Карфаген атакует - Алексей Живой

На противоположном краю башенной площадки двое лазутчиков подкатили какую-то бочку к парапету и готовились вылить ее содержимое на головы васконам, пытавшимся пробить брешь снизу. Один из них уже держал в руках горящий факел.

— Что это? — поинтересовался возникший за их спинами Федор.

— Бочки со смолой, — пояснил Урбал, усмехнувшись и пригибаясь на всякий случай, — васконские лучники постоянно обстреливали башню.

— Они здесь неплохо подготовились к осаде, — добавил он, — есть даже камни, чтобы кидать вниз.

— А баллисты тут случайно нет? — буркнул Федор, тоже прячась за зубцами.

— Нет, — ответил Урбал, — но мы и так неплохо справляемся. Нам бы до рассвета продержаться, немного осталось, а там и наши на штурм пойдут.

Урбал махнул рукой, и его напарник поджег смолу. А затем они вдвоем подхватили бочку снизу и опрокинули ее, выплескивая содержимое на головы осаждавших. Вязкая горящая жидкость полилась на васконских солдат, и весь замок содрогнулся от душераздирающих воплей. Удары в дверь мгновенно прекратились.

— Молодцы! — похвалил Федор своих бойцов. — Теперь они отстанут от нас ненадолго. А нам только этого и надо.

В этот момент раздался свист, и один из бойцов схватился за грудь, из которой торчало оперение стрелы. Он пошатнулся, шагнул назад и полетел вниз, на камни двора.

— А ну, ребята, — приказал Урбал лучникам, — сбейте с них спесь!

Лучники, а их оставалось всего двое, несколько раз пустили стрелы в скопившихся внизу васконов, убив пятерых. Единственный пращник тоже умудрялся то и дело поражать с башни солдат противника найденными на верхней площадке камнями и прочими мелкими предметами, годившимися для этой цели.

Васконы, удивленные столь внезапным и сильным сопротивлением горстки проникших в крепость карфагенян, сначала разбежались по укрытиям. Но потом, придя в себя, в ярости снова бросились на штурм.

— Смотри, — указал Урбал на группу приближавшихся васконов, тащивших в руках что-то длинное и громоздкое, — они, кажется, лестницу несут. Даже две. Сейчас пойдут на приступ.

— Хотят освободить своего вождя и вернуть золото, — кивнул Федор, выглянув между зубцов со стороны стены. — Ну, пусть идут, у нас позиция выгодная. Жаль только народа маловато.

Внизу он рассмотрел несколько обгоревших трупов в луже пылавшей до сих пор смолы. К счастью, огонь горел в отдалении от двери. Остальные уцелевшие васконы находились метрах в десяти, поглядывая наверх и потрясая в бессильной ярости мечами. Среди них оказался лучник, который заметил выглянувшего Федора и тотчас выстрелил. Морпех едва успел отпрянуть — стрела прошла мимо, отскочив от каменного зубца.

Тем временем васконы подтащили обе лестницы. Но их длины явно не хватало, чтобы достать до верхней площадки, и они пошли на хитрость. Сначала горцы забрались на крышу соседней казармы и лишь затем, приставив обе лестницы к башне, полезли вверх.

— Эй, лучники, бей всех подряд! — закричал Федор, увидев, что васконы ползут из темноты к башне. — Никто не должен приблизиться.

Оба лучника и пращник перешли на другую сторону башни и сосредоточили огонь на нападавших. А их на крыше соседней казармы собралось немало, человек двадцать. И там, само собой, тоже были лучники, не дававшие осажденным встать во весь рост и скинуть лестницу вниз. Но карфагеняне били из укрытия наверняка, и васконы, один за другим, с воплями срывались вниз.

Наконец, одному из них удалось вскарабкаться по лестнице до самого верха и спрыгнуть в башню, но тут на его пути встал Урбал. Они схватились с васконом на мечах и запрыгали по всей площадке, похожие на чертей в отсветах горевшей недалеко крыши. Урбал оказался удачливей и скоро заколол своего противника, столкнув его тело с башни. Второго, также успевшего спрыгнуть на площадку с лестницы, Федор убил, метнув кинжал. Васкон охнул и уткнулся лицом в камни.

Федор поспешил вытащить из мертвеца свой клинок — тот мог еще не раз пригодиться. Осторожно выглянув наружу меж зубцов, морпех заметил, что по одной лестнице вверх карабкались сразу трое, по другой — еще четверо. Тогда он хлопнул по плечу пращника и приказал:

— Беги вниз, зови остальных. Они скоро будут нужны здесь.

А сам повернулся к Урбалу и крикнул:

— Видишь вон то бревно, что лежит в дальнем углу, рядом с камнями?

Подскочивший Урбал кивнул.

— Хватай его с другого конца, — распорядился Федор, — поднимем и сбросим на лестницу. Одной дорогой в башню будет меньше.

Так они и сделали. Подхватив просмоленную балку, они осторожно приблизились к самому краю башни. Балка была тяжелой, видно, служила подобием стрелы подъемного крана, чтобы втаскивать наверх тяжести, перекинув через нее веревку.

— Давай, — крикнул Федор, и оба бойца поднатужившись, как заправские штангисты, вскинули балку над головой на вытянутых руках.

В этот момент в нее впилось сразу три стрелы. Но, не обращая внимания на стрельбу горцев, карфагеняне толкнули груз вперед и перебросили его через зубцы. Балка со свистом понеслась вниз, быстро найдя свою цель. Раздался треск, и васконы с воплями обрушились вниз, на камни и головы своих соплеменников.

— Костей не соберут, — удовлетворенно заметил Федор.

Но расслабиться не пришлось. С другой лестницы на площадку башни спрыгнули еще двое васконов, а затем и третий. Все были вооружены топорами. Один взмахнул своим оружием и зарубил некстати подвернувшегося лучника — рассек тому голову на две части, словно арбуз. И шлем не помог. Второй карфагенский лучник отомстил за друга, всадив стрелу васкону в живот. Остальные бросились в атаку.

Федору уже приходилось биться с теми, кто вооружен топором, и он знал — в умелых руках это оружие пострашнее меча. Особенно запомнился ему отточенный топор кельтов с двумя лезвиями, которым его однажды чуть не зарубили в схватке. Но отступать было некуда, и Урбал с Федором приняли бой, отбив первые удары щитами.

Оставшийся в живых лучник выпустил последнюю стрелу в заползавшего по лестнице васкона, с криком сорвавшегося вниз, и, добравшись до мертвого друга, завладел его колчаном. Там еще оставалось несколько стрел.

Васконы в ярости вращали топорами, и скоро щит Урбала разлетелся в щепки. А затем и щит Федора. Но в этот момент вся башня вдруг содрогнулась до основания от мощного удара. Сражавшиеся на мгновение замерли, не понимая, что происходит. Затем со стороны реки послышался свист, и новое ядро мощно ударило в башню, обрушив часть зубца. Камни полетели во все стороны, одним из них раскрошило череп васкону с топором. А Федор, не теряя времени, сделал выпад своей фалькатой и пронзил второго.

В этот момент наверх выбрались пращник и еще один солдат, готовые броситься на врага, но с нападавшими было уже покончено. Вместо того, чтобы спрятаться от обстрела, Федор с Урбалом подскочили к зубцам и в предрассветной мгле заметили несколько осадных орудий, установленных за рекой. Карфаген начал штурм раньше.