Большая ложь. 1000-летняя попытка Запада ликвидировать Российскую Государственность - Анатолий Максимов

«…отделению было дано поручение собрать сведения о сотруднике «Русских ведомостей» Краевском, путешествовавшем по Японии во время войны… Выяснилось, что Краевский Владимир Федорович, 37 лет, православный, сын отставного надворного советника, был командирован во время войны в Японию от газеты «Русское слово» и приехал в названное государство под видом американского туриста по подложному паспорту…».

Последующая попытка разобраться в личности Краевского не увенчалась успехом – он был известен лишь как сотрудник газет и журналов. Но было высказано предположение о том, что разведочное отделение ГШ, как называли созданную в 1903 году контрразведку, искусно скрывало своих сотрудников. Главным его принципом была конспирация, и даже сам факт существования такой спецслужбы являлся тайной. Его сотрудники работали под прикрытием Военного министерства, МИД, Министерства торговли и промышленности, Министерства финансов, Особого отдела Департамента полиции МВД, Управления дворцовой охраны…

Содержание книги «В Японии» с подзаголовком «Ничего, кроме правды» показывает, что Краевский, выступая под именем американского инженера Перси Пальмера, мог собирать отнюдь не только журналистского характера сведения о положении дел в Японии, но и информацию разведывательного толка, имеющую военно-стратегическое значение.

Кроме контактов с деловыми людьми, военными, иностранцами и правительственными чиновниками, он смог побывать на маневрах японской армии, в главных военно-морских базах, на корабельных верфях…

Говоря об исторической подоплеке развязывания войны с Россией, Краевский отмечал, что «лихорадочная деятельность во всей Японии по подготовке к войне вспыхнула сейчас же после подписания англо-японского соглашения» и что «сию же минуту вслед за подписанием… в Японию хлынули инженеры: немцы, американцы и англичане…». И, суммируя результат такой «помощи» – «в Англии выстроены три четверти японского флота…».

От источника-японца, флотского инженера, Краевский получил сведения: «… у нас наилучшая артиллерия. Наши заводы вырабатывают ружья по системе Маузер, пушки по системе Круппа, Канон и орудия Армстронга для моря…». И еще: «Немцы – наши учителя. Мы приняли немецкую систему военного дела».

В этом отношении Краевский отмечает, что форты, трамваи, госпитали, обучение военному искусству – это дело рук немцев: «Их главными инструкторами были немцы. И в данную минуту 25 офицеров японского генерального штаба находятся в Германии…».

Когда речь заходит о корабельных верфях в Нагасаки и Хиросиме, то Краевский говорит: «они вооружены всем, что только выдумала нового техника кораблестроения в Европе и Америке…», «каждый инженер и механик говорит по-английски». Тот же инженер-корабел рассказывал ему: «Мы посылаем своих учеников в школы Англии и Америки…».

И Краевский отмечает об одной способности японских специалистов: «Приходится лишний раз подивиться умению японцев «с умом перенимать»».

Характер тесных связей Японии с Англией Краевский объясняет со слов японских деловых кругов – «непомерной ненавистью Англии к России». Причем они объясняют это так: «… сколько у Англии интересов в Азии… Через Европу до России не доберешься. Да там она и сильна… Здесь и решено Англией нанести удар».

Краевский отмечает, что иногда антирусские настроения в Японии со стороны Запада принимают парадоксальные формы, о чем свидетельствует его разговор с японским врачом в госпитале: «Страсть идти в сестры милосердия к нам, японцам, у английских и американских леди приняла размер эпидемии…».

Расширяя освещение вопроса об инспирировании Западом войны против России, в книге говорится: «Англичане и американцы стараются поддерживать японцев не только материально, но и морально». И форма такой поддержки весьма оригинальна, ибо «каждый успех японского оружия они празднуют в Иокогаме, Кобе и Токио грандиозными банкетами, собирая 600–700 человек и приглашая японские власти, военных, выдающихся общественных деятелей, коммерсантов. И это все под лозунгом «Война с Россией – общее дело всех европейцев на Востоке!».

В главе «Япония и война» Краевский уделяет внимание вопросу о том, действительно ли Япония накануне банкротства? Он говорит о его работе на этом направлении так: «Этот вопрос интересовал меня особенно. Я присматривался сам, разузнавал у японцев и, главным образом, у коммерсантов-иностранцев… Не веря словам, я собирал цифры…».

К тяжестям войны в Японии Краевский относит следующие: «Война истощает японский народ… Масса риса уходит из страны на театр войны… Каждое уменьшение дневной поддержки для японцев, это – уже покушение на здоровье…». И все же он отмечает высокое моральное состояние японских солдат: «Всякий знает, что это «война за существование»».

О причинах войны он говорил, опираясь на мнение разных слоев населения – «Япония переполнена…»., а о ее целях – «Отодвинуть Россию как можно подальше, чтобы она не мешала…».

В этом печальном примере, как в капле воды, говорится о тех бесконечных явлениях нетерпимости к России в сознании Запада – Англии, Америки, Германии, которые увязывали свое благополучие с условием разрушения Великой Российской Государственности. И через сто лет сильные мира сего в Америке добились своего, причем не только в отношении России, но и в отношении Германии, но и, как побочный продукт, – в отношении своего англо-саксонского партнера, Англии.

Правда, на условиях нового мирового порядка: вместо промышленного капитала в мире стал править финансовый капитал, причем фактически сосредоточенный в одних американских руках.

Вывод. Деза «ЭКОНОМИЧЕСКАЯ». Провокационный призыв сильных мира сего считать Российскую империю реальной угрозой на мировом рынке в XX веке и в связи с этим всячески ослаблять ее (XIX–XX века).

Еще с конца XIX столетия. В девяностых годах XIX века Россия была приговорена к экономической дестабилизации в государстве и тягчайшим испытаниям для ее народа. Время показало, что сильным мира сего в Америке не нравились не одежды, в которые рядились в России – царской либо советской. Нет, им было нетерпимо видеть наше Отечество в числе Великих Держав с потенциальными возможностями его безграничного усиления.

Столетие дезинформационной войны с Россией в ее основных вехах и примерах изложено в виде хронологического разгрома Великой Державы под не таким уж негласным лозунгом – Великая Ложь Америки против тысячелетней Российской государственности в XIX–XX веках. Причем к этому противостоянию американская администрация последовательно подключала западноевропейские страны.

Предлагается всмотреться в этот печальный список деяний Запада против Востока, конечной целью которых стало устранение политического и экономического противника с международной арены в национальных интересах США в ущерб самой Старой Европе и другим государствам мира.

Сегодня ничто в мире не сдерживает заокеанского друга европейцев в установлении на нашей Планете нового мирового порядка, естественно, с американской окраской.