Пропаганда войны в кинематографе Третьего Рейха - Арина Полякова

В противоположность художественным фильмам национал-социалистические документальные киноленты представляли собой прямые неприкрытые пропагандистские послания. Такие темы как героизм, историческая значимость Адольфа Гитлера, коварность врага, развитие идеи национализма, исторически-мистическое значение нацизма, сельская жизнь, идеи единства земли и крови, спорт, гитлерюгенд, программа «сила через радость», Союз германских девушек, прославленная немецкая армия, победа, триумф, успехи, рекорды были максимально сконцентрированы и усилены.

Наибольшую известность и значение в нацистское время получила картина режиссера Лени Рифеншталь^[197] «Триумф Воли» (Triumph des Willens). Премьера состоялась в 1936 году в кинотеатре «УФА-Паласт» в исторической части Берлина. Съемки и действие фильма были ограничены временными сроками проведения ежегодного съезда Национал-социалистической рабочей партии Германии в Нюрнберге 1934 года. Погодные условия сентября 1934 года позволили Рифеншталь реализовать новаторские киноэффекты. Кроме 25 профессиональных операторов на съемках работали десятки и сотни помощников и администраторов. Если присмотреться, то на одном из огромных флагштоков можно увидеть движущуюся кабину с кинооператором^[198]. Один из наиболее пафосных эпизодов связан с церемонией освящения новых знамен штурмовых отрядов партийным «знаменем крови», которое держал в своих руках ветеран движения. «Знамя крови», хранящее капли крови мучеников Пивного путча, символизировало преемственность поколения отцов, страдавших от поражения в Первой мировой войне, и напоминало о двадцатилетнем пути Гитлера к вершине политической и государственной власти.

Вторым по значению является фильм того же режиссера «Олимпия» (Olympia), рассказывающий о XI Летних Олимпийских играх, прошедших в Берлине в июле-августе 1936 года. Фильм состоит из двух частей: «Олимпия. Часть 1: Праздник народов», «Олимпия. Часть 2: Праздник красоты».

Пролог первой части «Олимпии» известен: на экране видны руины Акрополя, затем камера показывает отдельные головы античных атлетов и богинь, плавно переходя на скульптуру дискобола работы Мирона, а с нее осуществляется переход к «живому изображению» обнаженных атлетов, которые в замедленной съемке представляют такие античные соревнования, как метание диска, копья и ядра. Далее зритель видит вновь античность, факелоносцев и через зажжение олимпийского огня переносится в современность – на Олимпийский стадион Берлина 1936 года.

Но и во второй части «Олимпии» имеется пролог: утренний лес, в котором бегуны по пересеченной местности, словно тени, возникают перед зрителем и обнаженными прыгают в воду, потом баня, блестящие тела атлетов, березовые веники, смеющиеся лица под душем^[199]. Но еще более известным является конец фильма: прыжки в воду у мужчин, которые переходят в невесомый полет в небо. Затем на экране возникает олимпийский стадион, – весь в огнях, слышен колокольный звон, видны олимпийский огонь и украшенные лавровыми ветвями флагштоки, которые склоняются друг к другу. Олимпийские знамена и «Храм света», созданные молодым архитектором Альбертом Шпеером, видны в финале фильма.