Религия древних кельтов - Джон Арнотт Маккалох

Прекрасный и очаровательный Оэнгус иногда именуется как Мак Инд Ок, «Сын Юных», то есть Дагды и Боанд, или как Ин Млк Ок, «Юный Сын». Это имя, подобно мифу о лишении его отцом наследства, возможно, указывает на то, что его культ заменил культ Дагды. Если это так, то он, видимо, был сопряжен затем с более древним богом, как это часто бывало в аналогичных случаях, например, в Вавилоне. Таким образом, Оэнгус был, по-видимому, высшим богом какого-то племени, который принял верховенство, затмив высшего бога другого племени, если не предположить, что Дагда был докельтским богом с функциями, подобными функциям Оэнгуса, и что кельты приняли его культ, но отдали культу Оэнгуса более высокое место. В одном мифе верховенство Оэнгуса вполне заметно. После первого сражения при Маг Туиред Дагда вынужден был стать рабом Бреса, и его очень раздражал один клеветник, который вымогал часть его рациона. Последовав совету Оэнгуса, он не только убил клеветника, но одержал победу над фоморами. На недостаточных основаниях, главным образом потому, что он был покровителем Диармайда, возлюбленного женщин, и потому, что его поцелуи превратились в птиц, которые нашептывали любовные мысли юношам и девушкам, Оэнгус получил название «Эрос гэлов». Вероятнее всего, что он был высшим богом роста, который случайно пострадал от затмения в момент смерти в природе, подобно Таммузу и Адонису, и, возможно, это объясняет его отсутствие в сражении при Маг Туиред. Красивая история его видения девы, в которую он сильно влюбился, содержит слишком много сказочного, чтобы иметь какое-либо мифологическое или религиозное значение. Его мать Боанд стремилась ее найти, но тщетно. Наконец, оказалось, что она является дочерью полубожественного владыки сидхе, но только благодаря помощи смертных она смогла ускользнуть от него. Она была девой-лебедем, и только в обозначенный срок Оэнгус должен был получить ее. В конечном счете она стала его женой. Эта история интересна тем, что в ней показывается, как боги иногда нуждались в помощи смертных.

Такой же сказочной была история Оэнгуса и Етайн. Етайн и Фуамнах были женами Мидира, но Фуамнах ревновала к Етайн и превратила ее в насекомое. В этой форме Оэнгус нашел ее и поместил в стеклянный грианан или беседку, наполненную цветами, аромат которых поддерживал ее. Он носил грианан с собой всюду, куда бы ни пошел, но Фуамнах подняла магический ветер, который унес Етайн далеко на крышу Этайра, знатного человека из Ульстера. Она провалилась в дымовую трубу и упала в золотую чашу с вином, и жена Этайра проглотила того, от кого она получила новую жизнь. Профессор Рис превращает все это в миф о Солнце и рассвете. Оэнгус – Солнце, Етайн – рассвет, грианан – ширь неба. Но рассвет не усиливается с возрастанием влияния Солнца, как Етайн – с возрастанием влияния Оэнгуса. При появлении Солнца рассвет начинает «ослабевать в свете Солнца, которое она любит, ослабевать и умирать».

Вся эта история построена на сказочных сюжетах «Верной Невесты» и «Двух Братьев», но приспособлена к мифическим персонажам, а грианан – это кельтский эквивалент различных предметов в историях типа «Золушки», в которой героиня скрывается, превращаясь в предмет, сохраняемый в комнате героя. Таким образом, эта история не открывает ничего из божественных функций Етайн, но иллюстрирует метод «мифологической» школы обнаруживать героев Солнца и дев рассвета в любом событии, как мифическом, так и немифическом.

Оэнгус встречается в цикле о Фионне как воспитатель и покровитель Диармайда. Вместе с Мидиром, Бадб и Морриган он изгоняет фоморов, когда те уничтожают зерно, плоды и молоко Туата Де Дананн. Возможно, это указывает на его функции как бога плодородия.

