Немецкая пехота. Стратегические ошибки вермахта. Пехотные дивизии в войне против Советского союза. 1941-1944 - Максимилиан Фреттер-Пико

После поражения под Сталинградом нужно было закрыть образовавшуюся брешь шириной почти 200 км между группой армий «Дон» (фельдмаршал фон Манштейн) и группой армий «Б» (фельдмаршал барон фон Вейхс). Это было поручено сделать Фреттер-Пико, командующему 30-м армейским корпусом как оперативной группой (временное соединение из нескольких корпусов или дивизий. – Пер.). В его распоряжении находилась, в частности, третья часть 3-й горнострелковой дивизии, которая под командованием генерал-лейтенанта Крайзинга с несколькими тысячами итальянцев из «рабочих батальонов» была частично окружена в Миллерово. Она стойко сражалась против значительно более многочисленных советских танковых войск и, проводя контратаки, сковывала их. Под его началом была также танковая группа фон дер Лауккена (погиб в бою) в Донском, которая, однако, вследствие длительных боев лишилась значительного количества техники. Наконец, в Ворошиловграде находились полевой учебный полк, несколько маршевых батальонов и один туркестанский батальон (подобные национальные формирования создавались немцами из предателей в основном из числа военнопленных. – Ред.). Из Франции прибывала 304-я пехотная дивизия, которая не имела никакого опыта Восточной кампании и доставка которой длилась несколько дней.

На мое возражение начальнику штаба группы армий «Б» генералу фон Зоденштерну, что я своими силами не могу закрыть брешь в 200 км, он саркастически заметил, что я все же старый штабной офицер и должен стать в Каменске (Каменск-Шахтинский. – Ред.) с распростертыми в стороны руками. Я привожу это замечание, потому что оно показывает всю серьезность сложившейся тяжелой ситуации.

Штаб оперативной группы получил предписание прибыть в Каменск-Шахтинский на Северском Донце, хотя у него еще не было необходимых разведывательных данных. Высшее командование успокаивало то, что в бреши фронта будет развеваться флаг командующего оперативной группой, вне зависимости от того, располагает ли та войсками или нет. В Каменске-Шахтинском царил хаос. Он казался сборным пунктом итальянских и румынских солдат, уцелевших из рассеянных частей или бежавших с линии фронта, которые там слонялись деморализованные или оставшиеся без командиров. Они медленно прохаживались, безоружные или вооруженные гитарой, распевая песни, несмотря на мороз. Казалось, что им дали задание нагнетать в тылу беспокойство и тревогу, распространяя ложные слухи. Учебно-полевой полк и маршевые батальоны не были готовы вступить в бой с учетом как их уровня подготовки, так и вооружения. У них были недостатки буквально во всем. Офицеры, в большинстве без боевого опыта, были старыми, в основном пригодными лишь для несения «гарнизонной службы в глубоком тылу». Они, занимавшиеся сопровождением транспорта, теперь должны были командовать на фронте! Крайне плохим было зимнее оснащение; полевые кухни и разносчики пищи вообще отсутствовали. Войска имели недостаточное продовольственное снабжение в суровую зиму, тем более что офицеры, которые не имели опыта Восточной кампании и вообще военных действий, не умели находить выход из затруднительного положения. Количество тяжелого оружия и артиллерии было незначительным.

Под командованием полковника генерального штаба Нагеля, бывшего связного офицера связи при итальянском 2-м армейском корпусе, удалось в сравнительно короткое время с помощью разного рода импровизационных мер более или менее подготовить войска к боевым действиям. Войска верили в свое командование, которое действовало энергично и проявляло заботу о подчиненных. Оно, в свою очередь, сумело заручиться доверием своих солдат и повысить их уровень подготовки. Восточнее Ворошиловграда были задействованы крупные части для обеспечения безопасности на плацдарме. За покрытым льдом Северским Донцом находилась итальянская дивизия в качестве «защитного гарнизона» почти без артиллерии и противотанковых орудий. Поэтому боеспособность итальянцев оценивалась гораздо ниже точки замерзания!

Медленно прибывавшая с Западного фронта 304-я пехотная дивизия раньше использовалась в качестве береговой охраны и еще не участвовала в боях. Лишь незадолго до ее отправки на Восточный фронт командиром дивизии был назначен получивший боевой опыт на Востоке, отличавшийся блестящей подготовкой дивизионный командир генерал-лейтенант Зилер, не имевший ни времени, ни возможности подготовить дивизию к выполнению трудной задачи. Некоторые другие офицеры должны были быть заменены командирами, побывавшими на Восточном фронте. Вооружением и снаряжением дивизия была оснащена полностью, зимней экипировкой – почти в достаточной мере. Эта пехотная дивизия оказалась вначале выдвинутой в качестве боевых групп к разрыву в линии фронта между двумя группами армий, чтобы на участке реки Калитвы к востоку от Северского Донца, по крайней мере, прикрыть участок общей шириной в 80 км.

Намерение установить постоянную связь с Миллерово не удалось осуществить из-за нехватки сил. Как только полки были собраны, дивизия выдвинулась к участку фронта у реки, чтобы удержать его и локальными атаками нарушить связи по фронту противника. Тот же переходил к частным атакам при поддержке танков.

Настроение в войсках упало вследствие «танкобоязни», что могло бы привести к вражескому прорыву 3 января 1943 г., если бы командир дивизии и командующий армейской группой не приостановили войска, быстро отступавшие с самой передовой линии огня под огнем вражеских танков. Только после того, как были подбиты несколько вражеских танков, танкобоязнь удалось преодолеть. Войска, перейдя в контратаку, смогли отбросить противника и удержать позиции. Введение сразу в бой неопытных дивизий с Запада было чрезмерным испытанием для них. Однако мы потеряли под Сталинградом столько закаленных в боях дивизий, что Верховное командование было вынуждено ввести в тяжелые зимние бои все, что было в его распоряжении. Отсутствие боевого опыта, нехватка сил на слишком широком участке фронта, а также суровая зима вынудили командование сконцентрировать войска, несмотря на значительную протяженность участка фронта. Так были созданы три крупных опорных пункта в трех населенных пунктах, несколько отдаленных от участка фронта на реке Калитва. Отсюда боеспособные разведывательные группы постоянно атаковали речной участок фронта. Они наблюдали за противником и должны были беспокоить его. Крупные опорные пункты поддерживали связь друг с другом через боевые группы. На основе 138-го танкового батальона, вспомогательного моторизованного батальона и нескольких зенитных орудий оперативная группа создала маневренный резерв под командованием бригадефюрера СС Хинриха Шульдта (погиб в бою), который должен был всюду выступать в роли «пожарной команды» или участвовать в контратаках.