История хазар-иудеев - Дуглас Данлоп

В арабских источниках нет указания на дату обращения более точную, чем у Масуди, который утверждает, что оно имело место во время правления Гарун ар-Рашида, то есть около 800 года. В труде Иегуды Галеви «Кузари», написанном первоначально на арабском языке в 1140 году, а позднее переведенном на еврейский Ибн-Тиббоном, указана дата 740 год. Произведение Галеви, как известно, – есть защита раввинского иудаизма, представленная в форме диалога, который велся в Хазарии за 400 лет до времени, в котором жил автор. В этом диалоге участвует хазарский царь и его собеседники. Галеви не стремится описать историческое окружение. Его интерес теологический, а не исторический, но он считает обращение царя в иудаизм именно в этом году установленным фактом. Книга «Кузари» всегда пользовалась большим успехом, и не только в иудейских кругах. В XVII веке ее редактировал молодой Баксторф, а немецкий романтик Гердер сравнил ее с «Диалогами» Платона. Ее изучают и в наши дни.

О Хазарии и хазарах Галеви говорит немного: «Многие спрашивали меня, какие возражения и доводы мог бы я привести в споре с противниками нашей веры – философами, а также последователями других религий и еврейскими сектантами, посягающими на единство народа Израиля. И вспомнилось мне, что я слышал однажды доводы ученого раввина, бывшего при дворе хазарского царя, который перешел в еврейскую веру около четырехсот лет тому назад. Как известно из хроник, он много раз видел один и тот же сон: ангел приходит к нему и говорит: «Намерения твои угодны Творцу, но действия твои Ему неугодны». Он стал тщательно исполнять предписания хазарской религии, стал участвовать в службе святилища и в приношении жертв со всей чистотой сердца, но ночью вновь посетил его ангел, говоря все те же слова: «Намерения твои угодны Творцу, но действия твои Ему неугодны». Тогда он обратился к изучению всех вер и религий и в конце концов принял еврейскую веру, а вместе с ним – многие из хазар.

Так как я нашел доводы этого раввина убедительными и так как они соответствовали моим собственным мыслям, я решил записать их так, как они были высказаны, и «разумеющие да уразумеют».

Говорят, что, когда хазарскому царю было открыто во сне, что его намерения угодны Богу, но поступки его Ему неугодны, а также было указано ему найти образ жизни, угодный Богу, он обратился к величайшему философу своего времени и спросил его, в чем состоит его вера».

Далее следует короткий диалог с философом, и Галеви продолжает: «Затем хазар решил спросить христиан и мусульман, посчитав, что тот образ жизни, угодный Богу, который ищет, он должен, вероятно, найти в одной из этих религий. И он пригласил одного из христианских ученых и попросил рассказать об их учении и обычаях».

Далее следует диалог с христианским ученым, после которого хазар решил, что обязан продолжить поиски до конца.

«Затем он пригласил одного из ученых ислама и попросил его изложить мусульманское учение и обычаи». Их беседа подробно изложена в книге. Наконец царь приглашает ученого еврея, и после дискуссии с ним завершается первая часть книги. Заметим, что собеседники говорят один за другим. В общих дебатах никто из них не участвует.

Вторая часть «Кузари» начинается со следующей мизансцены: «Впоследствии, как известно из книг хазар, хазар открыл визирю тайну своего сна, в котором ему было много раз повторено веление искать образ жизни, угодный Богу, и пойти для этого в горы Варсан (Варачан, Варатан).

Они оба – царь и визирь – пошли в эти горы, которые находятся в пустыне, омываемой морем. Ночью они пришли к пещере, в которой каждую субботу собирались евреи; они открылись этим людям и там, в пещере, приняли их религию и были обрезаны. Затем они вернулись в свою страну и сохраняли в сердце веру евреев – они верили тайно, пока не нашли способ постепенно открыть свою тайну немногим избранным. Наконец стало их много, и их тайна стала явью. Они всех остальных ввели в веру евреев. Они привезли ученых и книги из разных стран и изучали Закон. Они победили врагов благодаря своей силе, и завоевали многие земли, и открыли сокровища. Их число умножилось и достигло нескольких сотен тысяч человек. Они любили Закон, и хотели иметь свою святыню, и сделали у себя Храм-шатер наподобие воздвигнутого Моисеем. Они чтили родившихся евреями и благословляли их имена. Так рассказывают их книги. Когда царь ознакомился с Законом и с книгами пророков, он сделал того раввина своим наставником и начал задавать ему вопросы, которые обычно возникают у евреев. Прежде всего он спросил об именах и атрибутах, относимых к Богу». С этого момента следуют вопросы и ответы – царь спрашивает, мудрец отвечает.

Первое впечатление от прочтения этих отрывков – они апокрифичны. Грубый супернатурализм сам по себе не обесценивает документ этого периода. Но то, что говорится о хазарах, вызывает сомнения в исторической основе истории. Они представлены имеющими место для поклонения, где читались молитвы и приносились жертвы еще до принятия иудаизма. Это нелегко согласовать с тем, что нам известно о тюрках-язычниках, кем, безусловно, были хазары до обращения. Трудно объяснить и присутствие рядом с царем «философа» – на его месте должен был находиться шаман. А то, что хазарский царь и его визирь согласились подвергнуться обрезанию от рук незнакомцев, вообще представляется невероятным.

Вместе с тем некоторые детали рассказа говорят о его объективности. Высокое положение визиря рядом с царем поразительно, учитывая то, что нам известно о хакане и беке хазар. Сцена в горах Варсана¹ в представлении Галеви – в пустыне возле моря. Варсан – это, вероятно, Варачан – в восточной оконечности Кавказа², идентифицируется с Северным Варатаном³, удобно расположенным рядом с Хазарией, но в то время еще не обязательно на хазарской территории. Пещера, в которой разворачивается действо, упоминается и в других источниках. А главное, в «Кузари» дана точная датировка событий – Галеви утверждает, что они имели место 400 лет назад, то есть в 740 году, что говорит об объективности повествования. Хотя сегодня мы не знаем, откуда у Галеви эта информация, вряд ли есть основания полагать, что он все придумал.

Скорее, у него имелись определенные источники, содержание которых он изложил. Он упоминает об «историях» и «книгах хазар», правда, не утверждает прямо, что пользовался ими. Он мог опираться и на устные источники. Ведь пишет же он в своей книге: «Вспомнилось мне однажды, что я слышал доводы ученого раввина…» Позже мы вернемся к его возможным устным источникам. А пока отметим, что его ссылки на «книги хазар», вероятнее всего, означают уверенность в том, что таковые по меньшей мере существуют. Нам известно утверждение автора «Фихриста», что хазары использовали в своей письменности еврейский шрифт⁴. Учитывая полное отсутствие хазарских документов у других посредников, мы можем предположить, что, если есть такие труды, о которых упоминал Галеви, они написаны еврейскими буквами. Однако согласно «Тарих-и Фахр ад-Дин Мубарак Шаху», написанному в 1206 году, хазары имели алфавит, похожий на алфавит русов. Группа греков, живших рядом, писала с использованием того же алфавита. Их называли греко-русами. Они пишут слева направо, и их буквы не соединяются друг с другом. Всего букв двадцать одна⁵. Современник Галеви Авраам ибн-Дауд уверяет, что люди хазарского происхождения в его время были в Толедо⁶. Иными словами, не исключено, что «книги хазар» с информацией об обращении их в иудаизм были доступны в Испании⁷.