Моя жена Любовь Орлова. Переписка на лезвии ножа - Григорий Александров

Г. АЛЕКСАНДРОВ – Э. ШУБ

15. VI.30 г.

Колорадо. В пустыне Аризона. Костюм ковбойский. Поэтому не смейтесь. Гриша[149].

С. ЭЙЗЕНШТЕЙН, Г. АЛЕКСАНДРОВ, Э. ТИССЭ – РЕДАКЦИИ ГАЗЕТЫ «КИНО»

Прибыли в Голливуд. Шлем горячий товарищеский привет советским киноработникам, общественности и кинопечати.

Г. АЛЕКСАНДРОВ – С. ВАСИЛЬЕВУ

Этот видик из окна управления «Парамаунта», где будем сотрудничать[150].

Г. АЛЕКСАНДРОВ – П. АТАШЕВОЙ

Голливуд. 20.VI.30 г.

Первое письмо, написанное мужчиной[151].

Дорогая Перл!

Наконец-то я нашел время, чтобы написать и рассказать Вам о Южной Калифорнии. Самом замечательном, самом восхитительном месте на земле, как утверждают сами калифорнийцы. Извиняюсь, что не писал: я был слишком занят тем, что прятался от кинозвезд, которые то и дело норовили пожать мне руки, и занимался в основном тем, что рвал с деревьев апельсины, авокадо, фиги и пр. А также наблюдал, как добывают из нефтяных скважин «жидкое золото». Занимался также тем, что ходил по местам, где калифорнийцы развлекаются так, как это могут делать только калифорнийцы. Так что, как видите, я чудесно провожу время на этом великом Юго-Западе. А кто бы смог отказаться от такого?

Почти каждый день, даже зимой здесь ярко греет солнце. Конечно, бывают и дождливые, и пасмурные дни, но это скорее… как бы это сказать… слишком высокие туманы.

Теперь я Вам расскажу о Лос-Анджелесе. Население города больше, чем один миллион 427 тысяч 408 человек. Город занимает территорию больше, чем 440 кв. миль, и в ближайшем будущем надеется подмять под себя все, что вообще осталось от Калифорнии.

Голливуд (хотя это и секрет) является частью Лос-Анджелеса.

Он населен киноактерами, скорее, желающими стать киноактерами, и массой других людей. Студии охраняются, как монетный двор, и просто ходить и смотреть на них запрещено. Но если ты уж очень знаменит или слишком нагл, то возможно, и попадешь внутрь студии. Однако если не хочешь разочароваться, лучше не ходи туда, ибо ты сразу обнаружишь, что твоя любимая «звезда» – блондинка теперь уже брюнетка, а твой любимый герой курит уже не «Lackj», а «Kamel». Прилегающие к Голливуду места – Беверли-хилз и Пассадена – известны тем, что там, в небольших деревянных коттеджах, окруженных огромными газонами, обитают миллионеры. Но калифорнийцы редко сидят дома. Они практически живут в своих автомобилях, которые возят их по бесчисленным шикарным дорогам. На машинах они могут добраться в короткое время в «Оранжевую империю», где выращивают апельсины, в горы высотой 10 000 футов, до пустынь с фантастическими кактусами, пальмами, деревьями Джошуа[152]. На автомобилях они могут ездить в приморские города Лонг-Бич и Санта-Монике, которые представляют массу развлечений, в том числе купающихся, но всегда почему-то сухих красоток.

Остров Каталины[153]– это еще одна здешняя достопримечательность. Там можно видеть летающих рыб, выскакивающих из воды, или наблюдать за ними через специальные, сделанные из стекла, днища лодок.

Прежде чем закончить письмо, я хотел бы упомянуть Сан-Габриэль и Сан-Фернандо. Там находятся старые строения, воздвигнутые еще индейцами под руководством испанских специалистов. Это как бы религиозный центр индейцев, и он – единственное, что напоминает о романтическом прошлом Калифорнии.

Надеюсь, вам понравились эти мои описания, которые я сам иллюстрировал[154], и что у вас все в порядке. Остаюсь преданный Вам старый друг Гриша.

P.S. А на обороте – карта тех мест, о которых я вам рассказывал, и остальная территория страны[155].

Все дороги ведут в Голливуд… «Голливуд принял нас неожиданно почтительно, ласково и хорошо».

Г. АЛЕКСАНДРОВ – Л. НИКУЛИНУ[156]

30. VI.30 г.

Уважаемый Лев!

Прежде всего, разрешите приветствовать Вас с вершин голливудских высот. Под вершинами понимаются действительные высоты калифорнийских гор, на которых стоит наш дом (ха-ха) в испано-итальянском стиле.

Своевременно или несколько позже я вышлю Вам фотографии из жизни новоиспеченных звезд[157]. Причем можно заранее сказать, что фотографии будут курьезные.

Голливуд принял нас неожиданно почтительно, ласково и хорошо.

Мастера, которых мы уважаем, оказывается, и нас уважают, и от этого первое знакомство переходит непосредственно в дружбу.

Д. Фербенкс считает нас давнишними друзьями и потому встречал на вокзале[158]. Чаплин сидит у нас вечера, рассказывает и показывает уморительные истории и сцены. В домашней обстановке Чаплин веселее, чем на экране. Обо всех этих людях буду писать специально в газету, как ближе узнаю и пойму.

Все наше время уходит пока что на визиты, приемы, знакомства, банкеты. Которые, кстати, американцы устраивают с пышностью, несравнимой с европейской.

Знакомимся также и с производством, просматриваем лучшие образцы тонфильмов. В данный момент затруднений с тоном уже не существует, и можно делать все, что вздумается.