Россия против России. Гражданская война не закончилась - Леонид Млечин

После Гражданской войны Розенгольц возглавлял Красный воздушный флот, был полпредом в Англии, наркомом внешней торговли.

Чрезвычайную комиссию по производству военного снаряжения в августе 1918 года возглавил Леонид Борисович Красин. В начале сентября она была реорганизована в Чрезвычайную комиссию по снабжению Красной армии (Чрезкомснаб). Ей подчинялись все предприятия, которые выпускали военную технику и боеприпасы.

Через год эту работу поручили Чрезвычайному уполномоченному Совета обороны по снабжению Красной армии и Красного флота (Чусоснабарм) Алексею Ивановичу Рыкову. Рыков создал централизованную систему обеспечения вооруженных сил оружием, снаряжением, продовольствием и фуражом. Образовали Совет военной промышленности (Военпром), и Рыков руководил всеми военными предприятиями. Они с Троцким придумали первые советские танки — обшитые броней тракторы «катерпиллер».

В 1920 году Троцкий говорил:

— Под руководством товарища Рыкова наша расстроенная промышленность дала максимум того, что она могла дать.

Рыков стал заместителем Ленина в правительстве. После смерти Владимира Ильича он возглавил Совнарком. А в марте 1938 года Рыкова расстреляли вместе с Розенгольцем…

28 августа 1918 года полковник Каппель попытался захватить Свияжск. Его солдаты ночью зашли с тыла и застали красноармейцев врасплох. Едва-едва не взяли в плен самого председателя Реввоенсовета Республики. Но присутствие Троцкого действовало на красноармейцев ободряюще. После восьмичасового боя каппелевцы отступили.

«Казанские газеты, — не без иронии вспоминал Троцкий, — сообщали, что я отрезан, в плену, убит — или улетел на самолете, но зато захвачена в качестве трофея моя собака. Это верное животное попадало затем в плен на всех фронтах Гражданской войны. Чаще всего это был шоколадный дог, иногда сенбернар. Я отделался тем дешевле, что никакой собаки у меня не было».

Неустанные труды по формированию Красной армии приносили плоды. Подчиненная единой воле, связанная дисциплиной и общими задачами, она брала верх над разрозненными отрядами Белого движения.

С Балтийского моря на Волгу перегнали четыре миноносца и создали Волжскую военную флотилию, командовал ею Федор Федорович Раскольников, муж Ларисы Рейснер. Корабли сначала помогли красному Свияжску, а 10 сентября высадили десант в Казани.

«Когда мы взяли обратно Казань и Симбирск, — вспоминал Троцкий, — я завернул в Москву. Ленин был в прекрасном настроении. Он с жадностью слушал рассказы про фронт и вздыхал с удовлетворением, почти блаженно. „Игра, — говорил он, — выиграна“».

Национальный вопрос сыграл большую роль в Гражданской войне. Белые генералы сражались под лозунгом единой и неделимой России и тем самым отказывали народам в праве на самоопределение. Поэтому, скажем, башкиры искали помощи у Комитета членов Учредительного собрания, у сторонников демократической федеративной республики.

В зоне, где находились чешско-словацкие войска, — а это Поволжье, Урал, Сибирь, Дальний Восток — возникли два центра демократической власти: Комитет членов Учредительного собрания в Самаре и Временное Сибирское правительство в Омске.

Между ними существовало соперничество. Сибиряки претендовали на верховенство и право командовать всеми антибольшевистскими силами. Но все понимали, как опасно дробить силы. И пришлось идти на сотрудничество. При посредстве чехословацких политиков самарцы и омичи встретились и согласились провести Государственное совещание для формирования единой всероссийской власти.

Почему собрались в Уфе? Потому что позиции большевиков здесь были слабые. Сейчас в центре города стоит памятник красноармейцам. На самом деле в 1918 году Уфа стала оплотом демократической контрреволюции. Башкирское правительство ориентировалось на Самару, поскольку Комуч поддерживал автономию башкирского народа.

На Уфимское государственное совещание съехались представители разных политических партий и национальных организаций — башкиры, киргизы, казаки, делегаты Туркестана и даже Эстонии, чтобы договориться о формировании единого правительства. Участвовало около двухсот человек, из них семьдесят семь депутатов Учредительного собрания, большинство — эсеры.

Самое представительное совещание антибольшевистских сил России открылось 8 сентября 1918 года. Дискутировали долго — две недели. Председательствующий призвал всех участников:

— Давайте дадим все клятву, что не покинем Уфы, пока мы не восстановим российскую государственность и не образуем единое правительство.

Столкнулись две точки зрения. Самарцы настаивали на том, что власть должна оставаться в руках депутатов Учредительного собрания, они единственные получили мандат доверия от всего народа. Представители Сибирского правительства и казачьих войск предлагали забыть об Учредительном собрании — это говорильня. А нужна сильная и твердая рука, способная противостоять большевикам и навести порядок.

23 сентября совещание завершилось. Образовали Всероссийское Временное правительство, высший орган государственной власти на территориях, освобожденных от большевиков.

Правительство, состоявшее из пяти человек, вошло в историю как Директория, или как Уфимская директория. Участники совещания объявили Директорию «единственным носителем Верховной власти на всем пространстве государства Российского».

Председатель разогнанного большевиками Учредительного собрания Виктор Михайлович Чернов считал, что совершается ошибка: «Управление страной самодержавно и без Учредительного собрания, и вообще без всякого народного представительства, — значит против левой, красной диктатуры воздвигнуть такую же деспотическую, но только правую, белую диктатуру». Чернов понимал, как опасна диктатура, даже если она кажется самым практичным способом одолеть врага. И оказался прав.

Тем временем Красная армия перешла в наступление. Троцкий назначил командующим войсками Восточного фронта Сергея Сергеевича Каменева, бывшего царского офицера, выпускника Академии Генерального штаба. 4-я армия, наступавшая на Самару, была наскоро сколочена из разрозненных партизанских и красногвардейских отрядов, которые не знали, что такое дисциплина. Но во главе армии Троцкий поставил бывшего генерал-лейтенанта царской армии Александра Алексеевича Балтийского.

Реввоенсовет 4-й армии обратился к личному составу: «Перед нами Самара. Еще один удар, и вся Волга будет открыта для движения красных пароходов с грузом нефти и хлеба, которые так необходимы Советской России. Скорее туда, на Самару!»

В июне — августе 1918 года власть самарского правительства распространялась на обширную территорию от Волги до Урала, на Самарскую, часть Саратовской и Пензенской, Симбирскую, Казанскую, Оренбургскую и Уфимскую губернии.

Но Комитет членов Учредительного собрания существовал всего четыре месяца. «Первые три месяца, — вспоминал один из участников событий, — были временем успехов и надежд. Четвертый месяц — месяцем агонии».

Почему же Комучу не удалось развить успех? Почему самарское правительство не стало правительством России?