Весна и осень чехословацкого социализма. Чехословакия в 1938–1968 гг. Часть 2. Осень чехословацкого социализма. 1948–1968 гг. - Николай Платошкин

Относительно места встречи стран Варшавского договора Дубчек опять выдвинул ультимативное требование: чтобы она прошла именно в Чехословакии. Он по-прежнему во что бы то ни стало хотел выглядеть в глазах СМИ победителем. Атак как раскрывать перед прессой суть договоренностей (особенно кадровых) он не хотел, то оставалось привлекать внимание к внешним, формальным факторам, типа места встречи стран ОВД.

На самом деле встреча оставила у обеих сторон глубоко негативное впечатление.

Присутствовавший на переговорах в Чиерне В. А. Александров считал, что постоянными «источниками нагнетания недоверия» в ходе откровенной дискуссии были два чехословацких руководителя: председатель Национального собрания Смрковский и глава Национального фронта Кригель. «…Первый – в силу своих амбиций, претензий на роль главного трибуна, второй – в силу умопомрачительного политического инфантилизма. Стоило Дубчеку или Чернику сказать какую-нибудь доброжелательную в отношении СССР фразу, как тот и другой спешили в своем кругу опровергнуть сказанное: дескать, не надо верить, на самом деле „Саша“ думал иначе. В иных случаях такая разноголосица ничего бы не значила, но речь шла об отношениях, которые назывались „братскими“, а здесь уже доверие или его отсутствие приобретали определяющее значение»^[785].

Кригель же по возвращении из Чиерны-над-Тиссой сказал: «После Чиерны я не могу спать. Я обнаружил невероятно низкий уровень этих людей, не прочитавших в жизни ни единой книги Маркса или Ленина. Когда я думаю, что судьба мира зависит от них, я не могу спать»^[786].

Но Брежнев, вопреки пожеланиям большинства членов политбюро, все же хотел дать Дубчеку последний шанс и согласился на встречу в Братиславе.

Характерно, что когда делегация КПЧ вернулась из Чиерны в Прагу, Дубчек, обычно никогда не уходивший от встреч с журналистами, был немногословен. Широко улыбаясь, он ответил на вопрос, чем конкретно закончились переговоры: «Как видите, мы (он шел вместе с Черником – Прим. автора.) вернулись в отличном настроении. И значит, на то есть причина»^[787]. Черник был более разговорчив и сказал, что встреча удовлетворила обе стороны. Он выразил уверенность, что взаимная критика в прессе прекратится: «Мы ожидаем этого с их стороны, и мы тоже должны за это бороться. И с нашей стороны надо сделать все для того, чтобы мы двинулись навстречу друг другу».

Официально познакомил граждан с итогами переговоров в Чиерне президент Свобода, который был даже не в курсе того, о чем Дубчек договорился с Брежневым один на один. В выступлении по радио президент, в частности, сказал: «Мы говорили откровенно и искренне, как и они. Мы заявили, что решили твердо и последовательно проводить нашу политику… и не допустить отхода от нее. Мы встретились с полным пониманием ведущих представителей Советского Союза, которые заверили нас в своей поддержке при реализации нашей социалистической программы, выраженной в Программе действий нашей партии… Мы согласились, что основное внимание нужно уделять дальнейшему позитивному развитию отношений между социалистическими странами…

Дорогие сограждане! Результаты наших переговоров с руководителями Советского Союза и его коммунистической партии дают необходимое спокойствие, столь нужное для реализации нашей социалистической программы… передаю вам искренний товарищеский и дружеский привет от товарища Брежнева, Подгорного и Косыгина и других членов политбюро ЦК КПСС, которые участвовали в наших переговорах. Они снова подчеркнули свою искреннюю заинтересованность в развитии отношений между нашими двумя государствами».

Смрковский, как всегда, был «ближе к народу», и он выступил вечером 1 августа с речью, стоя на балконе одного из домов на главной площади Праги – Староместской. Среди собравшихся на площади было особенно много молодежи. Смрковский заверил, что «полностью удалось» исполнить мандат народа – отстоять политику реформ и при этом не поссориться с Советским Союзом. «Это наше дело, какой социализм будет у нас реализован». Для слушателей у Смрковского было «радостное известие», что взаимная полемика в печати между ЧССР и СССР прекращается: «…вместо взаимных обвинений мы совместно будем думать над развитием сотрудничества в экономике и других областях. Об этом, и ни в коем случае не о Чехословакии, будет идти речь в Братиславе»^[788].

Заметим: одновременно Смрковский сказал, что скоро в Прагу приедут Тито и Чаушеску для того, чтобы поддержать Чехословакию.

Таким образом, из комментариев Свободы, Смрковского, Черника и Дубчека складывалось впечатление, что Политбюро ЦК КПСС полностью одобрило политику чехословацкого руководства и тем самым отказалось от собственного «варшавского письма». Конечно, это было полной неправдой и к тому же сильно обидело советскую сторону. Дубчек и его коллеги рисовались в чехословацких СМИ как триумфаторы, а советская сторона – как побежденные.

Формально по итогам встречи в Чиерне было опубликовано лишь краткое коммюнике о том, что состоится совещание компартий стран ОВД в Братиславе, куда участники чиернской встречи и прибыли 3 августа.

Руководители КПЧ публично подчеркивали, что Братиславское совещание не имеет ничего общего ни с «варшавским письмом», ни с положением в Чехословакии вообще. Это, мол, обычная встреча глав социалистических стран для обсуждения актуальных вопросов сотрудничества между ними.

2 августа в 13:00 Дубчек выступил по радио и еще раз рассказал о полной победе чехословацкой делегации в Чиерне: «Мы вам обещали, что будем твердо стоять на позициях послеянварской политики, ставящей перед нами задачу строительства социалистического общества, которое будет иметь действительно человеческое лицо, будет глубоко демократичным, социально справедливым и современным, где ценности социализма будут тесно связаны с ценностями национальными, и где наши граждане по своему собственному разумению будут суверенно решать свою судьбу. Одновременно мы обещали, что… как и прежде, останемся верны своим друзьям и не откажемся от принципов пролетарского интернационализма…

Скажу открыто, что мы с большой признательностью и высокой оценкой приняли тот факт, что можем так быстро встретиться с представителями КПСС. Несколько дней вашего ожидания были для нас днями интенсивной работы. Очень открыто мы обменялись мнениями с советскими друзьями по очень широкому кругу проблем наших отношений…

Скажу искренне – вы можете быть полностью довольны результатами и духом переговоров. Мы выполнили все обещания, которые вам дали… Надо отметить и добрую волю советских товарищей в понимании наших проблем, уважении их специфики, равно как и неотъемлемое право нашей партии решать самой свои дела. Советские друзья во время переговоров убедились, что мы совместно защищаем социалистические принципы и хотим своим вкладом укрепить социалистическое движение. Нашим международным долгом является и в дальнейшем на практике доказывать, что мы никогда не сойдем с пути социализма, потому что его поддерживает решающее большинство нашего народа, коммунисты и некоммунисты, весь Национальный фронт…