Дмитрий Хворостовский. Две женщины и музыка - Софья Бенуа

Его подруга и коллега Анна Нетребко тоже не преминула осыпать Дмитрия заслуженными комплиментами:

– Не много в современной опере таких ярких артистов, хотя сейчас опера помолодела, певцы стали сексуальными, подтянутыми, медийными. Роскошный голос, блестящая техника и актерский талант: Дмитрий задал новые стандарты исполнения.

Стоит добавить: Дмитрий задал не только новые стандарты исполнения, но и новые стандарты внешнего вида оперного артиста. Ведь раньше оперные певцы какими были? Даже Хворостовский отвечает на этот вопрос так же, как и те, кто к опере имеет опосредованное отношение!

«– Вы сказали, что оперные артисты стали более походить на нормальных людей. На кого же они раньше походили?

– Скорее на неких толстых монстров, которые не играли, а просто передвигались по сцене и орали во всё горло так, что не разберёшь слов. При этом вне сцены они оказывались милейшими, приятнейшими людьми. Стандарты меняются, и это нормально. Сегодня зритель, прежде всего молодой, хочет видеть на сцене не просто талантливых, а красивых, спортивных, интересных исполнителей. Певцов, которые играют и умеют двигаться. Можно сказать, что требования к артисту выросли»[43].

Имидж секс-символа Хворостовскому помогает поддерживать не только внешность, данная природой мужская харизма и привлекательность, но и манера одеваться. Даже в этом он не похож на классического оперного певца.

Известный музыкальный критик Андрей Хрипин, беседовавший с маэстро и опубликовавший материал «Хворостовский на распутье. Секс-символ мировой оперы решает гамлетовские вопросы»[44], полюбопытствовал и насчет сценичного гардероба.

«– На последнем московском концерте на вас был закрытый, сильно удлиненный фрак а ля френч… Это изменение имиджа или какие-то внутренние перемены?

– Я не менял своего имиджа, просто Слава Зайцев решил, что контур френча «Эдинбург» мне пойдет, учитывая возраст и нынешний облик. Сам пришел в таком френче и мне предложил сделать такой же. Он шьет мне уже в четвертый раз. В его фраке 10-летней давности я пою до сих пор – он сшит из очень толстой ткани, очень тяжелый и теплый. А новый не мнется – его можно скомкать, бросить в угол и потом надеть».

Другой журналист, поразившийся внешним обликом оперного певца, спросил напрямик[45]:

«– Дмитрий, выглядите как настоящий рокер. Это вам свойственно?

– А как бы вы хотели, чтобы я одевался?..

– Да нет, у меня на этот счёт желаний быть не может. Просто все привыкли, что оперные певцы – сама солидность, а вы так неформально выглядите.

– Ну, такой уж есть. Хотя, в общем-то, солидный человек (смеётся)».

Популярное издание «Вог», взявшись рассказать об исполнителе, провела модную фотосессию[46]. На глянцевых фото – наш неподражаемый герой накануне своего 50-летия в 2012-м, дающий ответы на странные для творческого человека вопросы о пристрастиях в одежде.

«С внешним видом у Хворостовского теперь тоже свободные отношения. На съемку для VOGUE, например, он приезжает в майке с глубоким вырезом, в котором виден медальон – парящий орел на цепи, сверху – джинсовый полосатый жилет, венчают образ красные солнцезащитные очки («купил в Токио»).

Фраков от Зайцева Хворостовский давно уже не носит. Чаще предпочитает выступать во френче с воротником-стойкой или деконструированных мягких пиджаках, вместо бабочки – распахнутый ворот. А то и просто выходит к публике в рубашке, как Ив Монтан.

– Галстуки я и в школе не любил. Когда-то раньше, когда был такой пухленький, одевался в Armani. А теперь мне стал нравиться Ermanno Scervino. Еще Dolce & Gabbana, Gucci, Balmain. Концертные костюмы мне сделали московские ребята из Freshart. Что вы улыбаетесь? Они стараются быть ни на кого не похожими, а такое я двумя руками поддерживаю. Я сам такой.

У него каменные бицепсы и грудная клетка культуриста. По утрам, если вечером нет выступлений, певец ходит в спортивный зал. Приседает с гантелями, делает жим от груди – может поднять штангу в сто сорок килограммов. Хорошо плавает вольным стилем.

Неужели даже в этом он не хочет плыть по течению? Раньше считалось, что спорт для певцов – табу, и уж тем более тяжелая атлетика: вредно для певческих мышц. Зачем превращаться в Конана-варвара, если и так секс-символ?!

– Смотрите, я ведь лучше всех в мире пою, да? – смеется Хворостовский. – Значит, для голоса не вредно. А если серьезно, очень много моих более молодых коллег в оперном мире сейчас занимаются спортом.

У меня, например, нет цели сильно раздаваться в плечах, потому что, видите, и так уже проблемы с костюмом. Но так я чувствую себя в тонусе. Разве плохо, когда у тебя много сил и энергии!

Обычно оперные певцы после каждого спектакля теряют несколько килограммов. А я, когда пою, мало потею, даже если одет в тяжелый сценический костюм. Мышечная масса помогает.

В «Риголетто» три часа хожу и пою полусогнутый, из-за горба. Раньше спина болела после спектакля, теперь гораздо меньше».

В другой раз сам Хворостовский говорил[47]:

«– В тренажерные залы не хожу, не люблю, когда рядом чьи-то потные тела. Физические упражнения – дело интимное. Делаю гимнастику. Тем более что при моих постоянных переездах это самый удобный способ. Не позволяю себе спиртного. Раньше, как истинный русский, я любил водку, но, если певец хочет достичь максимума своих возможностей, он не должен этим увлекаться.

– На сцене вы – в смокинге, а в жизни что предпочитаете носить?

– Люблю неформальный стиль одежды. Чувствую себя комфортно в хипповатой одежде».

В непринужденной обстановке

Его не раз спрашивали, как он поддерживает свою спортивную форму? И всякий раз его ответы дополняли друг друга…

– Самое лучшее – это занятие со своим собственным весом, обычная гимнастика. Каждый день. В детстве я хорошо и много играл в футбол – мама начинала сомневаться в моих умственных способностях, когда я вместо рояля и уроков днями стучал мячом в стенку[48].