Чисто партийное убийство - Алексей Пиманов

В 1960 году в столицу Австрии Вену прибыл многолетний руководитель Совета народных комиссаров Советского Союза Вячеслав Молотов. Многие годы он входил в десятку самых известных политиков мира. Часто его называли совсем просто — тень Сталина.

«Пакт Молотова — Риббентропа», «коктейль Молотова» — эти словосочетания уже давно были на слуху у всего мира. Знал мир и о том, что именно Молотов обратился к советскому народу 22 июня 1941 года. Его слова: «Враг будет разбит, победа будет за нами!» — стали девизом советских людей в годы Отечественной войны.

В Вене никто не устраивал Вячеславу Молотову пышной встречи, не было салюта и чеканного шага почетного караула. Не было речей и советских флажков в руках жителей Вены, к чему Молотов за долгую бытность главой советского правительства привык. Дело в том, что в Австрию прибыл опальный Молотов. Прибыл на скромную должность постоянного представителя СССР при Международном агентстве по атомной энергии — МАГАТЭ.

Это стало мировой сенсацией.

Николай Новик неоднократно принимал участие в наших фильмах. Он был последним начальником личной охраны И. В. Сталина, с 1958 по 1962 год работал советником посольства СССР в Австрии. Однако — теперь уже об этом можно говорить — в эти годы Николай Новик на самом деле был резидентом советской разведки в Австрии.

Николай Новик рассказывает: «Он зашел представиться. Он улыбался по этому поводу, что такой человек и вдруг представляется мне. Ну, мы с ним посидели, выпили кофе, пообщались очень хорошо. В. М. Молотова постоянно сопровождала большая группа западных корреспондентов — до 15 человек каждый раз. Причем, как мы потом выяснили, среди них были 2–3 агента ЦРУ, которые подделывались под корреспондентов. Значит, уже они в группе, которые сопровождали. Помимо этого, в печати Австрии все время появлялись различные сообщения в отношении В. М. Молотова, в отношении его жены Жемчужиной».

Сотрудники Центрального разведывательного управления Соединенных Штатов Америки крутились возле Молотова не просто так. Совсем скоро советская резидентура получила сведения, что Молотова собираются выкрасть и переправить на Запад…

В 1890 году, 9 марта, в селе Кукарка Вятской губернии в семье приказчика Михаила Прохоровича Скрябина родился мальчик — Вячеслав. А вскоре зашедшая в дом цыганка вдруг указала на младенца и произнесла:

— Этот будет на весь мир знаменит.

В те времена предсказаниям цыганок верили.

Семья Скрябиных была зажиточной, а отец — Михаил Прохорович — человеком очень колоритным.

Рассказывает внук Вячеслава Молотова Вячеслав Никонов, президент фонда «Политика»: «Он был очень русским, в том смысле, что в нем как бы уживалось два совершенно разных, в Михаиле Прохоровиче Скрябине. Один, безусловно, набожный, он пел в церковном хоре. Эстет. Выписывал всю новейшую музыкальную литературу из столицы. Детям привил музыкальную культуру. Все на чем-то играли, на каких-то музыкальных инструментах. Был активистом общества трезвости города Налинска, участвовал в спектаклях местного драматического театра. Любительского».

Другой Михаил Прохорович любил жизнь, любил кутить, волочиться за местными красотками, редко бывал трезвым. Одна из поездок в Нижний Новгород на ярмарку закончилась трагически. Отца Вячеслава Молотова выбросило из саней, ударило о дерево, в результате чего Михаил Скрябин остался без ноги.

О том, что его сын стал революционером, добропорядочный христианин, законопослушный гражданин Михаил Прохорович Скрябин узнал после революционных событий в Казани 1905–1906 годов, когда студента Казанского реального училища Вячеслава Скрябина арестовали в первый раз. Произошло это в 1909 году.

Вячеслав Никонов продолжает: «Он приезжал в тюрьму, встречался и уговаривал, конечно, деда отказаться от какой-либо революционной деятельности. Сохранилась и кое-какая переписка семейная в архиве, в том числе и письма от отца, матери, которые Молотов, еще не будучи Молотовым, получал. И когда он был студентом, уже после ссылки, в Санкт-Петербурге он получал письма, где мать постоянно призывала его бросить это дело».

Могли ли родители предположить тогда, что уже через десять лет их сын под зубодробительным псевдонимом Молотов войдет в историю, став одним из лидеров большевистского переворота в октябре семнадцатого года, а еще через несколько лет членом Политбюро и одним из самых могущественных людей в Советском Союзе. Но все равно отец не принял революцию. До самой смерти он писал сыну возмущенные письма, доказывая, что все, что делают большевики, — абсолютно неправильно. С тем и ушел в мир иной в 1923 году.

В 1911 году, сразу после первой ссылки, Вячеслав Скрябин поступил в Петербургский политехнический институт на экономический факультет. Но до этого в ссылке в Вологде ему очень пригодилось музыкальное образование.

Как-то к уличным музыкантам подошел крепкий молодой человек и предложил им свои услуги. Проверка показала, что он очень недурно владеет скрипкой и мандолиной. Вскоре группа устроилась на работу в местный ресторан. Получали по рублю в день.

На мандолине играл будущий премьер-министр страны.

А вот диплом Вячеслав Скрябин не получил. На экономическом факультете Политехнического института не доучился полтора года. Началась бурная революционная деятельность.

В 1915 году его вновь арестовали, а затем отправили в ссылку, теперь уже в Сибирь. Весной 1916-го он сбежал и вновь объявился в Питере. На нелегальном положении Молотов прожил вплоть до Февральской революции семнадцатого года.

К тому моменту он уже был одним из трех лидеров русского бюро партии большевиков. Остальные будущие звезды Октябрьского переворота давно отсиживались за границей. В апреле 1917 года Молотов встречал Ленина на Финляндском вокзале. Впереди его ждал головокружительный карьерный взлет.

С Иосифом Сталиным Молотов познакомился еще в 1912 году. В отличие от большинства соратников по партии оба провели предреволюционные годы в России и поэтому успели хорошо сдружиться. Да и псевдонимы они себе взяли похожие: Сталин и Молотов.

Причем не случайно.