Египтяне. Великие строители пирамид - Сирил Альдред

Двадцать первая — Тридцать первая династии, приблизительно 1075—332 гг. до н. э.

Вести из Фив последних лет Двадцатой династии повествуют об истории общего упадка. По-видимому, живший в Пер-Рамсес фараон редко навещал свою южную столицу, и правление Фивами перешло к небесному владыке Амону-Pa, передававшему свои эдикты посредством жрецов, во главе которых стоял верховный жрец. Что касается положения дел в Западной Азии, то побережье Палестины твердо держали в своих руках филистимляне, которым обеспечивала превосходство оружия монополия на железо. Морское господство перешло к ханаанитам из Финикии. Количество незанятых профессиональных солдат из наемников усиливало общую ситуацию беззакония. Когда к этому добавился голод, вызванный низким разливом Нила, нет ничего удивительного в том, что чиновники пеклись о своих собственных интересах, забывая о честности, а впавший в отчаяние народ поднимал жестокие восстания. Но самым важным фактором распада был крах веры в фараона как в божество, правящее людьми. Гробницы правителей в Фивах с их сказочными сокровищами всегда соблазняли безрассудных людей решиться на воровство. Теперь оказалось, что их грабили систематически (возможно, с ведома чиновников), поэтому из тридцати гробниц фараонов только одна, принадлежавшая Тутанхамону, осталась почти нетронутой. Египтяне, такие кипучие и оптимистичные в начале правления Восемнадцатой династии, лишились энергии. Почтение к фараонам еще сохранялось (больше по привычке, нежели в качестве символа веры), но монархия превратилась в военную диктатуру, стабильность которой зависела от наемников, а последующие ливийские, кушитские, персидские, греческие и римские династии держались у власти лишь до тех пор, пока могли защищать ее силой оружия от других воинственных претендентов.

Таблица 3

ПОЗДНИЙ ПЕРИОД (ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ —ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ ДИНАСТИИ)

После таинственной смерти Рамсеса XI страна распалась на две половины: одна династия правила в Танисе, а другая семья, которая получала высочайшие посты в иерархии служения Амону, управляла Фивами. Браки между членами этих двух семей заново объединили Верхний и Нижний Египет под властью одного правителя, но процесс был чисто номинальным. В обоих частях страны при ослаблении верховной власти всегда возникала тенденция к приобретению независимости. Каждая новая династия начинала свою жизнь, воскрешая старую мечту об азиатской империи, которая упоминается в Ветхом Завете, и вмешиваясь в дела региона везде, где только возможно. Между тем эти кампании мало отличались от вооруженных рейдов, приносящих временную славу. Когда египетские вооруженные силы сталкивались с серьезно обученным единым врагом, превосходящим их в оружии (например, с ассирийцами, вавилонянами и персами), они неизменно терпели поражение. Это порождало неуверенность в народе и сомнительную славу разобщенного государства.

В 940 году до н. э. семья ливийского происхождения, поселившаяся в Гераклеополе, стала такой влиятельной, что вошла в милость к правителям Таниса и унаследовала престол фараонов, основав Двадцать вторую династию. Первый из этого рода, энергичный правитель Шешонк, вторгся в Палестину и разграбил богатый сокровищами храм Соломона, немного восстановив престиж Египта. Впрочем, ливийские династии кончили разладом и раздором; когда кушитский правитель отправился из Напаты на штурм Египта во имя порядка и ортодоксии, то не встретил серьезного сопротивления. С конца Двадцатой династии Нубия и Куш (библейская Эфиопия) постепенно превращались в независимые государства, где строго блюли культ Амона. Набожные владыки кушитов почитали провинциальную версию египетской культуры, стремясь вернуться к классическому искусству Среднего царства. Они оказались энергичными строителями, что особенно ярко проявилось в Фивах, и внесли некоторое подобие порядка в дела Египта, хотя страна была далека от единства. Интриги Тахарки, сына кушитского правителя, привели к столкновениям с ассирийцами, которые дважды шли на Египет и, наконец, разграбили Фивы. При преемнике Тахарки Тануатамоне они добрались и до его кушитского домена, правители которого со временем все больше африканизировались и переставали влиять на положение дел в Египте.