Елена Прекрасная. Красота губит мир - Наталья Павлищева

Больше всего пребывание микенского царя поразило Париса. У него из головы не выходили слова о Елене – самой красивой женщине. Если она самая красивая, то именно любовь Елены обещала ему Афродита. Но богиня словно забыла свое обещание. Конечно, она женщина, а женщинам свойственно забывать то, что обещали…

Промучившись, Парис решился напомнить. Конечно, Афродита не была в восторге от необходимости выполнять что-то сказанное в запале. Она сказала тогда о любви самой красивой женщины, честно говоря, не слишком представляя кто это. Можно было бы подсунуть Парису какую-нибудь сговорчивую красотку, убедив этого дурачка, что это первая красавица, но сделанного не воротишь, Агамемнон уже напел ему в уши про Елену. Что оставалось делать?

Богиня со вздохом согласилась:

– Ладно, будет тебе любовь Елены! Только она ведь далеко и полюбить тебя на расстоянии не может.

Афродита рассчитывала, что необходимость плыть куда-то очень далеко по опасному морю для Париса, который дальше Иды не бывал, окажется серьезным препятствием, а у Приама хватит ума не отпускать сына никуда. Но то ли Парису было совершенно нечего делать, то ли он уже порядком надоел дома, только и сынок не испугался, и Приам отпустил. А тут еще и торговый корабль подвернулся подходящий, даже целая эскадра.

Афродита махнула рукой: пусть плывет, одним влюбленным дураком у Елены меньше, одним больше… Сам Парис красавчик, вполне сгодится для временного увлечения, а рогов у Менелая уже столько, что лишней пары не заметит.

Парис действительно несколько поднадоел своими капризами и требованиями всему семейству, ведь чувствовавшие себя виноватыми перед сыном Приам и Гекуба потакали ему во всем, что привело даже к стычкам с другими сыновьями, а ссориться с детьми из-за Париса родителям вовсе не хотелось.

Хорошо, что Гектору некогда, тот все время в походах, даже почти сразу после свадьбы снова отправился к Ресу – молодому царю Фракии, у того появились новые великолепные лошади, стоило посмотреть. Андромаха только с тоской посмотрела вслед умчавшемуся мужу, она уже поняла, что так будет всегда – вечное ожидание и беспокойство.

К удивлению Приама, вместе с Парисом вызвался отправиться и Эней, раньше редко куда уезжавший из своих владений на Иде. Гекуба подозревала, что его довела жена – их старшая дочь Креуса. Вот кто любит только себя и блеск золота! Приам согласился, и вскоре корабли были готовы к отплытию, оставалось только дождаться попутного ветра, все же Зелень не всегда позволяет пересекать ее безопасно.

Парис отправился попрощаться с Эноной.

– Энона…

– Молчи, ничего не говори, – приложила пальцы к его губам нимфа. – Ты забыл, что я все знаю наперед?

– Тогда ты скажешь, что меня ждет?

– Нас ждет?

– Ну, нас.

– Тебя сначала обещанная богиней любовь самой красивой женщины, а нас с Корифом…

– Значит, я действительно получу любовь прекраснейшей из женщин? – оживился Парис.

Энона вздохнула:

– А что ждет нас, тебе неинтересно?

– Ах, что может вас ждать? Как обычно – рассветы, закаты, овцы и козы на лугу, птичьи трели в лесу… Тебе же это нравится!

– Совсем недавно нравилось и тебе тоже.

– Да, пока я не знал другой жизни!

Губы Эноны даже задрожали от горя:

– Ты жалеешь, что любил меня?

Парис заметно смутился:

– Да нет, конечно, но это в прошлом.

– Парис!

– Понимаешь, я словно проснулся, с глаз пелена упала!

– Тебя так легко сманили блеском золота в царских чертогах?

– Нет, даже не это! Побывать в разных странах, встретить самую красивую из земных женщин, познать ее любовь… что может быть заманчивей?! Неужели я должен лишиться всего этого и сидеть с тобой ночами у костра, отмахиваясь от сонма москитов и прислушиваясь, не тащит ли моих овец какой-нибудь воришка?!

– Ты гонишься за миражом.

– Пусть! Лучше мираж, чем скучное прозябание! Богиня любви мне обещала…