Штрафбат. Наказание, искупление (Военно-историческая быль) - Александр Пыльцын

Лейтенанты Саша Ольшанский и Петя Богданов

Фронтовиками на нашем курсе были Анатолий Бабаин, Александр Булин, Владимир Буданов, Сергей Булавкин, Федор Волошин, Василий Исаев, Борис Магнитский, Александр Ольшанский, Василий Раков, Петр Рулев, Владимир Сванидзе, Дмитрий Шалапин и многие другие.

Самый героический фронтовик на курсе был гвардии подполковник Василий Васильевич Исаев (орден Красного Знамени, два ордена Отечественной войны, орден Александра Невского и куча медалей). И боевые заслуги, и звание, и возраст послужили хорошим поводом назначить его старостой всего курса. Видимо, мое фронтовое прошлое тоже повлияло на решение руководства факультета. Я с первого дня был назначен командиром учебного отделения (20 слушателей), а вскоре заменил провинившегося подполковника Василия Исаева и стал старостой курса.

Полковник, позже генерал-лейтенант Оганес Вартанов

С орденами Славы были капитан П. Гаврилов и старший лейтенант Д. Спиридонов, по три ордена Красной Звезды у подполковников Дмитрия Шалапина и Петра Рулева, да всех и не перечислить. Дружили мы и с коллегами с младших курсов. Случалось, что эти знакомства помогали и после академической службы. Например, майора Обозного Владимира, окончившего академию с золотой медалью в 1958 году, с его согласия я попросил направить в 105-ю воздушно-десантную, где я был заместителем командира дивизии по техчасти. К тому времени здесь освободилась должность зам. командира полка, а через два года, когда я по состоянию здоровья уходил из ВДВ, выдвинул Владимира Даниловича на свое место. В дальнейшем он был переведен в Центральное управление, получил звание генерала. Из нашего выпуска мне удалось перевести в свое подчинение подполковника Булавкина, а из более поздних выпусков Александра Собанина, ставших у нас полковниками.

Самыми близкими друзьями по курсу стали для меня подполковник Шалапин Дмитрий Иванович, бывший постоянно секретарем партбюро курса, майор Булавкин Сергей Александрович, командир одного из пяти учебных отделений, и капитан Взятышев Николай Александрович, все пять лет избиравшийся секретарем парторганизации нашего с ним общего учебного отделения.

Подполковник Д. И. Шаляпин

С Шаляпиным дружили все годы учебы в академии, знакомы были семьями, его жена, Клавдия Васильевна, фронтовичка Великой Отечественной, прошедшая в составе 3-й Воздушной армии от Москвы до Калининграда. Это красивая, представительная и весьма остроумная женщина, происходившая, по слухам, из потомков графа Толстого Льва Николаевича. Со своей сестрой Нелли они тщательно скрывали свое происхождение, обе гостеприимные и очень общительные.

Дружили мы все годы после академии, а вскоре Дмитрий Иванович возглавил Научно-технический комитет ЦАВТУ МО (Центрального автотракторного управления), курировал и военную приемку. Когда я уже служил в Харькове, однажды генерал Шаляпин, будучи с очередным визитом к военпредам Харьковского тракторного завода (ХТЗ), снова побывал у нас дома и попросил проводить его к московскому поезду, где и познакомил меня с сыном легендарного маршала Ворошиловым Петром Климентьевичем, с которым они вместе приезжали в Харьков. Эта кратковременная встреча с ним оставила приятное впечатление о нем как общительном, веселом и остроумном человеке. И только потом я узнал, что все дети маршала были приемными, сироту Петю Ворошиловы усыновили во время Гражданской войны, взяв его из царицынского детдома. Потом они взяли на воспитание племянника Ворошилова, потерявшего во время войны своих родителей. А в 1925 году Климент Ефремович усыновил детей погибшего командарма Фрунзе — Таню и Тимура. Петр Климентьевич к моменту нашей встречи был генерал-лейтенантом, представителем Автобронетанкового управления РККА. Всю свою взрослую жизнь Петр Ворошилов связан с производством бронетанковой техники, в годы войны участвовал в разработке и испытаниях тяжелых танков «КВ» («Клим Ворошилов») и «ИС» («Иосиф Сталин»).

Всем нам казалось, что жизнь моего однокурсника и большого друга не только по Ленинградской военной академии, генерал-майора Шаляпина Дмитрия Ивановича — огромного роста оптимиста — запрограммирована на многие десятки лет вперед. Но будучи начальником Научно-технического комитета ЦАВТУ МО, уезжая в очередную командировку в войска в канун Октябрьских праздников 1976 года, он погиб в автомобильной катастрофе, не доехав до аэропорта. Ныне Клавдия Васильевна тоже перешагнула 90-летний рубеж, но полна энергии и надежд. С ней мы не теряем связи и теперь.

По-разному сложилась служба у наших выпускников. С полковником Сергеем Булавкиным, который определенное время служил в Закавказье, мы дружили дольше. Мы даже вместе служили, когда потом мне удалось перевести его в свое подчинение в Харьков. Дружба наша с ним не прекращалась до того, когда, уже выйдя в отставку, он скоропостижно скончался от острой сердечной недостаточности.

Относительно фамилии «Булавкин» у нас на курсе была такая шутка. Когда по высшей математике мы дошли до дифференциального и интегрального исчислений, то термин производная функцияприменили к трем слушателям. Ими были Булш, Булавкин и Хабибуллин, как, соответственно, первая, вторая и третья производные от «Бул».

Н. А. Взятышев

А вот с Николаем Александровичем Взятышевым мы дружим до сих пор, уже седьмой десяток лет. Во время учебы в академии, когда нам предоставили комнаты в академическом общежитии на Васильевском острове, наши комнаты оказались на одном этаже, и наши «учебно-общественные» контакты дополнились семейными, тем более что у них, как и у нас, в семье было тоже два мальчика. Его жена Ольга, учительница русского языка, была женщиной очень общительной, заметно отличалась эрудицией от многих жен соседей по общежитию. После окончания учебы Николая Александровича оставили в академии на преподавательской работе, там он стал ученым в области технических наук, профессором, полковником. Будучи давно в отставке и даже почти 90-летним ветераном академии, продолжал преподавать в академии, чем порядком удивил всех гостей на юбилейной встрече по поводу моего 90-летия.

В любой мой приезд в Ленинград мы встречались. С его супругой Ольгой вели нескончаемые дискуссии по некоторым проблемам русского языка, а с ним — долгие разговоры о прошлом, о том, каких успехов достигли наши товарищи, разъехавшиеся по советским Вооруженным Силам, об ушедших уже в мир иной наших однокурсниках. Первым из них был наш общий друг Боря Магнитский, получивший назначение в Ракетные войска стратегического назначения. Погиб он ровно через пять лет после окончании академии, в 1960 году, вместе с главным маршалом артиллерии Неделиным Митрофаном Ивановичем, по слухам — при испытании водородной бомбы, а на самом деле при взрыве на испытаниях ракеты Р-16.