Диана и Чарльз. Одинокая принцесса любит принца... - Софья Бенуа

«Камилла с волосами до плеч и низким голосом курильщика казалась неподходящей парой для принца. По сравнению с красотой Дианы ее внешность была особенно невыразительна, но в ней было что-то такое, что привлекало мужчин.

Она обладала некоторой грубоватостью и зрелым юмором, отсутствовавшим у принцессы. Камилла была умна и рассудительна, а Диана, как бы великолепно она ни выглядела на официальных мероприятиях, оставалась просто девчонкой.

В присутствии Камиллы Чарльз подавлял свое отвращение к табаку, и она курила, оставляя окурки в специально расставленных на террасе пепельницах. Позже Чарльз позволял ей ухаживать за собой, как за мужем, когда они приглашали общих знакомых. Иногда нам говорили, чтобы мы не беспокоили их и оставались у себя, пока гости не уйдут.

Подобно Диане, первой открывшей удовольствие принимать друзей в отсутствие Чарльза, принц тоже оценил прелесть Хайгроува и компании близких приятелей. Диана, по-прежнему приезжавшая на выходные с сыновьями, понятия не имела, что здесь происходит».

В 1985 году появились первые сообщения о возможном распаде брака принца и принцессы Уэльских. В 1986 году роман Камиллы и Чарльза возобновился в полной мере.

Наступивший новый 1988 год принес новые перемены, показавшиеся многим из окружающих самыми благостными. Чарльз и Диана меньше раздражали друг друга, их отношения казались вполне миролюбивыми; даже на снимках, мелькавших в прессе, супружеская чета казалась счастливой.

Но привидевшееся всем состояние гармонии разрушил несчастный случай.

В марте Чарльз и Диана отправились в Швейцарию, в Клостерс с несколькими друзьями, среди которых была герцогиня Йоркская. Оба выглядели спокойными и с радостью ожидали предстоящий отдых. В четверг случилось несчастье. В то время, когда Диана и беременная Сара отдыхали в домике, Чарльз, его друзья мистер и миссис Палмер-Томкинсон, Хью Линдсей и инструктор по горным лыжам Бруно Спречер были накрыты лавиной из снега и камней.

Новостные программы сразу же стали показывать репортажи о лавине, под которой едва не погиб принц Чарльз.

К счастью, с высочайшими особами ничего не приключилось, но конюший майор Хью Линдсей погиб, а миссис Палмер-Томкинсон получила серьезные травмы.

Слуги, наблюдавшие за тем, как принц Чарльз переживает случившееся, отмечали: «Казалось, только прикусив губу, Чарльзу удается удержаться от слез»; «Сознание того, как близко подошла к нему смерть, потрясло его больше, чем он мог представить.

Рядом не было никого, кто бы успокоил и поддержал его, за исключением охраны и прислуги, с которыми он обычно не делился личными переживаниями». Наверняка в эту новую минуту испытаний Чарльз осознал, насколько он одинок возле жены.

И это стало еще одной каплей на чаше весов, склонившихся в сторону сочувствующей и все понимающей Паркер-Боулз.

Снежная лавина и ее последствия уничтожили только что возникшее хрупкое взаимопонимание между Дианой и ее мужем. «И принц, и принцесса нуждались в человеке, который помог бы пережить горе и смириться с потерей, но они не потянулись друг к другу. Трагедия по-разному повлияла на дальнейшую жизнь каждого из них, но, похоже, положила конец их совместным усилиям достичь сближения», – считали близкие.

В то время как Чарльз (в который уж раз!) нашел утешение у своей давней подруги, его жена с упоением принялась перевешивать свои личные проблемы на всевозможных «шаманов».

Медиум принцессы Рита Роджерс утверждала:

– Диана часто звонила просто с тем, чтобы рассказать, как провела день, словно ей не с кем было больше поделиться.

Астролог Дебби Франк вспоминает о том периоде:

– Я была потрясена, когда Диана буквально на первой же встрече стала посвящать меня во все свои проблемы, как будто мы были знакомы уже много лет. У меня сложилось ощущение, что ей просто нужно было с кем-то поговорить.

Экстрасенс и целительница Симона Симмонс говорит:

– Диана… едва входила ко мне в кабинет, как начинала говорить без умолку. Обычно первые десять минут у меня уходили только на то, чтобы ее успокоить. Затем принцесса начинала задавать бесчисленные вопросы. Когда же я тактично предлагала ей немного помолчать, она тут же говорила: «Сейчас, сейчас, только сначала я должна тебе сказать то-то и то-то, а иначе я не смогу успокоиться». После того как я давала ей возможность выговориться, у нее тут же появлялась другая тема, которую ей срочно требовалось обсудить.

В лето 1988 года в семье принца и принцессы Уэльских установилось наконец перемирие, основанное на безразличии.

Больше не было ссор и взаимных обвинений, как, впрочем, прекратились и всяческие попытки наладить отношения. Ни один из супругов не выказывал ни малейшего интереса к занятиям другого.

С середины 80-х камеры все чаще ловили моменты, когда становилось очевидно, что с отношениями звездной четы что-то не так