Царь Соломон. Мудрейший из мудрых - Фридрих Тибергер

Пока Давиду не удалось обнаружить канал, который вел в город, и после захвата Иерусалима жители мирно жили в своих домах. Быстрый и организованный бой за страну вполне мог закончиться полным поражением. И только разнообразие условий в разных районах облегчило общий процесс заселения.

Следует иметь в виду, что тогда в Палестине было больше освоенной земли, чем сегодня, поэтому сионистские поселенцы преимущественно возрождали старые земли, а не осваивали новые. Не только Верхняя Галилея и восточный берег Иордана, но и все остальные горы были покрыты лесами, причем деревьями разных пород. Израильтяне расчищали незаселенные лесные территории и устраивали террасы, чтобы воспрепятствовать быстрому стеканию воды, уносившей плодородную почву. И сейчас мы повсюду видим следы этой титанической работы.

Те районы, которые сегодня превратились в пустыню, прежде орошались. В некоторых современных названиях долин, расположенных по границе Иудейской пустыни (таких как Шелковичная долина, Долина персиковых деревьев, Медовый виноградник), сохранилась память о том пейзаже, который после упадка страны полностью изменился вследствие вырубки деревьев, осушения почвы, пренебрежения и просто безразличия к достижениям предков.

После того как большую часть страны захватили мусульмане, виноградники были почти полностью уничтожены, производство вина запрещено, соответственно снизился и уровень жизни. В 1910 году Дальман писал:

«Находясь в Солеме, я не мог поверить, что когда-то здесь жил Елисей на чердаке с кроватью, столом, стульями и подсвечниками. Сегодня во всем Солеме нет ничего подобного».

Похоже, что в то время обеспеченные люди уже не спали и не ели на полу. В их домах находились не только матрасы и подушки, но и другая необходимая утварь, например столы. Для освещения над ними подвешивали лампы. Позже, во времена Иисуса, по греческому обычаю, во время еды полулежали, облокотившись на высокие подушки. Вероятно, после вторжения арабов евреи перестали следовать греческим традициям и отчасти вернулись к старым палестинским обычаям, связанным с особенностями кочевого быта.

Без сомнения, в различных частях страны происходили войны, но они были локальными, поскольку в целом страна оставалась малонаселенной. Именно постоянная военная угроза со стороны соседних народов стала основной причиной сплочения еврейских племен и образования единого государства.

Благодаря медленному развитию между племенами долго сохранялись различия. Это соответствовало разнообразию условий жизни в стране. Влияние племени определялось известностью его вождя, так что благословение Иакова и Моисея оказало свое влияние. Даже при делении страны при Соломоне сохранялись зоны расселения отдельных колен Израилевых. Но после его правления упоминания конкретных племен становятся более редкими, за исключением случаев, когда, например, племя Вениамина осталось верным Иеровоаму, а племя левитов сохранило духовное единство как каста жрецов, но речь не шла о его территориальной принадлежности.

У нас нет доказательств того, что объединение было продиктовано исключительно необходимостью борьбы с соседями, а преданность центральной власти не оказывалась выше сохранения верности племенным обычаям. Медленное движение к осознанию важности единого государства доказывает, что стремление к высшей общественной форме жизни не являлось лишь волеизъявлением конкретного правителя. Постоянная опасность, грозившая, например, со стороны филистимлян, только подталкивала племена к тому, чтобы утвердиться как единая нация.

В то же время было бы совершенно неверно истолковывать разделение царства после смерти Соломона как возврат к племенной жизни. Только полностью осознав происшедшее, мы можем приблизиться к пониманию сути израильского государства. После смерти Соломона царство распалось не на отдельные племенные владения, а на новые царства. И по мере отделения Севера именно там стала доминировать идея образования государства, а не на юге, где фактически правила династия потомков Иуды.

Северные племена достаточно долго соблюдали договор с Ровоамом и не изменяли систему сбора налогов, чтобы наращивать вооружение. Также не сохранилось никаких следов соперничества между племенами Иосифа (Ефрема и Манассии) и усиливающимся племенем Иуды. Вопреки мнению некоторых ученых (например, Е. Мейера), не было и религиозных столкновений, хотя северные племена, занимавшиеся скотоводством, сохраняли традиции кочевого быта, а в южных, земледельческих районах вели оседлый образ жизни, характерный для землепашцев и отличавшийся более высоким уровнем.

Действительно, именно благодаря пышности двора, находившегося в Иерусалиме, северные племена и находились в оппозиции к роскошествующему образу жизни Соломона, постоянно выступая против него, после того как заселили свои земли. Возможно, что два святилища в Вифи и Дане в виде шатров – в соответствии с традициями кочевников – были построены, чтобы их умилостивить.

Наконец, тот факт, что племя Вениамина, родом из которого были два царя Израиля (Саул и его сын Иессуи), объединилось с царством Иуды, доказывает, на какой зыбкой почве стоит теория, приписывающая разделение царств принципиальным различиям между севером и югом.

Справедливо предположить, что галилейские племена Асира, Завулона, Неффалима, а также восточноиорданские Рувима и Гада имели собственные амбиции, но на протяжении этих столетий никаких проявлений этого не зафиксировано. Еще более удивительно, что название «Израиль», которое приняли северные племена в качестве общего для государства, не означало, что именно племя Ефрема оказалось самым богатым и самым организованным. Благодаря общему наименованию – иудеи, – объединившему все племена в единое царство, не в малой степени удалось преодолеть разобщение, и произошло это в то время, когда еще был жив Давид.

После смерти Саула Давид становится правителем Хеврона, царем племени иудеев, – так впервые упоминается о существовании царя в Иудее. Однако северные племена выбрали самого младшего сына Саула в качестве преемника отца, назначив ему быть царем Израиля.

Когда через семь с половиной лет после насильственной смерти Иессуи посланцы уцелевших племен предложили корону Давиду, в сознании людей все еще сохранялось различие между двумя царствами в том смысле, что именно на этой основе должно существовать новое государство. Подобный подход отразился и в Книге Царств, где говорится, что Давид воцарился, когда ему было тридцать лет, и царствовал сорок лет, из них семь с половиной лет в Хевроне и тридцать три в Иерусалиме над всем Израилем и Иудеей (2 Цар., 5).

В течение столетий порядок подчинения практически не менялся (даже в победной песни пророчицы Деборы (Деворы) высказывается сожаление по поводу его существования), он выражался в том, что племенная преданность означала преданность государству. Теперь прежний порядок оказался слишком обременительным для этой небольшой страны.

Неосознанно заложив основу «двойной» преданности, Давид попытался сохранить равновесие между ними. Соломон искал новые пути, чтобы из двух объединений создать одно. Трагедией его жизни стал тот факт, что политическая власть никогда более не поддерживалась религиозными стремлениями. Преемники Соломона оказались слишком слабы, чтобы стать его политическими последователями. Пророки, искренне верившие в необходимость объединенного царства, не находили поддержки среди современников.