Дмитровское шоссе. Расцвет, упадок и большие надежды Дмитровского направления - Алексей Рогачев

Этот важный недостаток собрались исправить московские градостроители 70-х годов. Постановка высотного объема на пересечении обновленного Садового кольца и Дмитровской магистрали могла стать доминантой округи, лишенной заметных акцентов, и внести новый сильный мотив в силуэт города. Его звучание усиливалось благодаря тому, что выбранное место относилось к числу самых высоких точек московского центра.

Однако, как это часто бывало, грандиозные планы в жизнь не воплотились. Причин можно найти много: тут и вечные финансовые затруднения, и отсутствие сколько-нибудь приличного архитектурного решения, и опасения за так называемый «исторический облик», о котором много говорят и кричат, но никто до сих пор не удосужился внятно объяснить, что это такое и с чем его едят.

Затем последовали перестройка и демократия, когда городу было не до грандиозных проектов. Лишь в конце 90-х годов на территорию площадью около пяти гектаров вокруг бывшего Косого переулка вернулись строители. К этому времени из старых строений на ней оставалась двухэтажная кузница XVII века, которую поспешили отнести к числу памятников архитектуры. В 1998 году был рассмотрен и утвержден проект многофункционального комплекса, включавшего жилые корпуса, первые этажи которых отводились под конторы, подземные гаражи, бассейн с тремя ваннами. Главным элементом комплекса должна была стать башня в 38 этажей, увенчанная шпилем, которая ставилась в глубине квартала. Подобная постановка была не слишком удачной, поскольку практически уничтожала возможность восприятия архитектурного акцента комплекса с близлежащих улиц. Проектировали комплекс сотрудники мастерской № 3 «Моспроекта» архитекторы Р. Г. Кананин, Н. Е. Кузнецова, С. А. Васильев, Т. П. Шишигина, конструкторы К. Н. Свирин, Г. С. Вайнштейн, Б. И. Финогенов.

Стройка велась очень быстро, и первая очередь была сдана уже в 1999 году. В нее вошли несколько восьми-девятиэтажных корпусов. Первый, прямоугольный в плане, вытянулся вдоль Краснопролетарской улицы. Второй, дугообразный, вырос в глубине двора. Их соединили несколько корпусов-вставок. Тут же расположился закрытый бассейн с тремя ваннами. Подземное пространство заняла двухуровневая автостоянка на 300 мест^[39]. Украшением фасадов служили балкончики с ограждениями со множеством балясин, эркеры и худосочные башенки. К заслугам проектировщиков нужно отнести приятную салатовую окраску оштукатуренных фасадов в сочетании с белым цветом архитектурных деталей. К сожалению, декоративная штукатурка, которой по американской технологии покрывали утеплитель наружных стен, уже кое-где отваливается. Это лишний раз доказывает, что не всякий американский опыт подходит для сурового московского климата.

Первую очередь комплекса сдали и заселили, однако дальше дело так и не пошло. Неожиданно всплыли проблемы, которые почему-то проигнорировали при утверждении концепции. Возникли опасения, что крупный жилой комплекс усугубит транспортную перегрузку прилегающих улиц. Подчеркнутая элитарность новостройки, предназначенной для нуворишей, могла обострить социальную напряженность в прилегающих районах. Затем пошли сплошные недоразумения чисто демократического характера. У застраиваемого участка (точнее, у его юго-восточной части) вдруг объявился еще один хозяин, который также решил выстроить солидную башню, место для которой было выбрано более логично – у самого перекрестка. Но два высотных объема (163 и 203 метров) на относительно небольшом пространстве – это было уже слишком. Пошли споры, переговоры, в результате которых первоначальный застройщик был вынужден отказаться от своих широких планов. Вторая половина полукруглого корпуса, а главное, 38-этажная башня так и остались на бумаге.