Последние бои люфтваффе. 54-я истребительная эскадра на Западном фронте. 1944-1945 - Вилли Хейлман

Но вернемся к штурмовым атакам. Кто мог засвидетельствовать успех, когда пилот, находясь в гуще заградительного зенитного огня, не имел возможности вести наблюдения?

Награды, конечно, не были самым главным – для каждого летчика наиболее важна была жизнь, – но они хорошо смотрелись на его мундире и всем хотелось их иметь.

Вайсс умело воспользовался возможностью избежать этих непопулярных штурмовых атак, когда пришло сообщение о том, что западнее Парижа появились «Мародеры». Он уже обобщил результаты действий против этих скоростных двухмоторных бомбардировщиков.^[110] Никто из «Зеленого сердца» еще не сумел сбить ни один из этих самолетов, имевших сильное вооружение. Он выбрал дюжину ветеранов, так называемых «экспертов», провел короткий инструктаж и отдал приказ на взлет.

Роберт Вайсс лично возглавил вылет. Я летел его ведомым. Остальную часть группы составляли Дортенман, Вирц, Тоймер (только что вернувшийся из госпиталя), Целлер, Мёллер, Патт и Шлафер.

«Примадонна» с Эйфелевой башни передавала нам команды, и в пределах пяти минут «Мародеры», летевшие юго-западным курсом, были обнаружены к северу от Версаля на высоте три тысячи метров. Держась на их фланге, вне зоны досягаемости, мы поднялись на требуемую высоту – на тысячу метров выше их. По широкой спирали мы спикировали на нашу цель. Атака сверху слева и с задней полусферы.

Мы сближались: 800, 500, 300, 200 метров. Зададим им!

Дюжину «Фокке-Вульфов» встретил впечатляющий прицельный заградительный огонь. В группе было приблизительно тридцать «Мародеров», и такой интенсивный оборонительный огонь стал достаточно неожиданным. Это было похоже на полет сквозь зенитный огонь кораблей в устье Орна.

Мы съежились, маленькие и ничтожные, за лобовыми бронестеклами, прочно удерживая цели в перекрестьях прицелов. Затаив дыхание, с натянутыми нервами, мы боялись услышать стук пуль по обшивке своего самолета, готовые в любой момент сбросить фонарь и покинуть машину. Каждый, кто хотел спастись с парашютом, не мог замешкаться даже на долю секунды. Обычно бывало слишком поздно.

Отличное шоу! Шесть «Мародеров» горели и еще три вышли из боевого порядка, оставляя позади себя толстые шлейфы дыма.

Я заметил черный дым, струившийся из машины Вайсса, и, когда «Фокке-Вульфы» заходили снизу к рассеявшимся «Мародерам», по двухсторонней связи предупредил командира. Его машина загорелась, фонарь кабины отлетел назад, и в нескольких десятках метров внизу открылся купол парашюта.

Какая необычная ситуация, подумал я. Парашютов в воздухе больше, чем самолетов. Это напоминает высадку воздушного десанта.

Когда я осмотрелся, ища своих приятелей, то, к своему изумлению, увидел лишь троих из них. С правого борта был Целлер на своей желтой «четверке», слева – Патт, и в сотне метров позади нас догонял еще один «Фокке-Вульф». Белый номер. Это, должно быть, Вирц или Тоймер.

«Мародеры» сбросили бомбы и отвернули на север. Они, вероятно, боялись новых атак, но было бы сумасшествием атаковать всего лишь вчетвером.

В журнале боевых действий группы к записи об этом вылете был добавлен комментарий: «Экспертам надо дать возможность прийти в себя».

Вайсс, Вирц, Дортенман, Мёллер, Брандт и Штертен – последний совершил свой пятнадцатый боевой вылет и за выдающуюся храбрость был награжден Железным крестом 1-го класса и произведен в унтер-офицеры – покинули подбитые самолеты с парашютами. Шлафер и еще один ефрейтор совершили вынужденные посадки поблизости от места боя с поврежденными двигателями. Возникла курьезная ситуация: командир группы со своими пятью товарищами, выпрыгнувшими с парашютами, взял в плен дюжину англичан, которые смогли спастись из своих горящих машин.

Из всей группы, включая обоих совершивших аварийные посадки, никто не пострадал.