили прекращение супружеских отношений между императорской четой, а появления у императора любовницы не заметил абсолютно никто. Да никто этого и не ожидал в его-то годы. Вскоре император вообще прекратил попытки дать стране наследника, поскольку отчаялся получить от этого не только пользу, но и удовольствие.

Убийство Романа III

Реакцию императрицы на такую печальную ситуацию предсказать нетрудно. Она не только возненавидела мужа, но и решила, что найдет ему замену – сначала в постели, а потом и на троне. Ей нашли мужа в спешке, в панике, практически без ее участия, вот он и оказался негодящим. Если она займется этим сама, получится гораздо лучше – так она решила, и, в общем, не без оснований. Новый кандидат вскоре нашелся – это был брат довольно влиятельного чиновника, евнуха Иоанна Орфанотрофа. Судя по всему, он был настоящим красавцем, человеком бойким и сильным, с прекрасным телом и живым разумным взглядом… Впрочем, что тут перечислять, если даже современные ему поэты посвящали восхищенные стихи его красоте. Звали его Михаилом, а прибыл он, похоже, из малоазийской провинции Пафлагонии, за что и был прозван Михаилом Пафлагоном. Впрочем, этнически он был армянином, как и все монархи Македонской династии. Это казалось удивительным: где Македония, а где Армения? Но факт остается фактом – основатель династии, хотя и родился в Македонии, всегда говорил по-гречески с сильным армянским акцентом. Интересно, что все монархи, принадлежавшие к этой династии, даже не имеющие кровного родства с ее основателем, вроде узурпаторов Никифора Фоки и Иоанна Цимисхия, да и этот самый Михаил, были армянами, все до единого, как сговорились! Некоторые историки даже называют династию Армянской, а не Македонской. Впрочем, положения дел это не меняет – так, интересный факт, подтверждающий догадки Льва Гумилева о том, что в старых империях носителями пассионарности часто выступают жители окраин. Во всяком случае, когда брат представил Михаила императорской чете, он понравился не только императору, сразу назначившему его на ответственную должность, но и императрице, которая решила, что и так большая часть ее жизни – просто потерянное время и надо не медлить, завоевывая симпатию появившегося при дворе красавца, потому что не ясно, сколько осталось…