Крестовые походы в Палестину (1095-1291). Аргументы для привлечения к участию - Валентин Портных

С. Трууп обращает внимание на два фрагмента из корреспонденции времен первого крестового похода, в которых фигурирует идея отмщения за оскорбление^[189]. Один из них содержится в письме папы Пасхалия II консулам Пизы, в котором говорится, что “Christianus populus… Ierusalem… a barbarorum tyrannide et iugo strenuissime vindicavit”^[190]. Судя по латинской конструкции, речь в цитате идет о том, что христианский народ вырвал Иерусалим из рук варварской тирании и тяжелейшего ига, и речь здесь, как думается, необязательно идет об «отмщении» в собственном смысле слова, как утверждает автор книги, хотя это и не исключено. Убедителен, правда, другой приведенный ею пример: в письме крестоносцев папе Урбану «с фронта» (1098) первые пишут, что «мы, иерусалимцы Иисуса Христа, отомстили за оскорбление верховного Бога» (nos Hierosolymitani Iesu Christi iniuriam summi Dei vindicavimus)^[191].

Здесь же можно назвать обнаруженный Дж. Франсом в латинском манускрипте 5132 из Национальной библиотеки Франции (листы 19–21) и опубликованный А. Линдером документ, предположительно проповедь, которая имеет отношение к литургии по поводу годовщины взятия Иерусалима^[192]. Датировка его лишь приблизительна: предположительно это первая половина XII столетия^[193]. В этом документе говорится, что «вы воины, которые отомстили за короля вашего, за вас пострадавшего» (vos… milites… qui vindicastis regem vestrum pro vobis passum), и что Бог исполняет через крестоносцев то, что мог бы исполнить через ангелов ^[194].

Иначе говоря, примеры можно пересчитать по пальцам руки, и, даже если какие-то случаи не были замечены автором сей книги, степень распространенности идеи нам примерно понятна. И стоит еще раз повторить: ни один пример не имеет прямого отношения к пропаганде.

Пожалуй, есть пока только одно исключение из этого вывода. В булле Cor nostrum Александра III (1181) говорится об угрозе разорения Палестины, которое будет бесчестием по отношению к Богу (desolationem eius, quod absit, in ignominiam Dei, et in contemptum fidei Christiane de proximo formidamus)^[195]. А в остальном эта идея оставалась тогда непопулярной.

Как справедливо пишет С. Трууп, идея отмщения становится более популярной в источниках по крестовым походам в ходе XII века, преимущественно в конце столетия^[196]. Впрочем – отмечает она же, – не нужно думать, что эта идея становится повсеместно присутствующей в источниках по крестовым походам того времени^[197], хотя к концу века она и фигурирует в большинстве текстов по тематике крестовых походов^[198]. Эти выводы перекликаются с мнением, высказанным многим ранее в монографии У. Шверин: последняя в монографии, посвященной изучению папских писем, говорит о том, что идея стала распространенной в понтификат Иннокентия III, хотя ею был найден и один пример в письме Григория VIII^[199]. Действительно, такой пример имеется и будет приведен далее вместе с остальными примерами.

Если рассмотреть конкретные примеры в деталях, можно увидеть: аргумент мести за оскорбление, нанесенное Богу, становится популярным в пропаганде крестовых походов, начиная с саладинских завоеваний и третьего крестового похода. Во-первых, часто речь шла об оскорблении, нанесенном лично Христу. Во-вторых, речь могла идти и об оскорблении, нанесенном кресту Христа, видимо, в связи с захватом сарацинами реликвии Истинного Креста в генеральном сражении с Саладином при Хаттине.

С крестом все понятно и логично. В своем письме духовным и светским властям Германии Генрих де Альбано говорит, что крестоносцы вооружаются, чтобы отомстить за оскорбление, нанесенное кресту Господнему (ad vindicandam crucis iniuriam)^[200]. В письме архиепископу Кентербери и его подчиненным (1195) папа Целестин III призывает народ «подпоясаться оружием» для тех же целей (ut iniuriam crucis vin-dicta celeri ulciscantur)^[201]. Сложно предположить, что здесь имеется в виду что-то иное, кроме истории с захватом реликвии в битве при Хаттине с войсками Саладина.

Сложнее с оскорблением Христу, ведь далеко не всегда понятно, в чем точно оно все-таки заключается. Кстати говоря, при всех достоинствах работы С. Трууп, именно этому моменту внимание в ней не уделяется.

Если посмотреть примеры, становится видно, что очень часто вопрос просто-напросто никак не поясняется. Папа Григорий VIII в письме всем верующим, сохранившемся в составе хроники о походе датчан в Святую землю, говорит о невозможности больше терпеть «неотмщенное оскорбление Христу» (iniuriam Christi fore diutius inultam)^[202]. Папа не говорит, в чем конкретно состояло оскорбление. В своей проповеди о кресте Алан де Лилль пишет о том, что milites Christi (воины Христа) должны отомстить за оскорбления, нанесенные Богу (uindicent Christi iniurias)^[203], опять же без конкретных уточнений о сути оскорблений. Иннокентий III в письме архиепископам и епископам Англии (1201), приведенном в хронике Роджера Ховеденского, говорит об оскорблении Иисусу Христу (qui… ulcisci velint iniuriam Iesu Christi)^[204], снова без уточнений. Об отмщении за оскорбление говорится в булле Иннокентия III Plorans ploravit ecclesia (1198) (ut ipsius iniuriam vindicarent) без уточнений^[205]. Эта же мысль снова без разъяснений фигурирует и в другой известной булле, Post miserabile (1198), адресованной в разные регионы так же, как и предыдущая^[206]. В ходе четвертого крестового похода папа Иннокентий III писал крестоносцам, предостерегая их от атаки на Константинополь, говоря им, что, даже если император греков не прав, они приняли крест не ради наведения справедливости в Византии, а ради отмщения за некое бесчестие по отношению к Богу (пес ad hoc crucis signaculum assumpsistis, ut hanc vindicaretis iniuriam, sed opprobrium potius crucifixi)^[207]. Важнее отправиться в Святую землю и отомстить за оскорбление, нанесенное кресту (in terre sancte transeatis subsidium et crucis iniuriam vindicetis)^[208]. В письмах Гонория III французскому королю (1223) (Dei tui non vindicabis iniurias tarn atroces?)^[209] и герцогу Австрии Леопольду VI (1223) (quod crucifixi te inurit iniuria)^[210] об оскорблениях говорится без каких-либо уточнений об их сути. Григорий IX говорит об отмщении оскорбления (iniuria) (без уточнений) в письме к духовенству (1231)^[211].