Разведчики и шпионы - Станислав Зигуненко

Так вместе с экспедицией Блюмкин прошел весь Западный Китай. Они посетили более ста тибетских святилищ и монастырей, собрали огромное количество древних сказаний и легенд; преодолели тридцать пять горных перевалов, величайший из которых, Дангла, считался неприступным; собрали бесценную коллекцию минералов и лекарственных трав. Для изучения всех этих экспонатов в 1927 году был даже создан специальный институт.

Однако достичь таинственной Шамбалы ни Рериху, ни Блюмкину так и не удалось. То ли Блюмкин чего-то испугался, то ли туда не удалось отыскать верной дороги, то ли страны той не существует вовсе…

В общем, в июле 1926 года Блюмкин вернулся в Москву, не достигнув своей основной цели. Но не с пустыми руками. Кроме официального отчета для разведки он привез еще немало рецептов алтайских колдунов, монгольских врачевателей, индийских брахманов… Но вовсе не торопился делиться секретами с Барченко и другими «братьями». Они рассорились.

Но толком отомстить Блюмкину за его вероломство не успели – того срочно отправили в Палестину. Началась операция, связанная с организацией советской резидентуры на Ближнем Востоке под прикрытием торговли старинными еврейскими манускриптами.

А потом «лавочку» и вообще прикрыли.

С 1937 по 1941 год были арестованы и расстреляны все члены тайного общества «Единое трудовое братство». Погиб Глеб Бокий. Его вызвал нарком внутренних дел Николай Ежов, знавший, что в свою черную тетрадку Бокий занес много интереснейших сведений, и потребовал компрометирующие материалы на некоторых членов ЦК и высокопоставленных чиновников. Бокий отказался. Не подействовал на него и тот факт, что приказание сдать компромат исходило от самого Сталина. Бокий лишь пожал плечами: «А что мне Сталин?! Меня Ленин на это место поставил…»

Понятное дело, вождь всех народов перенести такого не мог, и в свой кабинет вольнодумец Бокий больше уж не вернулся. Затем расстреляли Барченко. Нашлась пуля и для Я. К. Блюмкина. Словом, случайно или нет, но так или иначе погибли все, кто был хоть как-то связан с поисками таинственной страны Шамбалы.

Генерал и певица (Николай Скоблин и Надежда Плевицкая)

Николай Владимирович Скоблин – личность загадочная, его деятельность в качестве разведчика до сих пор вызывает споры. На чьей же стороне он все-таки воевал? Давайте попробуем разобраться…

Союз офицера и крестьянки

Достоверных сведений о том, кем были его родители, нет до сих пор. Известно лишь, что родился будущий разведчик в 1895 году. Окончил кадетский корпус и юнкерское училище, участвовал в Первой мировой войне.

В 1917 году, будучи уже штабс-капитаном, вместе с другими добровольцами ударного батальона участвовал в боевых действиях против большевиков. Затем командовал Корниловским полком – одним из тех, что были укомплектованы только офицерами и считались элитой Добровольческой армии.

Полк, названный в честь генерала Корнилова, погибшего в 1918 году, позднее был развернут в дивизию, но это не спасло корниловцев от поражения. В ноябре 1920 года Николай Скоблин лично проследил за тем, чтобы каждый боец-корниловец был погружен на пароход «Саратов», уходящий из Крыма, и, говорят, был последним участником Белого движения, покинувшим родную землю. К тому времени он уже был генералом.

Вместе с ним эмигрировала и выдающаяся русская певица Надежда Плевицкая. Интересно, что простая крестьянская девушка из Курской губернии в дореволюционной России была столь знаменита, что неоднократно пела и для самого государя Николая II.

Однако после революции она решительно приняла сторону красных – наверное, сказались крестьянские корни. Впрочем, очевидцы утверждали, что она с одинаковым чувством, в зависимости от аудитории, могла спеть и «Боже, царя храни», и «Смело мы в бой пойдем».

Далее судьба ее сложилась так. Во время Гражданской войны, находясь на гастролях на фронте, Плевицкая попала к белым, в часть, которой командовал тогда еще полковник Скоблин. Он сразу влюбился в певицу, и та ответила взаимностью, хотя была на двенадцать лет старше своего возлюбленного.

Жизнь в эмиграции

Впрочем, некоторые историки выдвигают версию, что Плевицкая вовсе не случайно попала в плен. Она, дескать, уже тогда была агентом ВЧК, и перед ней специально поставили цель завлечь Николая Владимировича. Однако такая версия была маловероятна хотя бы потому, что в тот момент сам Скоблин не представлял особой ценности – полковников в рядах белой гвардии было много. И кто знал, уцелеет ли он в жесточайших боях?

Так или иначе, но Скоблин уцелел, стал генералом и вместе с Плевицкой оказался в эмиграции – сначала в Галлиполи, а затем и в Париже. Сняв военную форму, рядом с красавицей женой он выглядел маленьким и невзрачным. Однако он по-прежнему оставался командиром для многих корниловцев и мог в любой момент собрать офицеров этого полка, находившихся в Париже.