Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг - Борис Мегорский

Погружаясь в тематику осадного искусства и фортификации, исследователь встречается со множеством специальных терминов. Необходимо знать, какое значение вкладывали авторы Петровского времени в те или иные слова, какие альтернативные названия встречались, но также необходимо представлять, как все это выглядело. Трактаты эпохи часто были хорошо иллюстрированы; но как правило это были многочисленные разрозненные страницы гравюр среди текста книг. В настоящем приложении мы публикуем редкий гравированный лист, позволяющий увидеть практически все интересующие предметы сразу: «Таблица вещей, относящихся к военному искусству, строительству крепостей, артиллерии, а также к осадам городов, полевым сражениям, лагерям и сражениям на море». Его издал в 1703 г. в Амстердаме голландский гравер Питер Шенк и сегодня он хранится в коллекции Государственного музея Нидерландов. Подписи на самом листе у объектов даны по-французски, за рамками – на голландском языке. Изображения во многом отображают французский взгляд на военное искусство. Так, артиллерийские орудия заимствованы из французского трактата Сен-Реми 1697 г.; изображенным строям пехоты даны названия французских полков; среди инженерных приспособлений нет «шерстяных мешков», которые, видимо, были больше распространены среди немецких инженеров. Таблица Шенка носит, несомненно, компилятивный характер. Как и многие иллюстрированные трактаты по военному искусству своего времени, она содержит ряд предметов, которые вышли из практического применения, но продолжали кочевать из одной книги в другую. Примером тому служат многочисленные «артифициальные вещи» – сложные в изготовлении зажигательные приспособления; их эффективность, несмотря на их устрашающий внешний вид, оказалась не выше, чем у простых бочек с порохом, бомб и гранат. Попали на гравюру и явно экспериментальные образцы, не имевшие сколь-нибудь широкого применения, например двуствольная пушка или складной облегченный полевой лафет. Тем не менее Шенк в целом наглядно отобразил специфику фортификационного и осадного дела, характерную так или иначе для всей Европы, и потому важную и для историков Северной войны. Изображения сделаны в духе своего времени, но, очевидно, раньше, чем появились гравированные иллюстрации к книге Вобана. Последние в течение XVIII в. стали своего рода эталоном, без изменений копировались в разных изданиях и были практически единственными иллюстрациями такого рода. Не удивительно, что работа Питера Шенка попала и в коллекцию Петра Великого. В собрании рукописных карт, планов и чертежей Петра I в Российской библиотеке академии наук есть несколько экземпляров: оригинал с французскими и голландскими подписями, выполненные в России копии без текста и одна копия с русскими надписями. Последняя, озаглавленная «План архитектуры воинской или наука фортификации, осад, баталий, марша армии и лагерей»^[2083], удачно передает колорит петровского языка, но часто грешит неточностью перевода.