Такая удивительная Лиговка - Аркадий Векслер

В 1865–1875 гг. в доме жил состоящий на государственной службе коллежский асессор Александр Петрович Стефани, в 1879 г. – доктор медицины Юлий Петрович Серк, впоследствии главный врач Детской больницы принца Ольденбургского, сенатор Славинский с женой Глафирой Васильевной, статский советник Моисей Петрович Сливчанский, купец 2-й гильдии Степан Степанович Фролов, Павел Васильевич Шохрин.

Приобретя домовладение по купчей от 24 июня 1897 г., жена титулярного советника Вера Сергеевна Денисьева в 1898 г. продала его, обремененное долгами, Петербургскому обществу страхования, которое сразу приступило к очередной перестройке дома. В 1913 г. дом сильно пострадал от пожара.

В 1897–1898 гг. здесь жили: издательница детского журнала «Всходы» (основан в 1896 г.) и ежемесячного политического, литературного и научно-популярного журнала для самообразования «Мир Божий» (основан в 1892 г.), деятельница Русского женского взаимно-благотворительного общества Александра Аркадьевна Давыдова, художник Александр Иванович Морозов (в 1895 г. жил в доме 65), доктор медицины Николай Васильевич Петров.

А.А. Давыдова (урожденная Горожанская, 1848–1902) была замужем за виолончелистом К.Ю. Давыдовым (1838–1889; с 1867 по 1887 г. – директор Петербургской консерватории). Некролог, посвященный памяти A.A. Давыдовой в журнале «Русское богатство», хорошо характеризует выдающуюся личность просветительницы, начинавшей свою деятельность под влиянием Н.К. Михайловского, с которым она состояла в многолетней дружбе.

Обложка журнала «Мир Божий»

Многих членов редакции «Мира Божьего» связывали родственные отношения, благотворно отразившиеся на деятельности журнала. Активное участие принимали в журнале дочери Давыдовой Лидия Карловна Туган-Барановская (1869–1900) и приемная дочь Мария Карловна (1881–1966), известная в русской журналистике под двойной фамилией Куприна-Иорданская. Женой А.И. Куприна она стала в 1903 г., в это же время после смерти матери и старшей сестры она стала издательницей «Мира Божьего». За редактора «Современного мира», сменившего «Мир Божий», Н.И. Иорданского она вышла замуж в 1910 г. М.К. Куприна-Иорданская работала в журналистике и после октября 1917 г. Она оставила интересные воспоминания «Годы молодости», где рассказала и об А.И. Куприне, и о журнале «Мир Божий».

Первый номер журнала за 1892 г. вышел с опережением – 13 декабря 1891 г. Редактором вначале был профессор Виктор Петрович Острогорский (1840–1902), известный литературовед и педагог. Давыдова и Острогорский планировали создать журнал для подростков, по планы постепенно менялись. В подзаголовке «Мира Божьего» в год выхода значилось: «Литературный и научно-популярный журнал для юношества». В объявлении об издании подчеркивалось, что журнал хочет давать своим читателям «общедоступное образовательное чтение». В качестве основного читателя предполагалась и образованная семья, и читатели из различных слоев общества. Но журнал стал расширять аудиторию, выводить ее за пределы собственно подростковой. От первоначальных планов осталось только название: «Мир Божий» – мир вокруг человека, со всеми его проявлениями, тайнами и загадками. В 1893 г. редакция получила разрешение добавить к подзаголовку слова «и для самообразования». Значит, аудитория расширилась еще больше, так как самообразованием могли заниматься люди любого возраста. Журнал формировался как образовательное научно-популярное издание для юношества и «средней по образованию публики». Этим объяснялось обилие научных и научно-популярных публикаций, которыми журнал славился все время своего существования.

Общественный подъем 1890-х годов, яростные споры между марксистами и народниками, приход в журнал талантливых публицистов и общественных деятелей – все это способствовало изменению типа журнала. Постепенно «Мир Божий» превратился в журнал «обычного русского типа», сохранив черты научно-популярного издания.

Это произошло по инициативе и при активном участии появившегося в журнале в 1894 г. Ангела Ивановича Богдановича (1860–1907), который взял на себя обязанности неофициального редактора. А.А. Давыдова, хотя и прочитывала все рукописи, предложенные редакцией к публикации, редакторских функций на себя не брала. В.П. Острогорский постепенно отходил от журнала и в последние годы, как вспоминали сотрудники, подписывал журнал, не читая. Редакторские обязанности легли на А.И. Богдановича, который из-за своего прошлого (он был народником, затем примыкал к легальным марксистам, в 1893 г. – один из основателей организации «Народное право») не мог быть утвержден в качестве официального редактора. Он не мог даже подписывать свои публикации, и в течение 10 лет его знали под литерами «А.Б.». Только четыре материала, напечатанные после октября 1905 г., он смог подписать полным именем – Ангел Богданович.

А.И. Морозов (1835–1904) родился в Санкт-Петербурге, учился в Императорской академии художеств с 1851 г. В 1861 г. получил малую золотую медаль за картину «Отдых на сенокосе». Был в числе выпускников 1863 г., отказавшихся писать конкурсную картину на заданную тему и вышедших из Академии («Бунт четырнадцати»). Отказники образовали бытовую коммуну и создали Артель художников во главе с И.Н. Крамским. Через год за картину «Выход из церкви в Пскове» (находится в Третьяковской галерее) признан академиком. Кроме этой картины наиболее удачными жанровыми произведениями Морозова признаны «Сельская бесплатная школа» (1872; также в Третьяковской галерее) и «После пожара» (1888). На академических выставках в Санкт-Петербурге обращали на себя внимание публики некоторые из многочисленных портретов его работы, выполненных масляными красками (например, портреты молодого графа Апраксина и госпожи Корнилович) и акварелью. Из-под его кисти вышло также немало церковных образов. Одно время он давал уроки рисования в школе Общества поощрения художеств.

А.И. Морозов оставил не много картин, поскольку всю жизнь вынужден был зарабатывать нетворческой работой: тридцать лет преподавал рисунок в Училище правоведения в Петербурге, давал частные уроки, делал заказные портреты (иногда с фотографий), писал иконы. Практически все его работы отличаются высоким живописным уровнем и ныне экспонируются в крупнейших отечественных музеях. В.В. Стасов оценил «Выход из церкви.» как одну из первых массовых сцен, где главные герои – все изображенные, критик находил в ней «правду жизни» (прежде всего, противопоставление богатства и нищеты). Молодые И.Е. Репин и В.Д. Поленов восхищались тщательностью работы с натуры и мастерством передачи яркого солнечного света. Однако после 1860-х гг. Морозова забывают, он надолго уходит в тень. С Товариществом передвижных художественных выставок отношения у него так и не сложились, вероятно, потому, что его дар не соответствовал социально-обличительному направлению искусства передвижников. Его более привлекала природа, причем в ее гармоническом, то есть спокойном, идеальном, «вечном» состоянии. Человека он мыслил в полном единении с природой. И по мироощущению, и по художественному методу Морозов был единственным во второй половине XIX в. продолжателем венециановской традиции, оттого критики рубежа веков А.Н. Бенуа, И.Э. Грабарь назвали его «запоздалым венециановцем».