Хотя Мидир встречается главным образом как король сидхе и правитель бруга Бри Лейта, он также связан с Туата Дea. Узнав, что Етайн была повторно рождена и теперь замужем за королем Эохайдом, он вернул себе ее, но снова утратил ее, когда Эохайд напал на его бруг. В конечном счете ему отомстили в ряде трагических событий, которые привели к смерти потомка Эохайда Конайра. Хотя его сидх расположен в Ирландии, у него так много сходства с Элизиумом, что Мидира следует рассматривать как одного из его владык. Поэтому он встречается как правитель острова Фалга, то есть острова Мэн, который рассматривается как Элизиум. После этого его дочь Блатнат, его волшебные коровы и котел были захвачены Кухулином и Куроем, а его три журавля от Бри Лейта, – возможно, искаженные версии мифов, в которых рассказывается, как различные животные и дары произошли из страны богов. Мидир, возможно, является ирландским эквивалентом местного галльского бога Медроса, изображенного на барельефах с коровой или быком.

Победа Туата Дea в первом сражении при Маг Туиред произошла в июне, однако после их победы последовала смерть многих из них во втором сражении в ноябре, что, возможно, указывает на старые мифы, драматизировавшие явления природы и связанные с ритуалом летних и зимних праздников. Силы света и роста влиятельны летом; зимой они, по-видимому, умирают. Христианские комментаторы использовали эти мифы, но рассматривали богов как воинов, которые были убиты, а не как тех, кто умирает и снова возрождается. Во время второго сражения Нуаду теряет жизнь; во-первых, хотя его силы побеждали, его рука была отсечена фомором Сренгом, ибо, даже побеждая, боги должны страдать. Диан Кехт сделал для него серебряную руку, и поэтому Нуаду получил имя Аргетлам («среброрукий»). Профессор Рис считает его кельтским Зевсом, частично потому, что он – король Туата Де Дананн, частично потому, что он, подобно Зевсу или Тиру, который потерял сухожилия или руку из-за хитрости злых богов, также был покалечен. Подобным образом в «Ригведе» Ашвины заменяют железной ногой ногу Виспалы, отсеченную в сражении, и Солнце названо «златоруким», потому что Савитри отсек свою руку, и священники заменили ее рукой из золота. Миф о руке Нуаду мог возникнуть из примитивного стремления восстановить отрезанные конечности, а также исходя из того факта, что ни один ирландский король не должен был иметь никакого телесного недостатка, или потому, что у изображения Нуаду, возможно, не хватало руки или она была из серебра. Изображения часто калечили или приделывали им искусственные конечности, и затем возникли мифы, объясняющие этот обычай. Нуаду, по-видимому, был богом жизни и роста, но он не был богом Солнца. Его уэльский эквивалент – Ллуд Ллоуэрейнт, или «среброрукий», который избавил свой народ от различных напастей. Его дочь Крейдилад, должно быть, была замужем за Гвитуром, но была похищена Гвином. Артур решает, чтобы они должны бороться за нее ежегодно с 1 мая до судного дня, когда победитель получил бы ее руку. Профессор Рис считает Крейдилад Персефоной, которая выходила замуж поочередно то за божество света, то за божество тьмы. Но эта история довольно неплохо может объяснить ритуальные деяния в народных пережитках в виде поединков между летом и зимой, в которых фигурирует Королева Мая, и подразумевается, что она должна помочь в борьбе богов роста с богами упадка. Крейдилад – это дочь вероятного бога роста, и при этом вовсе не невозможно, что история сражения при Маг Туиред основана на мифических объяснениях таких ритуальных боев.

Бритты поклонялись Нуаду, как Ноденсу в римско-британские времена. Остатки его храма существуют вблизи устья реки Северн, и этого бога, возможно, приравнивали к Марсу, хотя некоторые символы, по-видимому, связывают его с водами, как своего рода Нептуна. Ирландский мифический поэт Нуаду Нехт – это, возможно, Нехтан, который владел магическим источником, откуда вышел Бойне, и возможно, был богом воды. Если такой водный бог был связан с Нуаду, он и Ноденс могли быть эквивалентны кельтскому Нептуну. Но отношения и функции этих различных персонажей неясны, и неясно, приравнивался ли Ноденс к Нептуну и был ли Нуаду богом воды. Его имя, может быть, родственно словам, означающим «рост», «владение», «урожай», и это подтверждает точку зрения, принятую здесь насчет его функций. Уэльский Нудд Хаэл, или «Щедрый», который владел стадом в 21 тысячу молочных коров, возможно, был воспоминанием об этом боге, и, как бог роста, Нуаду имел человеческие воплощения, названные его именем.