Забытое сражение Огненной Дуги - Валерий Замулин

На этом фоне ситуация в 7-й гв. А выглядела благополучной: ни один командир части или соединения не погиб, не получил тяжелых увечий и не был пленен. На это повлияла в том числе хорошо продуманная и правильно организованная система управления в ее полках и дивизиях (удачно выстроенная сеть КП и НП, связь и т. д.), не столь высокая активность авиации, как на направлении главного удара противника, а также грамотные действия всего командного звена при выводе войск из оперативных окружений в полосе армии.

Но вернемся в армейскую группу. К командиру третьего танкового соединения Брайта — 6-й тд генерал-лейтенанту Г. фон Функу судьба благоволила. Он выжил и в ходе операции «Цитадель», и при отходе вермахта с Украины, а 5 декабря 1943 г. был назначен и.о. командира 23-го ак. Через три месяца, 5 марта 1944 г., переводится на равнозначную должность в 37-й тк. Осенью 1944 г. его зачислили в резерв и 15 февраля 1945 г. уволили из вермахта. Однако это не помешало советским войскам взять его в плен. До 1955 г. он находился в Советском Союзе в лагере, затем был освобожден и передан Западной Германии, где и умер 14 февраля 1979 г.

Немцы были вынуждены признать, что операция «Цитадель», преподносившаяся руководством Германии как поворотная точка в войне, была провалена. Поэтому фюрер скромно отблагодарил своих генералов: ни Манштейн, ни Гот, ни тем более Кемпф не были награждены какими-либо орденами или знаками отличия. Из пяти командиров танковых и армейских корпусов ГА «Юг», участвовавших в ней, только П. Хауссер 28 июля 1943 г. был удостоен Рыцарского креста с дубовыми листьями. Из пятнадцати командиров дивизий, непосредственно участвовавших в боях, лишь один генерал-майор В. фон Хюнесдорф получил «Дубовые листья», его наградные документы были подписаны 14 июля 1943 г., в день, когда он получил смертельное ранение.

Значительно больше наград было вручено офицерам тактического звена от полка и ниже. Так, командиры наиболее успешно действовавших танковых полков корпуса Брайта полковники А. Шульц и Г. фон Оппельн-Брониковски получили «Скрещенные мечи» (6.8.1943) и «Золотой Немецкий Крест» (7.8.1943) соответственно. Но это на их служебный рост никак не повлияло. Шульц лишь 1 января 1944 г. становится командиром соединения — 7-й тд, в этот же день ему было присвоено первое генеральское звание. Фон Оппельн был назначен командиром 24-й тд еще позже — в октябре этого года. Ему относительно благополучно удалось пережить катастрофу Германии. 4 июля 1947 г. он был освобожден из британского плена и умер в Западной Германии 19 сентября 1966 г. Шульц же не дожил до того момента, когда русские танки штурмом взяли Берлин, он погиб в бою на Восточном фронте 28 января 1945 г.

Неплохую карьеру сделал до конца войны и еще один участник Курской битвы, о котором не раз упоминалось в исследовании, — это командир 4-го грп сорокадвухлетний полковник М. Унрайн. Хотя за Курскую битву он не был отмечен, но уже 10 сентября 1943 г. был награжден Рыцарским крестом, а 5 ноября 1943 г. назначается командиром 14-й тд. С этим соединением он будет участвовать в тяжелейших боях под Черкассами и в Курляндии. За успешное командование дивизией удостоен «Дубовых листьев» (26.6.1944), а 1 июля 1944 г. получит звание генерал-лейтенанта. С 11 февраля по 5 марта 1945 г. М. Унрайн возглавит 3-й тк СС (германский), а 1 апреля примет дивизию «Клаузевиц». В конце этого месяца генерал попадет в плен к союзникам, но уже в 1947 г. выйдет на свободу. Как и многие его соратники, он доживет до глубокой старости и уйдет в мир иной 22 января 1972 г. в своем доме в Мюнхене.

Провал наступления армейской группы «Кемпф» ее командующему фюрер припомнил ровно через месяц. В результате начавшегося 3 августа наступления Воронежского и Степного фронтов через десять суток их войска вышли на подступы к Харькову. Начался второй этап боев за этот крупный индустриальный центр Украины, который обороняла армейская группа Кемпфа, к этому времени переименованная в 8-ю А. Удержать город не было никакой возможности, и командование ГА «Юг» это прекрасно понимало, поэтому готовило отвод войск. Гитлер же настаивал на безусловном его удержании. В этой сложной ситуации стрелочником было решено сделать В. Кемпфа. Он был снят с должности и направлен командовать войсками вермахта в восточно-европейские страны^[692]. Это назначение оказалось последним в его карьере. Бесспорно, на принятие этого решения повлияла и неудача под Курском. О том, что командующего 8-й А сделали козлом отпущения, Манштейн честно признал после войны. Он писал: «Хотя у меня и были прекрасные отношения с генералом Кемпфом, я не возражал против его смещения с должности». Так завершилось участие в боях на Восточном фронте одной из ключевых фигур операции «Цитадель».

Из всех упомянутых в книге основных участников сражения под Белгородом — командиров соединений армейской группы после Курской битвы наиболее успешно шел по служебной лестнице лишь сорокачетырехлетний Э. Раус. Командир особого корпуса не только удержался на посту, но и 22 августа 1943 г., практически сразу же после завершения битвы, один из немногих генералов его уровня получил высокую награду — «Дубовые листья». В октябре 1943 г. его переводят на равнозначную должность в 47-й тк, а 3 ноября последовал резкий карьерный рывок — после снятия Гота он становится командиром 4-й ТА. До конца войны Раус еще два раза сменит должность, но движение будет только по горизонтали: 1 мая 1944 г. он станет командующим 1-й ТА, а через три с половиной месяца (16 августа), уже в ходе советского наступления в Белоруссии, возглавит 3-ю ТА. В результате Восточно-Прусской наступательной операции наших войск его армия понесла очень большие потери, 5 марта 1945 г. на этом посту он был заменен генералом Мантойфелем. За год до разгрома Германии он успеет еще получить одно воинское звание — генерал-полковник. Его возьмут в плен американцы, но суда и длительного заключения в лагере он избежит. После создания в 1947 г. группы под руководством генерала Т. Буссе, которая занималась изучением крупных битв и сражений Второй мировой войны, в том числе и Курской битвы, для американской армии, он будет привлечен к ее работе. Напишет несколько статей, книгу мемуаров и умрет в Бад-Гашейне (ФРГ) 3 апреля 1956 г.

Итак, «Цитадель» рухнула. После двенадцати суток кровопролитнейших боев в центре европейской части Советского Союза было остановлено последнее стратегическое наступление войск фашистской Германии. Обе ударные группировки — Манштейна и Клюге — выдохлись и начали отходить. «Немецкие генералы, — пишет Р. Кросс, — устроили под Курском встречное танковое сражение, прекрасно осознавая, что танковая мощь вермахта слабее советской. К тому же у германской стороны не имелось существенного резерва, чтоб развить хоть какой-нибудь успех. Похоже, операция планировалась в расчете на то, что оборона советских войск, как это уже случалось много раз прежде, развалится от первого немецкого удара. И мало что было приготовлено на тот случай, если это не произойдет. Хотя Модель, например, прекрасно понимал, чем все это кончится. Рассматривать противника всего лишь как славянского недочеловека — теперь этого было мало. Русские солдаты не разбежались и умело взяли в клещи фланги Гота и Моделя. Отвратительная работа германской разведки на всех этапах операции и блестящее использование советским командованием стратегического резерва предрешили крах операции»^[693].