Штурм Брестской крепости - Ростислав Алиев

К 11.15 он достигает восточной окраины Кобрина и во второй половине дня принимает охранение у Городца и Антополя, ранее ведущееся 267-й дивизией. Еще до полудня прибывает офицер штаба Группы армий «Центр». Деттмер докладывает ему о положении дивизии. Одновременно заявив, что подразделения I/I.R.130, еще не вывезенные авиацией, не смогут следовать по приказу Кессельринга пешим маршем на Барановичи.

Частям «сорок пятой» отдается приказ (№ 16/41 от 1.7.41) начать выдвижение уже завтра, 2 июля. Ее ближайшая задача — прочесать леса Малориты, Влодавы, Кобрина, Давидгородка. Радиоперехваты показывают появление в них новых вражеских частей.

Решено, что в городе для поддержания порядка и охраны трофеев останутся некоторые подразделения I.R.130^[1311].

Город должна покинуть вся дивизия, исключая уже совершающий марш передовой отряд, и остающиеся в Бресте и соотв. вывезенные и еще вывозящиеся военно-транспортной авиацией подразделения I.R.130. В Бресте пока остается и Fld.Btl.45 и штаб дивизии.

14.30. Вылет остатков III/I.R.130.

Остающиеся в Бресте подразделения I.R.130 (прежде всего — батальон Гартнака) принимают всю охрану в хранилищах трофеев и прочих важных объектах. За вторую половину дня солдаты Гартнака сменяют II/I.R.133 на Южном, Западном островах и Цитадели.

Вечером^[1312] на новом, только что законченном кладбище дивизии в Брест-Литовске, у Южной^[1313] церкви, проходит «торжество памяти героев»: поминовение погибших при овладении Брест-Литовском почти 400^[1314] солдат дивизии. Все части прислали своих представителей.

Что будет дальше? Новые цитадели? Количество мертвых, засыпанных здесь, у русской церкви, погибших в первом же сражении в России, сравнимо со всем походом по Франции. Остается только надеяться, что судьба Восточного похода уже решена — новости с фронта позволяют так предполагать.

Вот только тревожит то, что на цитадели еще прячется немало не собирающихся сдаваться русских. Ночью, да порой и днем — редкие выстрелы, да и видны перебегающие вдали фигуры. Что они хотят? Почему не сдаются или не уходят?

Одной из улиц города решено дать имя 45-й дивизии.

02.07.41. «Рихтгофен»

Маршевые эшелоны начинают движение. Из-за плохих дорог (танковые магистрали использовать нельзя) оно проходит крайне утомительно.

Дивизионная штаб-квартира, как и оперативная группа штаба, переносится в Кобрин. Так как подразделения снабжения начинают марш лишь 3.7, отдел тыла до завтрашнего дня остается в Брест-Литовске.

20.00. III/I.R.133 объезжающий, прочесывая окрестности Малориты, сообщает о том, что в местный лазарет для военнопленных отправлено 35 пленных.

Фон Кришер прощается со Шлипером и офицерами штаба — Arko 27 выходит из подчинения 45-й дивизии.

04.07.41. «Йорк»

В Брест прибывает 502-й караульный батальон, подчиняемый 184-й полевой комендатуре (генерал-майор Штубенраух). В связи с этим Штубенраух обещает сменить, как только будет возможно, I.R.130 с большинства зон охраны.

Однако Гипп настроен скептически — 502-й караульный батальон выставляет в караул лишь примерно 210 человек, что может обеспечить, самое большее, одну смену вновь значительно сокращенной охраны в Бресте. Однако и на цитадели требуется еще очень сильная смена охраны, подчеркивает Гипп. Поэтому он предлагает, чтобы 502-й караульный батальон подчинялся ему (относительно совместного несения караула) в течение всего периода несения I.R.130 караульной службы в Бресте^[1315].

В этот же день сводка Верховного командования вновь вернулась к сражению в Брест-Литовске: «Своим мужеством отличились полковники: командиры пехотного (Гипп) и артиллерийского (Велькер) полков»^[1316].

«Сорок пятая» была в Бресте еще пару дней — интересно, что Гиппу на несколько часов был подчинен и вернувшийся в город 854-й артдивизион, как и батальон Герштмайера, уходя на восток, на сутки (с 5 по 6 июля) задержавшийся в Бресте.

06.07.41. «Клюк»

Приказ покинуть город получили и подразделения Гиппа. Оглядывавшимся назад солдатам из Круммау (батальону Гартнака) трудная задача казалась выполненной. За их спиной, в раскаленной солнцем синеве над разгромленной цитаделью, все еще стоял дым пожара на складе телогреек, через танковые магистрали безостановочно шли колонны вермахта.

Последние грузовики дивизии покинули Брест. Ревя двигателями на расплывающихся песчаных дорогах, сотрясаясь, подбрасывая взвода на ухабах, автоколонна уходила на восток через Кобрин и Антополь.

Копыта обозов, глухо стукаясь о булыжники, поднимали песчаную пыль. В госпитале Бреста стонали тяжелораненые, свежее кладбище у Южной церкви — молчало. Как и родные тех, кто лег там — на улицы Линца, Штокерау, Гмундена, Рида и других городов Верхней Австрии почта еще не доставила извещения о смерти.

Покинув Брест, дивизия навечно осталась в его истории. Скрывшиеся в клубах пыли грузовики Ганса Гартнака означали завершение штурма крепости — но ее оборона продолжалась.

* * *

После наступившей вдруг тишины безостановочный глухой рев грузовиков и бронетехники с магистралей стал уже привычным для тех, кто скрывался в подвалах Центрального, казематах Западного или Северного — гораздо опаснее для них были тихие шаги патрулей. В прохладной тьме подвалов изможденные двухнедельной, но уже казавшейся бесконечной войной красноармейцы, настороженно прислушиваясь или забывшись в тревожном полусне, ожидали ночи. Тогда, в темноте, один за другим они покидали крепость.