«Трехэтажный» американец Сталина. Танк М3 «Генерал Ли» / «Генерал Грант» - Михаил Барятинский

Несмотря на то что пик использования М3с пришелся на лето — осень 1942 года, боевые машины этого типа использовались в войсках и в 1943 году. Накануне Курской битвы на 1 июля 1943 года в 48-й армии Центрального фронта, например, насчитывалось 85 танков М3с: в 45-м отдельном танковом полку — восемь М3л, 30 М3с и восемь самоходок СУ-76, в 193-м отдельном танковом полку — 55 М3с и три СУ-76.

Горящий танк М3с. Орловско-Курская дуга, июль 1943 года. На борту танка отчетливо видна надпись «А. Невский».

Танк М3с выдвигается к передовой. Орловское направление, лето 1943 года.

В составе 245-го отдельного танкового полка 6-й гвардейской армии Воронежского фронта имелось 12 танков М3л и 26 М3с, а в составе 230-го отдельного танкового полка — 32 М3л и 6 М3с.

230-й танковый полк вступил в бой уже днем 5 июля 1943 года. Полк был придан 52-й гвардейской стрелковой дивизии, оказавшейся на направлении главного удара 2-го танкового корпуса СС, в результате чего ее положение к 15.00 стало очень тяжелым. К этому моменту части дивизии начали испытывать острую нехватку боеприпасов, особенно артиллерийских. Подвезенные на 13 автомашинах снаряды были сожжены авиацией противника. Несмотря на это, гвардейцы, оставшиеся в окружении или сражавшиеся вне его, уничтожали живую силу противника огнем и в рукопашных схватках.

Сравнительные размеры танков Т-34 и М3с.

Немецкий солдат осматривает подбитый советский танк М3с. Зима 1943/44 г.

Последним противотанковым резервом командира дивизии остался 230-й танковый полк полковника Д.А. Щербакова. Согласно плану обороны танки одной роты полка были зарыты в землю в районе высоты 227.4, а остальные три роты сосредоточены в районе Выковки.

В складывавшейся ситуации было крайне важно дать возможность отходящим стрелковым подразделениям оторваться от преследования и закрепиться на позициях в районе села Быковка. Поэтому командир 52-й гвардейской стрелковой дивизии примерно в 15.00 бросил в бой против бронегруппы дивизии «Рейх» одну роту танков, с задачей задержать ее продвижение. По немецким данным, советские танки вступили в бой на участке примерно около 6 км севернее Березова, у высоты 233.3. Остальные две роты атаковали авангард дивизии «Лейбштандарт» в 1,5 км южнее Быковки.

Механик-водитель старшина Д.М. Ефремов и радист старший сержант М. Заика в своем танке М3с. 2-й Белорусский фронт, 1944 год.

Командир танка М3с старшина А.Н. Попов. 2-й Белорусский фронт, 1944 год.

Это был первый случай применения советской стороной танков против войск 2-го танкового корпуса СС. О нем офицер Генштаба при 6-й гвардейской армии подполковник Шамов так докладывал в Москву: «…Командиром дивизии была введена в бой рота 230-го танкового полка. Части дивизии при поддержке танков оказывали упорное сопротивление.

Орудийные залпы, рокот моторов, взрывы бомб и треск пулеметов и автоматов слились в общий гул. Один за другим загорались немецкие танки».

Увы, в этом сообщении желаемое выдано за действительное. На самом же деле атака оказалась самоубийственной для наших танкистов. Экипажи немецких танков, используя превосходство своих орудий в дальности стрельбы, не позволили танкам 230-го полка даже приблизиться к ним на дистанцию прямого выстрела и попросту расстреляли их на ровном месте.

Танки М3с 91-го отдельного танкового полка. Карельский фронт, 1944 год.

О результатах контратаки 230-го отдельного танкового полка сухо доложил в дневном донесении начальник оперативного отдела штаба моторизованной дивизии СС «Рейх»: «15.45. Танковая контратака неприятеля со стороны высоты 233.3 отражена. Подбито 7 танков. Упорное сопротивление врага на выс. 233.3 и в направлении Выковки».

Надо сказать, что уже весной 1943 года выявилась тенденция использования танков М3с преимущественно в противотанковых целях. Бросать в атаку эти не слишком маневренные и весьма заметные боевые машины было просто бессмысленно. Любопытно отметить, что предлагался и еще один вариант использования этих боевых машин — в качестве бронетранспортеров. В отчете по совместным испытаниям танков М3с, М3л, «Валентайн VII», Pz.III и Pz.38(t) черным по белому записано: «Внутренние габариты танка М-3 средний позволяют разместить и перевезти внутри танка, помимо экипажа, 10 человек бойцов вооруженных автоматами ППШ.

При размещении и перевозке указанного количества автоматчиков ведение огня из всего вооружения танка возможно.

Вследствие этого считаем возможным рекомендовать танк М-3 средний как средство для переброски десанта автоматчиков».

Однако фактов использования танков М3с в таком качестве не зафиксировано. Использование боевых машин этого типа в боевых действиях быстро сходило на нет. Впрочем, в 41-й танковой бригаде 5-го танкового корпуса 1-го Прибалтийского фронта во время проведения Идрицко-Себежской операции в марте 1944 года еще имелось 24 танка Т-34 и 38 М3с. Отдельные машины использовались в танковых частях вплоть до конца 1944 года, а один М3с числился в войсках Забайкальского фронта (267-й танковый полк) даже во время войны с Японией в августе 1945 года.