Роковая тайна сестер Бронте - Екатерина Митрофанова

Но не стану более терзать Ваш светлый ум, дорогая Джейн Люси, сообщая Вам душераздирающие подробности о пребывании грешных душ в Аду и о Геенне Огненной, а перейду прямо к делу.

Как Вы уже, верно, догадались, дух Клиффа явился за мной. Его Высокое Предназначение состоит в том, чтобы, в свою очередь, дать Свободу моему духу. Для приведения сего непреложного Приговора Судьбы в исполнение необходимо, чтобы я как можно скорее покинула это праведное жилище.

Лишь Вам одной, милейшая сударыня, я доверяю святую тайну о конечной цели предпринимаемого мною путешествия и всецело полагаюсь на Ваше молчание. Я направляюсь в Лидс, в дом моего отца, чтобы благословенное расторжение моей души с телом свершилось на смертном ложе Клиффа. После того, как произойдет сие Великое Таинство, мой Свободный Дух получит наконец вожделенную возможность соединиться с Духом моего любимого, чтобы более не разлучаться с ним отныне и вовек. Так суждено.

Мы с Клиффом разработали тщательно продуманный план касательно того, каким образом осуществить мое возвращение в Лидс. И вы, дражайшая Джейн Люси, сами того не ведая, выступите главной посредницей моего побега.

Сейчас, пока я пишу эти строки, дух Клиффа — если можно так выразиться — вращается в двух временных пластах: в настоящем времени (он пребывает в моей комнате) и часом позднее (его призрак возникает в проеме Вашего окна). Вы спросите меня, как это возможно? Возможно, ибо призраки вездесущи: для них не существует ни времени, ни пространства.

Так вот. Как только я закончу писать, Вы станете свидетельницей того, как призрак Клиффа своим могучим дыханием распахнет Ваше окно и предстанет перед Вашим взором во всем своем подлинном Первозданном Величии. На деле это происходит уже сейчас, но для нас — смертных — все, что предначертано Судьбой, свершится в свое время. Но я уже знаю, как это случится. Клифф, стоящий рядом со мной, передает мне в деталях то, что видит Клифф, который ворвется в Вашу обитель и нарушит Ваш покой час спустя.

Вы подбежите к окну, чтобы захлопнуть створки, и, когда призрак явится Вашему взору, закричите и лишитесь сознания. Ваш крик не достигнет ушей обитателей этого дома, так как дух моего возлюбленного погрузит их на время в глубокий транс. Но этот крик услышу я, и он послужит мне сигналом к тому, что пора спускаться. Когда я окажусь в Ваших покоях, милейшая Джейн Люси, Вы уже будете без сознания.

Дальнейшее доверяю Вашей прозорливости. Как только я окажусь на улице, буря стихнет (как вы, вероятно, уже догадались, ее устроил Клифф). Я найму экипаж, который к рассвету благополучно доставит меня до Лидса.

Кстати, не подумайте, дорогая Джейн Люси, что я сподоблюсь показаться на людях в одной лишь ночной сорочке. У меня есть запасной плащ, который я приберегла уже давно как раз для такого случая. Я знала… я чувствовала, что рано или поздно это произойдет — и была права!.. Что касается вдовьего чепца, то сей неизменный атрибут моей одежды, с коим я не расставалась в продолжение десяти лет, отныне мне ни к чему. Я уже не вдова, и больше не буду ею никогда! Я стану призраком. Сильным призраком. Таким, как мой любимый Клифф. И в этом заключено мое Подлинное Счастье.

Вы тоже обретете счастье, милейшая Джейн Люси. Но Ваше счастье будет иным, нежели мое. Вы ведь и понимаете счастье иначе, чем я. И, положа руку на сердце, признайтесь наконец себе, что вы и ожидали иного счастья, чем то, которого отчаянно желала я. Вы ждали счастья земного, какое можно получить, не расставаясь с жизнью. И оно будет милостиво даровано Вам.

