От Пекина до Берлина. 1927 - 1945 - Василий Чуйков

Уже путаница: то «фюрер терпеть не может Геринга» сказано в настоящем времени, то «Гитлер перед смертью исключил его из партии» – уже прошедшее время. Пытаюсь уточнить:

– Кто же, по-вашему, Гиммлер?

– Гиммлер – предатель. Он работал против фюрера, давно хотел заключить сепаратный мир с западными державами и разъединить нас. О его намерении узнал фюрер и… – несколько секунд пауза, – это одна из причин его самоубийства. Фюрер дорожил преданностью своих соратников. Перед смертью он искал выхода… в заключении мира, в первую очередь с Россией.

– Итак, Гиммлер – предатель?

– Да, – подтвердил Кребс. – Согласно завещанию Гитлера, Гиммлер исключен из партии. Гиммлер вне Берлина. Он в Мекленбурге.

– Вы ведь знали о предложении Гиммлера: полная капитуляция перед США и Англией? (Тут я прямо беру Кребса «на пушку»: я до последнего дня почти ничего не знал о предложении Гиммлера).

Кребс, подумав, ответил:

– Как вам известно, мы его подозревали, но окончательно я убедился в этом из сообщения агентства Рейтер. Мы не были извещены Гиммлером. Фюрер оставил его вне Берлина, чтобы он прислал помощь Берлину, бросил сюда все части вооруженных сил Германии. Но он обманул фюрера, не сделал этого. Гиммлер предатель, хотел заключить мир без ведома фюрера, он против интересов Германии. Я все время находился с фюрером, был его непосредственным советником по вопросам войны. А вне Берлина, в Мекленбурге, был ОКВ. Фюрер давал им приказы непосредственно из Берлина. Я – был ответственным за Восточный фронт.

Тут Кребс проболтался и тем подтвердил все наши догадки и предположения. В его словах о том, что Гитлер приказал все части вооруженных сил Германии бросить «оттуда», то есть с Запада, к Берлину, на – Восточный фронт, против нас, и тем самым открыть войскам западных держав путь на Берлин, была истинная правда. Не теряя этой нити, спрашиваю Кребса.

– Кто у вас сейчас является главнокомандующим?

– Согласно завещанию Гитлера, теперь стал Дениц. Шернер – новый командующий сухопутными войсками; воздушными силами – фон Грейм. Геринг болен, Гудериан болен.

– Где Риббентроп?

– В Мекленбурге. Вместо него Зейс-Инкварт.

– Таким образом, полная реорганизация правительства. Она не касается только вас. Вы были при Гитлере и остаетесь сейчас начальником генерального штаба сухопутных войск?

– Да, – подтвердил Кребс.

– Кто же будет уполномочен на окончательные переговоры с Советским Союзом и его союзниками?

– Геббельс и Борман. Они находятся в Берлине и являются единственными представителями Германии.

– А что будут делать другие члены правительства?

– Они выполняют приказ фюрера.

– А признают ли войска новое правительство?

– Если представится возможность довести завещание фюрера до сведения армии, войска выполнят его волю. Лучше это сделать до объявления другого правительства.

– Вы боитесь этого «другого» правительства?

– Гиммлер предал нас и может создать новое правительство. Гиммлер еще не знает о смерти фюрера и его завещании.

– Как вы думаете связаться с другими районами? Ведь они отрезаны.

– Посредством временного перемирия с вами. Мы тогда все огласим.

– Не понимаю.

Кребс уточнил:

– При вашем содействии мы свяжемся с периферией при помощи авиации или другими способами.

– Значит, правительство создается, чтобы действовать на территории Германии, собрать силы и продолжать войну?

– Нет, чтобы начать переговоры и кончить войну.

– Однако, – ловлю его опять, – в завещании Гитлера ясно говорится, что он создает правительство из людей, «которые будут проводить войну всеми средствами». Не лучше ли вам согласиться сначала кончить войну, а потом начать переговоры?

Кребс что-то медлит с ответом, а затем отвечает:

– Ответ может дать мое правительство, а не я…