Подводный ас Третьего рейха. Боевые победы Отто Кречмера, командира субмарины "U-99". 1939-1941 - Теренс Робертсон

22 октября «U-99» прибыла на временную стоянку в бухте одного из островов на подходе к Лориенту. Следовало привести лодку и себя в порядок. Лодка находилась в море девять дней. Это был самый короткий атлантический поход Кречмера. Причем четыре дня занял путь к конвою, один день – непосредственно атака и еще четыре дня – дорога домой. Всего за три часа в течение одной ночи Кречмер отправил на дно 9 судов союзников. От Дёница пришло восторженное сообщение: «Ты выиграл два сражения этой ночью, сынок. Приготовься к торжественной встрече на базе». Кречмер предпочел бы кровать и чистые простыни в тихом отеле на берегу и спокойный отдых в течение нескольких дней и ночей. Во время атаки он не спал сорок восемь часов и был по-настоящему измотан. Вместо этого он приказал Баргстену, чтобы тот лично проследил за качественной уборкой лодки и приведением в надлежащий порядок всего, в том числе и внешнего вида моряков.

После обеда подняли якорь, и лодка медленно заскользила к выходу из бухты. По дороге им встретилась большая 740-тонная субмарина, возвращавшаяся из похода по Южной Атлантике. Она появилась с юга и пристроилась впереди «U-99». Ее экипаж толпился на палубе, причем их физиономии покрывала густая щетина. Такая может вырасти, только если не бриться несколько недель. Одежда моряков выглядела так, словно они ее все эти недели ни разу не снимали, поскольку не выходили из боя. На мостике стоял не менее бородатый капитан, одетый в белый свитер. На его голове под немыслимым углом сидела капитанская фуражка. Кречмеру оставалось только подивиться такому вопиющему всеобщему нарушению дисциплины. Он сам всегда старался выглядеть аккуратным и не уставал приучать к этому своих людей. Но тем не менее он не мог не признать, что неопрятный экипаж выглядит удивительно живописно – все как на подбор, настоящие морские волки, мечта любой девчонки. Баргстен обошелся без лишних слов. Он навел бинокль на рубку идущей впереди лодки, несколько минут с явным удовольствием рассматривал толпящихся там моряков, затем, усмехнувшись, проговорил:

– Хороши, черти.

«U-99» еще долго шла следом за потрепанным ветераном Южной Атлантики мимо боновых заграждений, затем, также вслед за ним, вошла в бухту. Тут же от главного пирса отошел командирский катер и направился к первой лодке. Стоящий на корме катера офицер махнул рукой, приглашая лодку следовать за ним, и направился к причалу, где виднелись группы офицеров и множество женщин с огромными букетами цветов. При подходе лодки невидимый оркестр заиграл бравый военный марш. Кречмер пожал плечами и повернул свою лодку к единственному имеющемуся свободному причалу, очень не популярному среди базирующихся в Лориенте экипажей, поскольку от него было очень далеко идти до города. Собравшиеся на фордеке матросы искоса посматривали на командира, причем их взгляды были далеки от доброжелательных.

Стоя за спиной Кречмера, юный Эльф, бывший, должно быть, в силу своего возраста наименее сдержанным из всех офицеров, сердито зашептал в ухо Баргстену:

– Это нас там встречают! И мы это заслужили! Неужели командир оставит все это без внимания!

– Тебе уже пора получше узнать нашего командира, – добродушно засмеялся Баргстен. – Сегодня – он герой Лориента. И разумеется, не потерпит, чтобы наши лавры достались другому. Но сейчас, по-моему, он вынашивает идею потихоньку ускользнуть на берег, чтобы эти медные лбы как следует побегали, выясняя, что произошло. Кстати, я достаточно хорошо знаю Дёница, он этого так не оставит. Спорим на бутылку шампанского, что адмирал быстро разберется и отправит самозванца подальше.

– Уже, – сказал Эльф, взглянув на причал с толпой встречающих.

На «U-99» как раз закончили швартовные операции, и Кречмер собрался идти в штаб, когда снова появился командирский катер, с борта которого энергично размахивал руками офицер.

– Коммандер Кречмер, – завопил он, – произошла ужасная ошибка! Адмирал Дёниц организовал для вас торжественную встречу. Он лично пришел на причал, но вас нигде нет. Вам необходимо немедленно перейти к главному причалу. Командующий сказал, что он не намерен долго ждать.

Кречмер весело рассмеялся и помахал в ответ рукой. В это же время Баргстен дал указание вахтенным приготовиться к перешвартовке корабля. Лодка отошла от причала. В последний момент Кречмер решил показать собравшимся высший класс судовождения. Он совершил плавный поворот, а потом направился к главному причалу на полной скорости, словно вел не подводную лодку, а прогулочный катер. «U-99» вздрогнула всем корпусом, когда он скомандовал полный назад и заставил 500-тонную субмарину послушно замереть всего лишь в нескольких футах от застывших на причале людей. Конечно, это была работа на публику, но тем не менее Кречмер в глубине души почувствовал удовлетворение тем, что выкинул такой мальчишеский трюк. Когда он покидал мостик, на его губах играла слабая, но довольная улыбка.

На берегу Кречмера встретил Дёниц. Адмирал с улыбкой наблюдал, как на причале строится героический экипаж, а вокруг суетятся фотографы и военные корреспонденты. Они во что бы то ни стало желали узнать из первых уст подробности того, что уже было названо в Лориенте «ночью длинных ножей». Кречмер подозвал к себе Касселя и, представив его журналистам, поручил ему вести все разговоры от имени команды «U-99». Спустя три дня Кречмер зашел в кабинет командира флотилии, где ему показали его же отчет с резолюцией Дёница:

«Великолепная атака, принесшая столь же отличные результаты. Дёниц».

Эти скупые слова означали признание разработанной им тактики, поэтому они значили для Кречмера больше, чем помпезная встреча на причале. Так родилась легенда об одиноком морском волке, которую вскоре предстояло услышать всей Германии. А Геббельс в своем радиообращении к нации назвал ее «самым увлекательным приключением во время войны».