Мне доставляет особую радость то обстоятельство, что я окажусь первой, кто сообщит Вам о том, что Ваш возлюбленный супруг ЖИВ. Он сильно пострадал во время прошлогоднего шторма в Скарборо, а потому никак не мог дать о себе знать. Но, как сообщил мне вездесущий дух Клиффа, теперь он идет на поправку. Ваш благоверный пока находится в больнице Портсмута, но очень скоро он будет у себя дома, куда, как я полагаю, направитесь и Вы, когда получите счастливую весть. Вы снова будете вместе. И да будет Вам Мир и Благодать Господня!

Теперь я призываю Вас набраться мужества, чтобы принять печальную новость, которую мой непреложный долг вынуждает меня Вам сообщить. В тот самый страшный для Вас день Ваш сын погиб. Впрочем, едва ли это известие явилось для Вас неожиданностью, ибо Вы и сами тогда почувствовали это. Так возрадуйтесь же теперь, дорогая Джейн Люси: чистый, непорочный Дух Вашего славного мальчика вознесся на Небо и вкушает райское блаженство. Он стал возлюбленным Чадом Господним, равно как и мои смиренные, благочестивые сестры — Мария и Элизабет Бронте.

Возможно, некоторое утешение доставит Вам общество Кэти. Оставляю ее на Ваше попечение в убеждении, что это не может явиться для Вас тяжким бременем. Кэти уже достаточно взрослая и в состоянии позаботиться о себе сама. К тому же она скоро выйдет замуж. Все, что требуется от Вас в отношении моей дочери, сводится лишь к тому, чтобы уделять ей некоторое внимание.

В Вашей поддержке Кэти особенно остро будет нуждаться на первых порах. Если возможно, окажите мне любезность, дайте Кэти временный приют в своем доме и отпускайте ее на выходные в Гаворт, к ее жениху. После свадьбы она, вероятно, захочет остаться на ферме мужа, где Вы беспрепятственно сможете ее навещать — разумеется, если Вы сами того пожелаете.

Понимаю, что Кэти никогда не заменит Вам Вашего сына и не восполнит Вашей печальной утраты. Но, быть может, время от времени бросая на нее мимолетные взгляды, вы испытаете к ней некоторую нежность? А заглянув в ее бездонные зеленовато-карие глаза, нет-нет — да и вспомните о той, чья неугомонная рука сейчас выводит эти бесхитростные строки? Как знать?!

Все свое состояние — денежные капиталы и дом в Гаворте — я завещаю Вам, милейшая Джейн Люси. Вероятно, подобное решение приведет Вас в недоумение. Но после того, что произошло с землями и поместьями герцога Хитернлина, оставленными в наследство Кэти, боюсь, у меня нет иного выбора, как передать свое состояние другому лицу. И хотя мы с Вами знакомы не слишком долго, я успела проникнуться к Вам глубоким доверием и симпатией. По правде говоря, из всех, кто еще живет в этом мире, Вы единственный близкий мне человек (разумеется, после Кэти). Так что ни на минуту не сомневаюсь, что вверяю свои богатства в надежные руки. Я убеждена: Вы, как никто другой, сумеете позаботиться о том, чтобы моя дочь не ведала нужды.

И последняя просьба. Я желаю и настаиваю на том, чтобы Вы скрыли правду, которую Вы сейчас узнали, от Кэти и обитателей пастората и сохраняли тайну о моем внезапном исчезновении настолько долго, насколько это возможно. Я понимаю, что рано или поздно моя кончина будет обнаружена (хотя я лично предпочитаю, чтобы это случилось как можно позже).

Как бы то ни было, еще есть возможность замести следы и утаить произошедшее от тех, чьи нервы и душевное состояние следует пощадить. Имею в виду прежде всего Кэти, которая еще не оправилась от смерти своего отца и козней Линдлея Лонгсборна, чтобы быть готовой к новому потрясению. А также — мистера Николлса. Ибо мой поступок настолько противоречит принципам и убеждениям этого господина (не говоря уже о том, что эта дерзкая выходка идет вразрез со здравым смыслом вообще), что подобная информация вполне может повредить его рассудку.