Роковая тайна сестер Бронте - Екатерина Митрофанова

За оставшиеся до конца свадебного путешествия две недели счастливая чета новобрачных в компании миссис Мак-Клори посетила практически все те заповедные уголки Ирландии, где, как предполагала Шарлотта, могли оставить свой след древние Бронте и Мак-Клори. Путешественникам выпала возможность узреть воочию обе школы, где некогда преподавал достопочтенный Патрик Бронте — Гласгарскую и приходскую в Друмбаллироней. Отыскали они и местечко под названием Моунт Плизант, располагавшееся неподалеку от города Карлингфорд, — то самое, где когда-то обжигал известь славный прародитель всех ныне живущих Бронте достославный дед Шарлотты Гуг.

Миссис Мак-Клори искренне радовало пребывание в краях, столь дорогих ее новообретенной троюродной сестре. Однако же, подлинное, ни с чем не сравнимое восхищение испытала она от созерцания живописной рощицы у ручья в городе Баллинаскег. Именно здесь проходили тайные свидания Гуга Бронте с Элис Мак-Клори, которая, будучи законной бабушкой Шарлотты, приходилась еще и родной сестрой знаменитому «Красному Падди» — ирландскому деду леди Кэтрин. Для обеих троюродных сестер, посетивших дивную рощицу в Баллинаскеге, было огромной радостью узнать от здешних жителей, что место у ручья, где зарождалась великая любовь Гуга Бронте и Элис Мак-Клори, до сих пор известно под романтическим названием «Сень влюбленных».

Что же касается Шарлотты, то для нее поистине незабываемой стала прогулка в заповедную «Лощину». В этой самой «Лощине», располагавшейся на территории, принадлежавшей приходу Друмбаллироней, и стоял тот благословенный домик, где поселились после свадьбы Гуг и Элис Бронте (последняя в девичестве Мак-Клори). В этом невзрачном деревенском домике выросли все их дети, в том числе и их славный первенец — достопочтенный Патрик Бронте.

Одна пожилая женщина, семья которой издавна проживала по соседству с домом Бронте, после долгих уговоров Шарлотты уступила ее настойчивой просьбе показать им с мистером Николлсом и миссис Мак-Клори место, где будущий пастор гавортского прихода появился на свет. «Это произошло вот здесь на этом самом месте, — ответила женщина, с видимой неохотой указав на грязный неприветливый угол напротив окна в зерновой сушильне, — Признаться, вы не первые спрашиваете меня об этом. До вас здесь побывало несколько важных господ, просивших меня о той же услуге, но, право слово, до чего же стыдно мне было сказать им, — так же, как, впрочем, и вам, — что порядочный человек, каким, очевидно, стал этот самый Патрик Бронте, родился в таком углу!»

Шарлотта невольно улыбнулась словам доброй женщины и вежливо осведомилась:

— А вы не могли бы показать нам «Лощину», мэм? Нам будет чрезвычайно интересно получить представление обо всех здешних достопримечательностях.

Женщина слегка откинула голову и подозрительно взглянула на пасторскую дочь.

— Вы, должно быть, не здешняя, коли просите меня об этом, — заметила она.

— Я родом из Англии, — уклончиво ответила Шарлотта.

— Оно и понятно, — отозвалась ирландская соседка семейства Бронте, — Будь вы здешней, вы нипочем бы не захотели сводить близкого знакомства с этим местом.

— Отчего же? — спросила Шарлотта.

— Хотя бы из боязни здешних привидений. Разве вы не Знаете, что «Лощина» прямо-таки кишит призраками? С наступлением ночи обитатели этих земель накрепко запирают двери своих домов и нипочем не показываются на улице. А наши соседи испытывают такой страх перед привидениями, что даже не отваживаются проходить мимо «Лощины».

— Мы с моими спутниками не боимся привидений, — заверила ее Шарлотта и тут же внезапно помрачнела. Ей вдруг вспомнилась печальная легенда, некогда поведанная ее достопочтенным отцом в тесном семейном кругу, когда еще были живы его сын и две младшие дочери.

Согласно издавна существовавшему преданию, какая-то женщина, проживавшая в «Лощине», была убита в овраге своим вероломным любовником. В ту же ночь дух убитой напал на убийцу прямо в его постели и, с дикими криками и стенаниями, повлек его за собой через окно. Они вместе устремились вниз, сопровождая свой полет нечеловеческими воплями, покуда наконец не оказались в пределах бездонной пропасти.

— Так и быть, — согласилась, в конце концов, пожилая ирландка. — Коли вы все такие отчаянные, я покажу вам «Лощину». А, знаете, — проговорила она, ведя честную компанию по угодьям «Лощины», — эти самые Бронте, к которым вы проявляете столь живой интерес, по всей видимости, тоже были отчаянными. В особенности один из сыновей старых хозяев здешнего дома — тот, что носил то же имя, что и его отец — Гуг.

— Один из младших братьев Патрика Бронте? — уточнила Шарлотта.

— Совершенно верно, — отозвалась ее провожатая. — Поскольку этот самый Гуг унаследовал законное имя от своего отца, местные жители прозвали его Гугом-младшим. По молодости Гуг-младший был сильным и отважным парнем — я и сама до сих пор помню его таким. Да и после он не растерял своей восхитительной смелости и боевого задора. Теперь же, со времени его кончины, имя его тут же обросло всевозможными легендами.

— Не могли бы вы рассказать об этом поподробнее, мэм? — учтиво попросила пасторская дочь.

— Если вы и в самом деле желаете услышать об этом — пожалуйста! — ответила ирландская соседка семейства Бронте, — Но должна предупредить, что эти сведения могут повергнуть вас в шок.

— Пусть будет так. Но мы должны узнать все тайны, пусть даже самые страшные, так или иначе касающиеся представителей рода Бронте! Поверьте, для нас это очень важно! — настаивала Шарлотта.

— Что ж, извольте, — ответила пожилая ирландка и, указав своим спутникам на тропинку, ведшую к глубокому оврагу, к которому они как раз успели приблизиться, пояснила: — Вот здесь, возле этого оврага, Гуг-младший и один из его соседей, возвращаясь с верховой прогулки, стали свидетелями внезапного появления всадника без головы[98].

Этот странный всадник возник словно из-под земли и предстал перед молодыми людьми в своем непостижимом, повергавшем в леденящий ужас обличии. Лошадь спутника Гуга-младшего тут же остановилась как вкопанная, и замерла от страха. Конь же самого юного Бронте отважно пошел прямо навстречу безголовому всаднику. Не пытаясь остановить своего коня и не говоря ни слова, Гуг-младший полоснул чудовищного монстра бичом, и в то же мгновение уродливый всадник исчез без следа, словно растворился в воздухе.

— Поразительно! — не сдержав своих эмоций, воскликнула пасторская дочь.

— Вижу, вы очень впечатлительны, сударыня, — заметила ирландка. — Однако смею вас заверить: легенда о всаднике без головы — ничто в сравнении с другим преданием, касающимся рода Бронте.

— Вот как? И что же это за предание? — спросила Шарлотта.

— Вы видите вон ту заброшенную мельницу? — пожилая провожатая пасторской дочери и ее спутников указала рукой на противоположный конец «Лощины», где и в самом деле стояла старая, полуразрушенная мельница.