Зачем убили Джона Кеннеди. Правда, которую важно знать - Джеймс Дуглас

Маркус Раскин так прокомментировал значение этого документа: «По сути, президент сказал: “Смотрите, мы уже изучили все подходы к проблеме прекращения гонки вооружений. Выяснилось, что ни один не работает. Подготовьте мне план, по крайней мере план первого этапа в рамках нашей работы по прекращению гонки вооружений”.

В план предполагалось заложить сокращение вооружений на 30 %. А затем следовал второй этап. Таковы были намерения президента. В этом нет никаких сомнений»^{1754}.

В трех абзацах NSAM 239 Кеннеди четыре раза использовал фразу «всеобщее и полное разоружение»: дважды в первом абзаце и по одному разу в каждом из последующих. Очевидно, таков был основной посыл этого документа.

Кроме того, президент сделал акцент на проблеме заключения «Договора о запрещении ядерных испытаний», о котором он упомянул три раза. Этот второй пункт, на котором президент также заострил внимание, позволяет понять, насколько значимым он считал выполнение первоочередной задачи, указанной в NSAM 239, а именно всеобщего и полного разоружения. Нам известно о том, что в течение трех месяцев после выхода NSAM 239 Кеннеди направил всю свою энергию на переговоры с Хрущевым о заключении Договора о запрещении ядерных испытаний, в которых ему удалось добиться своей цели.

Всеобщее и полное разоружение – один из наиболее амбициозных проектов, при реализации которого он требовал оперативных действий: «срочного пересмотра имеющихся стратегий и сути мероприятий по всеобщему и полному разоружению», как и сокращения вооружений на 30 %, о котором упомянул Раскин.

В следующем месяце в своем выступлении в Американском университете Кеннеди вновь заявил: «Нашей основной долгосрочной целью на переговорах в Женеве является, однако, всеобщее и полное разоружение, которое может быть достигнуто поэтапно, что позволит параллельно создавать новые институты мира, которые заменят вооружения»^{1755}.

Выступление в Американском университете и заключение Договора о запрещении ядерных испытаний положили начало реализации широкомасштабного проекта, столь необходимого для выживания человечества в ядерный век. Инициатива Кеннеди по заключению Договора о запрещении ядерных испытаний стала чрезвычайно важным шагом к началу обсуждения с Хрущевым вопроса о прекращении холодной войны и впоследствии к их совместному выступлению на Ассамблее ООН в поддержку спасительного для всего мира процесса всеобщего и полного разоружения.

В NSAM 239 Кеннеди пояснил, почему он готов был прибегнуть к столь радикальным мерам: «события последних двух лет укрепили мою уверенность в том, что бесконтрольная гонка вооружений между нами и странами соцлагеря может иметь негативные последствия».

Потрясенный и отрезвленный событиями Карибского кризиса Кеннеди, как глава государства, обладавшего наиболее мощным вооружением, имел смелость признать, что в ядерный век человечество может не выжить, если США не решатся инициировать процесс всеобщего и полного разоружения.

В беседе с посетившими его квакерами Кеннеди сказал: «Вы же верите в искупление грехов, не так ли?» Как это бывало и прежде, в своих ироничных замечаниях Кеннеди говорил именно то, что думал на самом деле, и обращал это на себя. Тед Соренсен отмечал, что в поиске путей обеспечения всеобщего и полного разоружения «президент и сам прошел некое духовное перерождение»^{1756}.

Кеннеди не последовал другим советам квакеров, например не оказал продовольственной помощи Китаю. Однако осенью 1963 г., когда в Советском Союзе случился сильный неурожай, Кеннеди решил продать пшеницу русским. Следуя одному из заветов священной книги квакеров (которая была и его книгой), он решил помочь накормить своих противников в холодной войне, с которыми еще год назад они находились на грани полномасштабной ядерной войны. В правительстве, узнав о его решении, задали ему тот же вопрос, что и он задавал квакерам: вы собираетесь кормить врага, который держит вас за горло?