Письма к императору Александру III, 1881–1894 - Владимир Мещерский

Итак, сказали мы, проектеры Кахановской комиссии первого состава предполагают во главу уезда поставить лицо по выбору земства и с содержанием от правительства, и этому лицу поручить относительно уезда права губернатора относительно губернии, с званием председателя уездного присутствия. Уездное же присутствие проектируется составить из нескольких отделений: 1) полицейского, 2) по крестьянским делам, 3) учебного, 4) по воинским делам.

Само собою разумеется, что с введением этого присутствия уездный предводитель дворянства, которому доселе поручается председательствование в вышепоименованных отдельных присутствиях, возвращается к прежней своей исключительно дворянской должности. Такова в главных чертах реформа, проектированная Кахановскою комиссиею первого состава относительно уезда.

Мы рассматривали ее по частям, обращая внимание на главные пункты и не касаясь подробностей, за неимением ни места в журнале, ни времени, и посвятив этому рассмотрению 6 статей, мы по необходимости должны были дробить общую картину задуманной реформы на отдельные очерки. В настоящей же статье, чтобы яснее было читателям увидеть, насколько Кахановская комиссия следовала в своих работах Высочайшей воле, ей преподанной, насколько она отрешалась от предвзятых теорий и тенденций и была беспристрастна, и, наконец, насколько ее озабочивали интересы восстановления порядка в уездной жизни посредством усиления правительственной власти, мы представим краткий, по возможности, очерк того, во что проектеры Кахановской комиссии первого состава задумали обратить уездное управление снизу до верху.

Припомним при этом: 1) что в инструкции, Высочайше объявленной Кахановской комиссии, строго наказывается ей не касаться сословий иначе как в их отношениях к общему государственному управлению; 2) что Кахановская комиссия в своих соображениях неоднократно упоминает о принципе равновесия между правительственною властью и общественными учреждениями, и 3) что земское самоуправление в том виде, в каком оно существует, она предполагает оставить без изменений.

Итак, начинаем снизу.

С сельского общества. Доселе сельское общество крестьянское имело ту для правительства охранительную силу, что состояло из домохозяев, то есть из лиц, оседлостью, собственностью и общинным началом объединенных, в интересе коих было охранять как бытовой, так и полицейский порядок в районе своего общества.

Что же предлагает Кахановская комиссия первого состава? Она предлагает составить такое сельское общество, где введены будут два новые начала: 1) начало бессословности или всесословности как самостоятельная основа самоуправления, в явное нарушение предподанной ей по Высочайшей воле инструкции, и 2) начало равноправности между домохозяевами и всеми лицами, в районе общества живущими.

В практическом смысле это означает: 1) уничтожение в основе уездного строя крестьянского сословного начала; 2) уничтожение охранительного начала в управлении сельским обществом, посредством приравнения домовладельца и землевладельца с батраком; 3) отнятие у сельского общества крестьянских хозяев права избирать сельского старосту и предоставление этого права какой-то бессословной массе, где большинство голосов может оказываться на практике на стороне бобылей, батраков и бродяг, временно приписанных к обществу.

Предоставляем читателям судить: где в этих предначертаниях кроется идея порядка и охранительных правительственных интересов, и какими практическими выгодами, в интересах кого бы то ни было, правительства или населения, искупается то главное неудобство и прямое посягательство на интересы государственного порядка, которое, как мы указали прежде, заключается в открытии настежь и законным путем дверей в крестьянское сословие всем элементам беспорядка, смуты, социализма и анархии.

Переходим к волости. Здесь что мы видим в проекте? Практическая жизнь представляла на основании Положения 19 февраля довольно крепкое и цельное управление крестьянским строем, в котором волость подчинялась избранному волостному старшине из крестьян, а старшина с волостью, в свою очередь, подчинялись единоличной власти назначавшегося правительством мирового посредника. С течением времени, поддаваясь либеральным влияниям сумбурного лжеобщественного мнения и демократизма печати, правительство сделало неисправимую ошибку, отняв у крестьянского строя волостного начальство – мирового посредника, у волостного старшины и волостного суда право наказывать крестьян розгами, и весь крестьянский мир целого уезда поставило в фиктивную зависимость от непременного члена присутствия по крестьянским делам, который уже потому стал мнимым начальствующим лицом, что избирается земством, и кроме того лишен был физической возможности делить свое время между заседаниями уездного присутствия и между поездками по волостям. Когда совершилось это либеральное изменение в заведывании крестьянским самоуправлением, тогда весьма скоро практическая жизнь крестьянского мира обнаружила свою главную нужду: в усилении власти над крестьянами, или, говоря проще, крестьяне почувствовали нужду и восстановлении над ними власти мирового посредника единоличной, и везде, в тысячах картин, сказалось безвластие.

Теперь что же, в ответ на эту нужду, придумывает Кахановская комиссия первого состава?

Как мы видим:

1) Она увеличивает вдвое район волости, то есть затрудняет фактический надзор за крестьянами, главным населением волости.

2) Она вовсе отнимает у крестьян – крестьянскую над волостью власть волостного старшины, который, при всех безурядицах, все-таки, как крестьянин, во многих местах избиравшийся из лучших по волости домохозяев, умел по-крестьянски держать волость в известном обаянии своей власти, и прямо передает эту власть над крестьянскою волостью земству, то есть установляет волостеля или волостного начальника по выбору от земства, и в то же время отстраняет от этого нового волостеля права власти над ним правительственной полиции.

Таким образом, еще очевиднее, чем в сельском обществе, проект Кахановской комиссии вводит бессословное начало в волостное управление, вопреки преподанной ему Высочайше утвержденной инструкции.

И выходит что же?

В то самое время, когда из конца в конец России стоном стоит одна насущная всенародная нужда: в усилении правительственной власти и страха этой власти, в то самое время, когда практическая жизнь вопиющими фактами изображает несостоятельность и вред политический и экономический от земства в том виде, в каком оно существует, Кахановская комиссия первого состава проектирует: