Краткая история военных сражений - Бернард Лоу Монтгомери

Вильгельм жаждал вступить в решающий бой как можно скорее. Он со своей армией фактически стоял на английской земле, но за спиной находился, как его называли англичане, Английский канал, который снова патрулировался английским флотом. Чем дольше оттягивалось сражение, тем вероятнее утечка личного состава и снижение боевого духа войск, а Гарольд, наоборот, получал возможность пополнить силы. Ставки были велики. Пока что Вильгельму везло – вторжение скандинавов и эта непредсказуемая английская погода, вместе взятые, дали ему возможность без труда закрепиться на южном побережье Англии. Но теперь он должен был хладнокровным и умелым расчетом подтвердить свой полководческий талант. Вильгельм был лично знаком с Гарольдом и полагал, что тот, скорее всего, будет действовать импульсивно. Безжалостное разорение Сассекса было хорошо продуманным действием – эта местность была частью Уэссекса, собственного графства Гарольда, и тот вряд ли мог взирать на это спокойно. Самым лучшим стратегическим курсом для Гарольда было бы выждать в каком-нибудь удобном месте южнее Лондона, собрать сильную армию и приказать морским силам атаковать норманнские суда в гавани Гастингса. Затем, если бы ему удалось навязать норманнам сражение в Уилде, огромном лесу между Гастингсом и Лондоном, он мог бы одержать крупную победу. Именно это англичане планировали тремя веками позже, когда в 1386 г. французы угрожали вторжением, которое, как и в 1803 – 1805 гг., так и не состоялось. Вильгельму же надо было вступать в сражение скорее или ждать крупной неудачи. И это должен был понять Гарольд.

Битва при Гастингсе

В данном случае Гарольд ничего этого не предпринял и действовал слишком поспешно, как и рассчитывал Вильгельм. Еще и треть армии не была приведена в боевые порядки, как он покинул Лондон и двинулся прямо на Гастингс. И не получил желаемого эффекта неожиданности, поскольку разведка Вильгельма доложила ему о приближении англичан. Норманны провели ночь на 13 октября в молитвах и подготовке к бою. Утром, еще до восхода солнца, свернув лагерь, прошли шесть миль и встали у Телхэмского холма, напротив отрога со старой яблоней. Застигнутыми врасплох оказались англичане: многие из тех, кто прибыл ночью, еще спали, а еще больше фирдов только подходили. Дабы утвердить мнимую законность своих притязаний и попытаться в последний момент достичь мирного урегулирования, Вильгельм направил к Гарольду посольство, воспользовавшись этой возможностью, чтобы в какой-то мере вывести из равновесия некоторых представителей противной стороны, заявив, пускай ложно, но правдоподобно, что те отлучены от службы.

За Вильгельма было преимущество неожиданности, однако позиция Гарольда на местности, выбранной им самим и на которой он, вероятно, еще летом провел рекогносцировку, имела большие естественные преимущества и прекрасно подходила для оборонительной тактики. Английская армия занимала гористую гряду длиною примерно 700 ярдов, полого опускавшуюся к западу и востоку и круто поднимавшуюся к северу. Южный и юго-западный склон опускался с уклоном примерно 1 к 13 в болотистую низину, а за нею местность поднималась к норманнским позициям на Телхэмском холме – примерно в полутора милях от старой яблони. Гарольд растянул свои боевые порядки – стену из щитов – на всю длину хребта, затрудняя норманнам возможность зайти ему в тыл или обойти с флангов. В центре установил два штандарта – собственный и с гербом Уэссекса – и по обе стороны выстроил своих телохранителей. Боевые порядки состояли из 10 – 12 рядов. Общий численный состав английских частей достигал 6 – 7 человек, примерно столько же, сколько у норманнов.

Многие из воинов Гарольда устали после форсированного броска из Лондона накануне сражения, а некоторые после сражения у Стамфордского моста были не полностью переоснащены. Ему не хватало лучников, которые могли бы посеять панику в рядах норманнской конницы, а некоторым наспех собранным на юге частям фирдов нечем было воевать, разве что только дубинками и легкими копьями. Но все горели желанием изгнать жестокого захватчика, а отряды телохранителей пользовались репутацией лучших пеших войск в Европе – даже потеряв часть личного состава, они не утратили боеспособности. Когда были построены боевые порядки, Гарольд совершил их объезд, напоминая бойцам, что ничего плохого не случится, пока будет сохраняться в целости стена из щитов.

Нормандская сторона выстроилась тремя соединениями: слева бретонцы, справа французы и прочие наемники, а в центре под личным командованием Вильгельма собственно норманны. Каждое соединение состояло из трех эшелонов: впереди лучники, за ними тяжелая пехота и, наконец, рыцари. Рыцари до начала сражения не облачались в тяжелые доспехи, сохраняя силы до последнего момента. В заключение Вильгельм надел на шею святые мощи покровителя Байо. Брат Вильгельма Эвд, епископ Байо, вместо меча вооружился булавой, поскольку священнослужителю не следовало проливать кровь. Начиная наступление, нормандцы развернули свой строй, с тем чтобы полностью охватить строй англичан. Перед строем, вращая копьем, под «Песнь о Роланде» скакал менестрель Тайефер – пока не был сражен.

Первая крупная атака началась около девяти часов. При сближении первыми открыли стрельбу норманнские лучники; но поскольку им приходилось стрелять вверх по склону, стрелы либо пролетали над головами англичан, либо застревали в щитах. Наступление сразу же подхватила тяжелая пехота. Однако англичане, используя преимущества своей позиции и держа строй, оказали упорнейшее сопротивление, и вполне успешно. В конце концов норманнские пешие воины и бретонские рыцари в панике ударились в бегство. Вскоре, как представляется, «вся армия герцога оказалась перед угрозой отступления».

Пока стена из щитов не была нарушена и прочно стояла на выгодной позиции, англичанам было нечего опасаться. Однако некоторые из необстрелянных новобранцев из армии Гарольда кинулись вниз по склону вслед за отступавшими бретонскими рыцарями. Преследование пешими войсками конницы означало навлекать на себя крупные неприятности, и вряд ли Гарольд приказывал контратаковать на таком раннем этапе сражения. Правда, в это время Вильгельм упал с коня и по рядам разнесся крик, что он убит. Но он быстро вскочил на другого коня, показался войскам и твердо овладел ситуацией. Хотя часть английского правого фланга была нарушена из-за преследования, остальной строй твердо стоял на месте. На зыбкой почве низины пехота скоро заколебалась, и нормандцы под руководством Вильгельма восстановили порядок.

Теперь уже сам Вильгельм повел рыцарей в атаку, и на протяжении нескольких часов продолжались беспорядочные массовые стычки. В XI в. рыцари не атаковали одной сплоченной массой, а приближались к строю противника группами или по отдельности, метая копья, а приблизившись, пускали в ход мечи, булавы и топоры. Сам Вильгельм находился в гуще боя – согласно Уильяму Пуатьескому, «он доминировал в этой битве, удерживал воинов от бегства, подбадривал, разделял с ними опасности». С другой стороны, «англичане держались уверенно, особенно стараясь воспрепятствовать противнику вклиниться в их ряды, такие плотные, что погибшим было некуда падать».