Древние славяне. Таинственные и увлекательные истории о славянском мире. I-X века - Владимир Михайлович Соловьев

На Руси настает период разброда и шатаний. Великим князем, руководствуясь тем же принципом старшинства, объявляет себя Святополк. А для верности, чтобы братья не оспаривали его первенство и право на киевский стол, он подсылает убийц сначала к Борису, затем к самому младшему из Владимировичей – Глебу и, наконец, к Святославу. Все трое были убиты. За братоубийцей прочно закрепилось злое прозвище Окаянный.

В единоборство с пролившим родную кровь Святополком вступает Ярослав. Не один год продолжалась меж ними усобица. Победителем из нее вышел Ярослав, а Святополк Окаянный, по одним сведениям, умер от ран, полученных во время сражения с войском брата, по другим – погиб в безлюдном, пустынном месте на границе Польши и Богемии, где вынужден был скрываться.

М. Микешин, И. Шредер, В. Гартман. Ярослав Мудрый на памятнике «Тысячелетие России». 1862. Новгород Великий

На этом распри между сыновьями Владимира кончились. Вспыхнувший было конфликт Ярослава и Мстислава Удалого по обоюдному согласию разрешился полюбовно. Говоря современным языком, они пришли к консенсусу. Ярослав княжил в Киеве с 1019 по 1054 год, находясь в полном ладу и в миру и с Мстиславом, и с последним из двенадцати оставшихся в живых (своей смертью от болезни умер только Вышеслав – все остальные Владимировичи полегли в междоусобной борьбе!) братом – Судиславом.

Летописец отмечает, что, став единодержавным правителем, Ярослав показал себя опытным, не знавшим поражений полководцем. Он твердо отстаивал интересы Руси в Прибалтике, успешно воевал с чудью (финскими племенами), ходил в землю Литовскую и Мазовецкую (Польскую), нанес сокрушительное поражение печенегам.

Причем князь был не только талантливым воеводой, но и настоящим ратных дел мастером. В нем чувствовалось семя легендарного князя Святослава Игоревича. Несмотря на врожденную или приобретенную хромоту (мы этого точно не знаем), он был необычайно быстр и сноровист в бою, что в сочетании с редкой храбростью делало его воином исключительным.

Хорошие отношения с зарубежными монархами Ярослав стремится закрепить выгодными для Руси брачными союзами. Эту новую дипломатию он начал проводить, сыграв свадьбу с дочерью шведского короля Олафа Шётконунга Ингегердой (в крещении Ириной), получив в качестве приданого от тестя земли в районе Ладожского озера, известные как Ингерманландия, или Ингрия. Сестру он выдал замуж за польского князя Казимира, свою старшую дочь Елизавету – за норвежского принца Гаральда Сурового, среднюю Анну – за французского короля Генриха I, младшую Анастасию – за венгерского короля Андроша I. Всеволод Ярославин был женат на дочери византийского императора Константина Мономаха, а двое других сыновей киевского князя – Вячеслав и Святослав – на немецких принцессах. Таким образом династические связи с царственными домами Европы позволили еще более упрочить международное положение Русского государства.

Ярослав дорожил добрососедскими отношениями, но никогда не шел у них на поводу и в международных делах превыше всего ставил русские интересы.

Узнав, что во время пребывания в Царьграде один из русских купцов был убит, повздорив с греками, великий князь отправляет в Византию большое войско во главе со старшим сыном Владимиром. Он идет на прямое столкновение с могущественной державой, ибо не может и не хочет допустить, чтобы страдал престиж Руси и чтобы кто-либо мог безнаказанно не только убивать, но и обижать или притеснять его подданных.

Столь же решительно Ярослав без согласования с константинопольским патриархом поставил митрополитом не грека, как раньше, а человека славянского происхождения по имени Илларион. Он поражал современников своей ученостью и красноречием, а позднее прославился как автор сочинения «О законе и благодати». Пусть русская церковь тогда еще не стала автокефальной (независимой и самоуправляющейся), но и учреждение собственной митрополии – событие, которое трудно переоценить.

Историки справедливо называют Ярослава неутомимым строителем Руси и создателем новой христианской культуры. Его старания водворить в стране тишину и спокойствие не пропали даром. Он понял, в чем заключается корень раздоров и неурядиц, и неукоснительно и твердо отстаивал принцип единовластия. Механизм его действия был достаточно прост по замыслу, но куда труднее было его осуществить! И тем не менее Ярослав добился своего, заставив младших родичей повиноваться ему так же, как дети в тогдашней семье слушались отца. Тех же, кто посмел пойти против воли великого князя, ждало лишение удела. В итоге Ярослав стал непререкаемым авторитетом, хозяином в Русском государстве, с которым прочие князья находили нужным считаться и советоваться, прежде чем предпринять какие-то ответственные самостоятельные шаги.

Если до Ярослава и было единовластие, то это, по меткому выражению непревзойденного русского историка Василия Осиповича Ключевского, скорее случайность, а не политический порядок. Ярослав же, как сказано в летописи, принимает «власть русскую всю», становится «самовластцем» Русской земли. Он чеканит свою монету («ярославово серебро»), и в ряде случаев его, подобно византийскому монарху, даже титулуют царем (кесарем)и императором.

Из чего же слагается реформаторство Ярослава и почему он удостоился почетного прозвания Мудрый?

Видный отечественный историк Николай Иванович Костомаров, признавая многие заслуги Ярослава, в первую очередь отмечал, что более всего он оставил по себе память своими делами внутреннего устроения. Однако труды великого князя по совершенствованию управления в подчиненных ему землях и укреплению новых начал жизни, внесенных христианством, не сведешь к перечню конкретных мероприятий, не разложишь по полочкам и не разобьешь по пунктам.

В его деятельности пересекались и тесно переплетались сразу несколько важных созидательных линий.

Расширив границы русского мира покорением новых земель, Ярослав умелой организацией власти не только удержал их, как, впрочем, и старые, в повиновении, но и ухитрился сделать это, не прибегая к оружию. «…И была великая тишина на русской земле», – свидетельствует летопись.

Вслед за Владимиром Ярослав стремится создать систему прочной защиты Руси от степных кочевников. При нем продолжается начатое еще его отцом возведение в угрожаемых местах и районах укрепленных городов, высоких земляных валов и других преград. Достигнув соглашения с полукочевыми племенами, жившими вдоль русской окраины (торки, берендеи и т. п.), Ярослав, сохранив за ними право на самоуправление и предоставив еще ряд льгот, приобрел в их лице мобильные пограничные отряды. К тому же их конница была готова по требованию киевского князя незамедлительно выступить к нему на помощь.

О политической зависимости младших областных князей от великого князя по образу и подобию семейного права между отцом и детьми уже говорилось. Остается добавить, что эта патриархальная норма, возведенная в ранг государственного принципа, на какое-то время оказалась эффективна.