Военное дело индейцев Дикого Запада. Самая полная энциклопедия - Юрий Стукалин

Вожди и лидеры кроу в 1871 году. Слева направо: Бедный Лось, Сидящий в Центре Земли (известен также под именем Черноногий), Длинные Уши, Показывающий Свое Лицо, Старая Луковица

Так продолжалось пару часов, и Бекворт в конце концов потерял терпение: «Вы дураки и старые бабы! – закричал он воинам кроу. – Следуйте за мной, если кто-то из вас достаточно храбр для этого! Я покажу вам, как надо сражаться!» Он сбросил одежды, подобно индейцам, оставил на земле ружье и, взяв в руку томагавк, побежал направо, прячась от глаз черноногих. По скалам он забрался на вершину оврага позади противников. За ним последовало около пятидесяти молодых кроу. С вершины он прыгнул в гущу врагов, схватил одного за длинные волосы и ударил томагавком. Он так яростно размахивал томагавком, что опешившие черноногие расступились. В этот момент спрыгнули остальные кроу, а их основные силы бросились на бруствер. Черноногие дрались как тигры, но вскоре все были перебиты. Так Бекворт завоевал уважение кроу.

Имея численное преимущество, враги всегда пытались окружить закрепившихся воинов, чтобы они не могли ускользнуть с наступлением темноты. В этом случае окруженные применяли разнообразные уловки. Старый трюк черноногих заключался в следующем. Если им удавалось занять оборону в лесочке, они ночью поджигали большую сосну, от которой шел очень плотный, черный дым. Ветер огромной непроницаемой тучей стелил дым по земле, и под его покровом воины пробирались мимо врагов. Этот трюк часто срабатывал. Но в основном индейцы пользовались своим умением скрытно передвигаться и тем, что ночью внимание преследователей ослабевало, а выставление часовых индейцами не практиковалось.

Подобные бои, несмотря на небольшие потери, были очень плотными и тяжелыми. Один из краснокожих вспоминал: «Моя рубаха, как и одежда многих наших, была изрешечена пулями и стрелами. Когда я в первый раз после нашего спасения расплел косы, в руках остался большой клок волос – он был срезан пулей. Можете представить, насколько я был поглощен боем, что даже не заметил этой пули».

Распределение добычи между участниками набега

Добыча всегда распределялась предводителем отряда. У кроу и у многих других племен предводитель теоретически мог заявить права на всю добычу, но на практике он обычно делил ее между воинами, чтобы не прослыть жадным. После набега кайовов лошадей также распределял предводитель. По сведениям Бернарда Мишкина, в некоторых случаях, после того как каждый из воинов получал по одной лошади, миссия предводителя в распределении добычи была исчерпана, и каждый воин заявлял права на тех животных, которых он захватил лично. Кайова по имени Дым утверждал, что предводитель по очереди вызывал каждого из воинов, начиная со своих друзей и родственников. Если человек выбирал кобылу, следующие за ней жеребята также отходили ему. Предводитель брал себе лошадей последним. Если после раздела оставалось несколько животных, предводитель перегонял их домой и раздаривал. Во время успешного похода предводитель команчей внимательно следил за действиями своих воинов. Самому храброму он позволял выбрать лошадей первым. Затем выбирал каждый член отряда по очереди, решенной предводителем, при этом повар обычно пользовался особой привилегией. Предводитель выбирал последним из того, что осталось. Он мог брать себе из добычи все, что пожелает, но реально брал малую часть, а зачастую и вовсе отдавал все своим спутникам. Удача на войне и добыча были заслугой личной магии предводителя, его сверхъестественной силы. Сила эта приходила и уходила, не сохраняясь постоянно. Если предводитель забирал большую часть добычи, это было равноценно признанию в утрате своей силы. Подобный человек терял престиж и в следующий раз с трудом собирал отряд. Если же он свободно раздавал добычу, это означало его уверенность в силе своей магии. Говорили, что Куана Паркер, последний великий вождь команчей, не всегда бывал благосклонен к спутникам. Часто он избирал фаворитов из числа родственников и нередко оставлял себе лучших лошадей. По этой причине некоторые воины отказывались ходить с ним в набеги.

Малыш Белая Трава, вождь общины черноногих

Захваченных в набеге лошадей всегда старались разделить как можно скорее. Обычно это происходило во время бегства от вражеского лагеря на первом же коротком привале. Если погоня шла по пятам, дележ откладывался, но распределение добычи обязательно должно было произойти до прибытия в родное селение. На месте встречи после проникновения во вражеский лагерь и во время бегства шайены старались держать своих захваченных лошадей отдельно от других, а на рассвете каждый воин отбирал принадлежащих ему. Индейцы могли легко запомнить каждое животное в табуне из сорока лошадей, взглянув на него всего один раз! Как правило, среди воинов не было споров из-за ошибок по поводу принадлежности того или иного скакуна – каждый хорошо помнил, кого он угнал или увел из чужого лагеря. Скальпы обычно отдавали тому человеку, который нес трубку военного отряда.

У черноногих предводитель делил добычу независимо от того, захватил он лошадей сам или нет. Он внимательно следил, чтобы отряд не развалился, а если такое случалось, каждый оставлял себе захваченную им добычу, и взаимных споров не возникало. В распределении добычи предводитель руководствовался возрастом и статусом людей, а также степенью их участия в угоне лошадей. Сам он никогда не оставался без доли добычи. В отличие от команчей, черноногие не испытывали удовлетворения только от того, что руководили набегом. Случалось, что не всем участникам отряда удавалось выкрасть лошадей, и в этих ситуациях предполагалось, что более удачливые воины поделятся с другими. После распределения прав на владение животными удачливый воин (или воины) указывал на скакунов – как правило, лучших, которых он желал оставить себе, а затем призывал менее удачливых разделить оставшихся между собой. Если этого не случалось, неудачники могли покинуть отряд, и все сложности с перегоном табуна и ухода от вражеской погони ложились на плечи пожадничавших конокрадов. Иногда, дабы избежать споров, черноногие соглашались поделить всю добычу на равные части. В этом случае предводитель делал выбор первым, а затем предлагал выбрать лошадей каждому из членов отряда. Если животных нельзя было поделить поровну, предводитель решал, что делать с оставшимися после распределения лошадьми. Предводитель пиеганов Белый Колчан обычно сам выводил лошадей из вражеского лагеря. Вернувшись, он предлагал каждому из воинов выбрать себе хорошего скакуна для возвращения домой. На первом привале он говорил, что воины могут оставить себе лошадей, на которых они ехали, а остальных распределял в равных долях.

Если кто-то из воинов шайенов погибал по дороге домой, его часть добычи получала его семья. У команчей доля воина, погибшего до раздела добычи, распределялась между участниками, но если лошади были захвачены им собственноручно, их доставляли его семье.