Шапками закидаем! От Красного блицкрига до Танкового погрома 1941 года - Владимир Бешанов

В командование 5-й армией вступил генерал Л.А. Говоров. 18 октября, несмотря на категорические приказы и требования командующего и Военного совета Западного фронта, Можайск пал. Неоднократные попытки вернуть город не дали положительных результатов. В связи с этим Жуков потребовал от командования 5-й армии «безжалостно расстрелять» тех, кто «самовольно оставил фронт», «не останавливаясь перед полным уничтожением всех бросивших фронт». И не останавливались: за отход без приказа из района Рузы частей 133-й стрелковой дивизии перед строем были расстреляны ее командир полковник А.Г. Герасимов и бригадный комиссар Г.Ф. Шабалов.

Не знаю, что больше помогло, жуковские советы или переданные Говорову две дивизии и 22-я танковая бригада подполковника И.П. Ермакова, но фронт на этом направлении на какое-то время стабилизировался. Пополнились боевыми машинами и другие соединения. 23 октября в состав армии прибыли 82-я мотострелковая дивизия и 25-я танковая бригада, теперь в распоряжении Говорова было 4 дивизии и 5 танковых бригад. К 31 октября противник был остановлен.

На защиту Малоярославца в полосе 43-й армии были брошены 312-я стрелковая дивизия, курсанты подольского пехотного и пулеметно-артиллерийского училищ, шесть артиллерийских полков, полк реактивной артиллерии, семь отдельных огнеметных рот, два батальона запасного полка. Рубежи западнее города были заранее оборудованы и имели долговременные огневые точки. В общем, у командующего армией генерал-лейтенанта С.Д. Акимова было вполне достаточно сил и средств для того, чтобы отбить наступление одной моторизованной и одной пехотной дивизии 57-го мотокорпуса. Но все попытки сдержать продвижение противника в этом направлении оказывались тщетными. Тогда по приказу командования Западного фронта 13–14 октября был предпринят контрудар силами 110-й и 113-й стрелковых дивизий. Однако и он оказался безуспешным. Не изменил положения и дополнительный ввод в сражение 53-й стрелковой дивизии, 9-й танковой бригады полковника И.Ф. Кириченко и 17-й танковой бригады майора Н.Я. Клыпина.

Общее представление об организации и ходе этих боев может дать справка начальника штаба 43-й армии:

«8.20. 16.10. 12 стрелковому полку приказано наступать в направлении Черкасово, Большая Шубинка с целью восстановить положение на левом фланге Подольского пехотного училища с одновременным уничтожением противника в районе Черкасово. Полк эту задачу не выполнил. Продолжал топтаться вокруг Черкасово…»;

«…17.10. 17.00. 8 тяжелых танков и 6 средних танков с мотопехотой атаковали из Черкасово 12 стрелковый полк и прорвали фронт. 12 стрелковый полк, как доложили делегаты Штарма, разбежался и не принял боя»;

«В связи со сложившейся обстановкой и необходимостью ликвидировать прорыв командарм генерал-лейтенант Акимов в 4.00. 17.10 отдал 53 стрелковой дивизии приказ: в течение 17.10, подчинив себе Подольское пехотное училище, 108 запасной полк, восстановить положение на левом фланге… Приказ этот командиром 53 сд выполнен не был.

В 12.00. 17.10 новый командарм генерал Голубев подтвердил этот приказ и потребовал его выполнения. Командир 53 сд доложил, что приступил к выполнению, но, как оказалось впоследствии, только отдал приказ, а войска оставались на месте»;

«223 стрелковый полк 16.10 самовольно оставил фронт в районе Каверино и вошел в Доброе восточнее Малоярославца. Командир полка и комиссар полка расстреляны»;

«17.10 прибыла батарея «РС», которая дала один неудачный залп. Стреляли они по деревне Черкасово, но туда не попали, а попали в нашу пехоту и убили 7 красноармейцев».

Недостаточно гибкое управление войсками, плохое взаимодействие между родами войск привели к тому, что немцам удалось прорваться севернее города на Боровск; большинство подольских курсантов погибло, приняв на себя основной удар. Разбитые советские части отошли к Наро-Фоминску и на рубеж реки Протва. 17 октября в командование 43-й армией вступил генерал-майор Голубев.

18 октября немецкие танки ворвались и в Малоярославец. Однако в донесении 57-го германского мотокорпуса за этот период сообщалось, что «последние бои за овладение русскими позициями были самыми ожесточенными за весь период кампании в России, так как противник оказывает яростное сопротивление…». Поскольку немецкие подвижные силы сильно оторвались от своей пехоты, резко возросли потери в танках. 20-я танковая дивизия потеряла безвозвратно 43 танка. В общей сложности к 16 октября 4-я танковая группа насчитывала 710 танков. Причем речь здесь идет об имеющихся в наличии машинах, боеготовых было гораздо меньше.

С оставлением Боровска и Малоярославца создалось опасное положение на подольском и наро-фоминском направлениях, и поэтому войска, сражавшиеся в районе Наро-Фоминска, были объединены по указанию Ставки управлением 33-й армии генерала Ефремова. Подольское направление продолжала оборонять 43-я армия, усиленная одной дивизией и двумя танковыми бригадами. Южнее, серпуховское направление, прикрывала 49-я армия. Ее малочисленные части не смогли удержать Калугу и отходили на восток. В конце октября бои шли уже в 80–100 км от Москвы. Немцам удалось потеснить Западный фронт с можайской линии обороны. Но тогда же войска фронта нанесли несколько контрударов в районах Скирманово, Дорохово, Наро-Фоминск.

Генерал Жуков, как и летом на Украине, при малейшей возможности стремился проводить контратаки и контрудары, что приводило к неоправданно большим потерям. В результате части бросались в бой неподготовленными, теряли много людей и техники, но поставленных целей не достигали. Использование этих сил и средств в обороне наверняка принесло бы больший эффект и позволило бы нанести противнику более значительные потери. Однако любая прибывшая на фронт свежая часть тут же бросалась на штурм какой-нибудь высоты или укрепленного пункта.

Командующий Западным фронтом настоятельно требовал: «Оборону осуществлять как оборону активную, соединенную с контратаками. Не дожидаться, когда противник ударит сам. Самим переходить в контратаки. Всеми мерами изматывать и изнурять врага. Беспощадно расправляться с трусами и дезертирами, обеспечивая тем самым дисциплину и организованность своих частей. Так учит нас наш СТАЛИН».

Например, в конце октября в состав 16-й армии Рокоссовского передали только что сформированную по полному штату 28-ю танковую бригаду полковника К.А. Малыгина. В бригаде имелось два танковых батальона, батальон автоматчиков, артиллерийская и минометная батареи. В одном из танковых батальонов было четыре КВ и 11 «тридцатьчетверок», второй укомплектован легкими танками Т-60. В первом классически оборонительном бою за село Рождествено бригада уничтожила несколько танков и два бронетранспортера противника, не имея потерь. Затем бригаде поставили задачу совместно с 4-й танковой бригадой захватить деревню Скирманово, превращенную немцами в опорный пункт. На ближних подступах к деревне господствовала высота, на которой противник сосредоточил противотанковую артиллерию и вкопанные в землю танки, с севера их позиции прикрыты глубоким оврагом.

«Для координации усилий двух бригад к нам прибыл из штаба фронта полковник Мякухин. Малыгин предложил обойти Скирманов слева и ударить противнику во фланг и тыл. Но представитель фронта решительно отверг такой вариант. Он считал, что на обходной маневр у нас не хватит ни времени, ни сил.