Игра лисиц. Секретные операции абвера в США и Великобритании - Ладислас Фараго

«У меня проблемы, Луи, – заявил он. – На следующий день после нашей последней встречи ко мне зашел Геди, бывший корреспондент «Нью-Йорк таймс», который сейчас большая шишка в представительстве английской разведки здесь, в Турции. Он под большим секретом сообщил мне, что ваша комната в той проклятой гостинице прослушивалась русскими. Они записали каждое слово нашего разговора»^[211]. Эрл продемонстрировал Мацхольду пару записей на фонографе. «Геди заверил меня, что англичане не стали бы так подло со мной поступать. Каким-то образом им удалось выкрасть эти записи у коммунистов. Я не знаю, что со мной будет, если о нашем разговоре узнает президент, особенно о той его части, где я прямо высказался о том, что думаю об этих проклятых большевиках и немцах».

Как отметил в своем отчете Мацхольд, Эрл заявил, что в будущем они уже не смогут встречаться, так как англичане и русские, скорее всего, взяли его под наблюдение. В то же время, как добавил Эрл, он был бы благодарен, если Мацхольд продолжит свои хлопоты за Адриенну, которая все еще ждет в Будапеште разрешения на выезд. Мацхольд немедленно поставил Ликуса в известность о таком странном повороте событий. Вместе они решили попросить венгерские власти разрешить Адриенне выехать к Эрлу в Турцию. Если Мацхольд потеряет прямой выход на такой фантастический источник информации, в будущем он сможет получать и передавать сведения через девушку.

Поначалу турки отказали Адриенне в визе на въезд в страну. Казалось, что на отношениях с американцем можно было ставить крест, однако позднее девушка телеграммой сообщила Эрлу, что 24 апреля вылетает к нему. Однако, как оказалось, представитель президента устал ждать ее приезда и его стали часто видеть в обществе молодой бельгийки. Эрл отправил Адриенне телеграмму, в которой просил ее оставаться в Будапеште и забыть о нем. Он обещал заботиться о ней, раз в полгода переводя ей деньги. Расстроенная Адриенна показала телеграмму Мацхольду. Тот посоветовал не обращать на нее внимания. «Сделай вид, что не получала ее, – сказал он рыдающей девушке, – поступай, как мы планировали, и поддерживай со мной связь. Если все будет хорошо, через неделю или две я тоже приеду в Турцию».

Госпожа Мольнар благополучно добралась до Турции на Восточном экспрессе. Несмотря на телеграмму, Эрл, казалось, был очень рад ее приезду. Они торжественно отпраздновали встречу. 26 апреля Адриенна телеграфировала Мацхольду: «Мы на седьмом небе». Это была последняя весточка, которую австриец получил от нее.

Если Эрл был действительно рад видеть Адриенну после полутора лет вынужденной разлуки, то он повел себя очень странно. Он уговорил девушку спокойно расстаться с ним, а затем подыскал ей работу в казино «Таксим».

Мацхольд доложил обо всем этом руководству. В нескольких посланиях Ликусу он пылко заверял того, что операцию еще можно спасти. Адриенна в Стамбуле, убеждал он немца, через нее можно будет наладить конвейер для получения ценнейшей информации от Эрла. Даже если тот всерьез решил избавиться от Адриенны, у них с Мацхольдом сложились хорошие отношения.

Был ли губернатор настолько наивен, чтобы всерьез поверить назойливому австрийцу? Действительно ли он был настолько глуп, чтобы раскрыть первому встречному совершенно секретную информацию о намерениях союзников сделать следующий шаг по пути к освобождению Европы?

«Возможно, не очень скромный и несколько своеобразный человек, – писала газета «Нью-Йорк таймс», – Эрл тем не менее всегда был верным бесстрашным другом, душой любой компании».

Несмотря на свою эксцентричность, Эрл далеко не был дураком и умел трезво оценивать людей и ситуацию. Большой опыт политической и дипломатической деятельности научил его сочетать гибкость с жесткостью. Ведь в этом мире умение плести интриги иногда значит больше, чем применение силы. Он мог быть таким же коварным и хитрым, как и его противники, и в этом искусстве наверняка превосходил Мацхольда. Несмотря на то что Эрл часто попадал в затруднительные ситуации, это научило его быстро находить самый правильный выход из положения. В случае с Мацхольдом Эрл не питал никаких иллюзий относительно этого человека. Он хорошо представлял себе, что перед ним немецкий агент, и относился к нему соответственно.

Он был знаком с австрийцем в Вашингтоне и общался с ним в 1941 году, работая в Софии. Дважды он навещал Мацхольда в Будапеште, ездил с ним на рыбалку, на самом деле преследуя цель из первых рук получить информацию о планах фашистов на Балканах. Эрл прекрасно знал источник осведомленности Мацхольда и то, как австриец любил лишний раз щегольнуть своей информированностью. Он использовал австрийца для того, чтобы ввести немцев в заблуждение, передавая через того дезинформацию о планах и намерениях американцев. В Стамбуле он одурачил их в очередной раз, воспользовавшись этим ставшим традиционным каналом связи. Через Адриенну Эрл ловко заманил Мацхольда в ловушку. Для того чтобы поразить противника своей осведомленностью, Эрл «проболтался» ему, что дело немцев безнадежно, и «поделился» ближайшими планами союзников. Рассказывая Мацхольду о «тридцати четырех» будущих плацдармах высадки, Эрл тем самым рассчитывал на то, что немцы неизбежно будут распылять собственные силы, пытаясь прикрыть районы возможного вторжения. Как впоследствии выяснилось, немцы были так напуганы, что проигнорировали сведения о вторжении на Сицилию, которое действительно состоялось 10 июля 1943 года, через восемь месяцев после высадки в Северной Африке.

После приезда Адриенны в Стамбул инициатива полностью перешла к Эрлу. Ему удалось внедриться в ряды участников антигитлеровского заговора в Турции и даже провести секретную встречу с послом фон Папеном, одним из организаторов заговора. Ему удалось деморализовать и даже частично ликвидировать аппарат абвера в Стамбуле. С этой целью и был организован небольшой заговор, одну из главных ролей в котором сыграла Адриенна. Он поддерживал с ней связь с целью проникнуть в немецкую разведывательную сеть в Турции. Поскольку в мире разведки ничего не удается надолго сохранить в тайне, в Стамбуле вскоре стало известно, что должность помощника военно-морского атташе была для Эрла всего лишь прикрытием. На самом деле он является представителем президента Рузвельта в Турции. Взгляды всех разведок сосредоточились на Эрле, ведь каждый мечтал получить выход на Белый дом. А поскольку Адриенна была доверенным лицом Эрла, ее стали рассматривать как ключевую фигуру выхода на представителя президента^[212].