Греческие наемники. "Псы войны" древней Эллады - Герберт Уильям Парк

Одним из этих сторонников, которым посчастливилось вырваться живыми, был не кто иной, как будущий тиран Дионисий. У него было много общего с Гермократом в попытках добиться верховной власти. Оба были знатного происхождения, оба обрели военную силу в наемниках и беженцах, оба добивались повышения престижа в борьбе с карфагенянами. Но в то время как Гермократ был вынужден пробиваться к власти из изгнания, Дионисий смог воспользоваться поддержкой знатных и богатых друзей, оставаясь гражданином Сиракуз. В его продолжительной и содержательной жизни нужно удовлетвориться отбором тех периодов, когда он был особенно заинтересован в наемниках.

Когда весной 405 г. до н. э. Дионисия выбрали одним из членов нового совета стратегов, призванных дать отпор Карфагену, его первым шагом стало обеспечение себя приверженцами, которые бы сражались за него в случае необходимости. Поэтому Дионисий призвал изгнанников, и летом, когда его послали защищать Гелу от карфагенян, он занялся укреплением преданности армии к себе. В Геле располагался лаконский периэк Дексипп с наемным войском. Этот авантюрист впервые появляется в повествовании Диодора об осаде карфагенянами Акраганта (406 до н. э.): «В борьбе им помогал лакедемонянин Дексипп, прибывший незадолго до этого из Гелы с пятнадцатью сотнями наемников. В то время он, как говорит Тимей, проживал в Геле, своем родном городе, и пользовался большим уважением». (Каким образом он оказался там, невозможно определить. Он мог отстать от войска Гилиппа или прибыть из Ионии вместе с Гермократом. В любом случае он был просто авантюристом, место происхождения которого как-то выделяло его и позволяло ему вербовать наемную армию.) Там его, во-первых, обвинили в предательстве, когда он вкупе с другими полководцами отказался возглавить вылазку против противника и, во-вторых, когда он порекомендовал уйти из города. За эту рекомендацию он, как говорили, получил от карфагенян 15 талантов. Но, несмотря на неудачи и плохую репутацию, Сиракузы приняли его к себе на службу и отправили его с наемниками в Гелу.

Дионисий вознамерился привлечь этих наемников, а также граждан, которых привел с собой из Сиракуз, на свою сторону. Сиракузцы были задобрены обещаниями двойной платы. Дионисий оплатил воинам Дексиппа задолженность по жалованью: деньги добыли посредством конфискации имущества богачей Гелы. Кроме того, Дионисий предложил самому Дексиппу союз, а когда тот отказался, Дионисий вернулся в Сиракузы и при помощи агитационных мероприятий сделался «стратегом автократором» (стратегом с неограниченными полномочиями). В то же время он выполнил свое обещание гражданам, издав указ о повышении вдвое их жалованья. Затем, по его приказу, все сиракузцы вплоть до 40 лет занялись снабжением месячной провизией похода на Леонтины, лишив таким образом город способности сопротивляться ему.

Леонтины, кроме того, стали идеальным плацдармом для следующего шага Дионисия к тирании, поскольку это была вновь образованная колония беженцев из Акраганта. В ней также было много изгнанников и чужеземцев. Там он снова воспользовался старым средством имитации покушения на свою собственную жизнь, с тем чтобы требовать личную гвардию. Ему позволили завести 600 воинов, но на самом деле он увеличил это число до тысячи. В гражданском ополчении он заменил командиров и сместил Дексиппа, отправив его назад в Грецию; его наемников он отослал из Гелы в Леонтины (Дексипп затем оказался в составе «десяти тысяч» (см. главу 5 этой книги) и плохо кончил во Фракии). Потом Дионисий вернулся в Сиракузы и устроил свою штаб-квартиру на территории верфей, где находилась наиболее выгодная позиция. Его военная диктатура стала реальностью, город наводнили вооруженные наемники.

Но оставалось еще одно препятствие установлению Дионисием военной тирании. Следовало побудить Карфаген приостановить враждебные действия. Вопрос остается спорным, насколько благоприятствовал устремлениям Дионисия ход последующих событий, или его планы полностью провалились, а конечный успех был просто подарком судьбы. Маловероятно, что он преднамеренно пошел бы на риск осады Сиракуз в то время, когда город был не настолько укреплен, насколько он сделал его таким впоследствии. Поэтому он, вероятно, не хотел, чтобы битва за Гелу закончилась поражением сиракузян. С другой стороны, видимо, не было случайным, но преднамеренным то, что гражданское ополчение было вынуждено вынести главный удар в этой битве. В планы Дионисия не входило, чтобы наемники понесли большие потери до того, как граждане признали его верховную власть. Он не мог предвидеть, что войска сиракузян будут полностью разгромлены перед появлением его профессиональных воинов.

Окончательное поражение гражданских ополчений Сицилии в боях с карфагенянами повлекло за собой немедленное падение Акраганта и Селинунта в результате яростных мятежей молодых всадников из Сиракуз. Во время отступления из Гелы они отделились от разбитого войска и устремились в Сиракузы, где подвергли разгрому дом тирана. Они пренебрегли достаточными мерами предосторожности для обеспечения собственной безопасности, полагая, что Дионисий не осмелится их атаковать. Но наемники тирана, только преданность которых и спасала его прежде от гибели, оставались после битвы, где не понесли потерь, верными ему. Поэтому, рассчитывая на успех внезапного нападения, Дионисий бросился в погоню за всадниками с отрядом в 100 конников и 600 пехотинцев. Этот небольшой отряд ворвался в Сиракузы и перебил всадников до того, как им смогли оказать помощь горожане, даже если бы они и захотели это сделать.

Дионисий подчинил себе знать, демократы еще представляли потенциальную угрозу. Между тем он заключил унизительный мир с Карфагеном. Затем, отведя угрозу со стороны чужеземцев, Дионисий продолжил укреплять свое положение в борьбе с внутренними врагами. Он полностью овладел первоначальным центром Сиракуз – островом – и отгородил его от остального города стенами с башнями. Внутри острова была сооружена цитадель, включавшая в себя доки. Его сторонники и еще больше наемники получили на острове дома, сам он поселился в акрополе. Таким образом, он построил город внутри города, населенный его приверженцами.

Теперь у наемников Дионисия была база, которую следовало защищать, и прошло не так много времени, как она пригодилась. Первый военный поход за пределы города с целью нападения на сицилийский город Гербесс предоставил ополченцам-гражданам возможность обратить свое оружие против тирана, и они осадили его в цитадели с моря и суши. Но их самым опасным ударом было назначение большой денежной суммы за голову тирана и предложение наемникам-дезертирам гражданства Сиракуз. Некоторые из воинов Дионисия приняли предложение и встретили благожелательный прием сиракузян. Поэтому тирану пришлось обдумывать выбор между смертью и капитуляцией. Но он не поддался отчаянию, но стал и дальше уповать на помощь наемников. Сделав вид, что договаривается об условиях сдачи, он тайком послал гонцов за наемниками из италийской области Кампания в карфагенские владения в Сицилии, предлагая им любое вознаграждение за поддержку. Сиракузяне, согласившись выпустить этих гонцов и пять кораблей, ослабили свое наблюдение за островом. Поэтому кампанские наемники численностью 1200 конников смогли позже туда прорваться. В то же время 300 наемников прибыли морем из какого-то неуказанного места. С этими подкреплениями Дионисий смог совершить вылазку и разгромить осаждавших его ополченцев. С этих пор он больше не опасался серьезных мятежей. Своим успехом он был обязан в первую очередь наемникам.