Немецкие субмарины под прицелом английских эсминцев. Воспоминания капитана Королевских военно-морских сил. 1941-1944 - Дональд Макинтайр

Я помню те ужасные строки из письма моей жены в ответ на мое, где я описывал рыбалку во льдах замерзших озер с использованием в качестве наживки недожаренных бифштексов. Судя по всему, я нацепил на крючок больше, чем составляло дневной рацион моей жены.

Некоторое время спустя после моего прибытия все были сильно шокированы внезапной смертью адмирала Бристоля. Он имел очень хорошую репутацию в ВМС США, и его смерть была великой скорбью для всех. Взамен к нам в качестве командующего оперативной группой был прислан адмирал Брейнард, человек большого обаяния и доброжелательности, с которым я чувствовал себя вполне спокойным.

Персонал сильно не изменился, и, помимо Мика Карни, офицерами, с которыми я имел дело, были капитаны второго ранга Вулдридж, Ингерсол (их обоих чаще называли «худыми») и Логан Мак-Ки. Впоследствии все они были произведены в более высокий ранг. Логан Мак-Ки, офицер с инженерным образованием, работал в тесном контакте со мной, и я скоро заработал у него авторитет и уважение. Он был первоклассным профессионалом и очень приятным человеком, покладистым и с большим чувством юмора. Ничто не могло помешать ему в работе по выполнению заявок наших кораблей.

Вскоре после моего назначения произошла катастрофа. Однажды утром маленькая пристань, возле которой стояло ремонтное судно «Прерия», на котором находилось все необходимое для технического обслуживания наших судов, внезапно загорелась вследствие утечки бензина из трубопровода. Очень скоро пристань стала настоящим пылающим адом, огонь охватил «Прерию». А поскольку на ней принимались меры, в основном чтобы удержать ее у причала в случае неистовых зимних штормов, а не от пожара, ущерб оказался значительным. Тяжелые якорные цепи свисали с кормы и носа, крепко держа корабль на месте. К тому времени, как удалось его освободить, огонь успел как следует поработать.

Меня же больше волновало, что случится с двумя британскими корветами, пришвартованными к той же горящей пристани рядом с «Прерией». Если не удастся запустить их машины и отвести корабли от очага возгорания, палубный арсенал их глубинных бомб будет поглощен огнем.

Мне больше ничего не оставалось делать, кроме как суеверно скрестить пальцы и гадать, будут глубинные бомбы сожжены или взорваны. Но меры были приняты вовремя, краска на глубинных бомбах уже покрылась пузырями.

«Прерия» значительно пострадала от огня, и я терялся в догадках, как же американцы смогут в будущем решать проблему ремонта и техобслуживания наших кораблей, поскольку береговые цеха и мастерские еще не были укомплектованы. Но мне не требовалось беспокоиться. Как по мановению волшебной палочки, адмирал предоставил нам для ремонта другое, абсолютно такое же и хорошо оборудованное судно, которое уже было выведено из эксплуатации.

Однако пожар, на мой взгляд, имел и положительный результат. Он заставил адмирала и его команду переместиться в штаб-квартиру на берегу, где они смогли не только установить более удобные средства связи, но и оказались более доступными для меня.

Я вспоминаю, что Мик Карни сперва беспокоился, что штаб-квартира расположена не на флагманском судне, но потом он признал удобство нового места.

К этому моменту суровая ньюфаундлендская зима начала сдавать свои позиции. Озера и реки таяли, и твердая как сталь, скованная морозом торфяная почва, которая покрывала большую часть острова, стала непроходимой. Дорога, связывающая Арджентию с Сент-Джонсом, была ненамного лучше, чем грунтовая дорога, по причине своей многолетней запущенности. Американцы, с их традиционной энергией и тщательностью, сформировали бригады дорожных рабочих, которые наложили на дороги металлическое покрытие, причем в рекордно короткие сроки. У нас появилась возможность совершать прекрасные поездки на рыбалку на озера и реки. Поскольку я был заядлым рыболовом, я использовал для рыбалки каждую свободную минуту.

Я скоро обнаружил, что Мик Карни разделяет мое увлечение, и, хотя он был рыболовом никудышним, мне все равно было приятно видеть его рядом с собой. Как раз начался рыболовный сезон, и я с удовольствием проводил время с адмиралом и его коллегами на природе. Таким образом, я скоро стал ощущать себя одним из них – или мне так казалось.

Однажды во время одной из таких поездок я, к своему стыду, свалился в воду. При этом выяснилось, что горячий бурбон с маслом – весьма эффективное средство от простуды.

Хотя адмирал и его коллеги стали моими закадычными друзьями, тем не менее некоторые офицеры базы все равно не отказались от мысли, что я являюсь неизбежным злом. Подтверждением тому стала разразившаяся вскоре вражда между мной, моим персоналом и помощником командира базы. Много было препятствий и помех на нашем пути, и мы постоянно держались особняком. Однако вместе с адмиралом, Миком Карни и Логаном Мак-Ки, который выполнял роль как бы буфера между нами, мы были надежно защищены от происков врага.

В один памятный момент, когда на базе проводились военно-воздушные учения, я едва не попал в ловушку. Честно говоря, я недооценил его размах. В конце концов, мы находились в 3 или даже 4 тысячах миль от ближайшей оккупированной территории. Я вел машину с горящими фарами и был остановлен военизированным патрулем. Только быстро найдя убежище в «британском посольстве», я смог избежать ночи в каталажке.

О происшествии было немедленно доложено адмиралу, и Мик Карни позвонил мне, чтобы узнать, что, по моему мнению, ему надо сделать. Я заверил его, что только что провел воспитательную работу с самим собой, и тема была исчерпана.

Когда весна сменилась великолепным ньюфаундлендским летом, стало ясно, что центр Атлантики, где работали британские эскортные группы, вновь стал ареной сражений.

Американцы справлялись с защитой своих береговых маршрутов, и у немецких подлодок не получалось проникнуть в их воды легким путем, как они хотели. Я начал собирать чемоданы и направил своему командованию рапорт о возможности возвращения домой.

Мне обещали рассмотреть его в свое время, но, когда в конце июня командир эскорта Вилли Орпен, командир моего прежнего судна «Вечерняя звезда», был произведен в капитаны первого ранга, мне предложили заменить его. К моей радости, мне сообщили, что «Звезда» в составе эскортной группы совершит свой следующий заход в Арджентию. Я смогу вернуться домой на ней и сменить Орпена по прибытии. Мое место предназначалось Дж. И. Бруму, старому служаке, ветерану «Western Approaches».

Итак, руль сделал полный оборот, и я отправился в обратный путь на прекрасном корабле, который я с таким сожалением покидал 16 месяцев назад, – и с перспективой вернуться на поле битвы.